«Приветом роз наполнено купе…»
Приветом роз наполнено купе, Где мы вдвоем, где розам две купели. Так радостно, что розы уцелели И в тесноте дорожного купе. Так иногда в стремительной толпе Есть голоса пленительной свирели. Шептаньем роз упоено купе, И мы вдвоем, и розам две купели.11 апреля 1913 г. Вагон. Сангачан — Эйбат.
«Обдувайся, одуванчик…»
Обдувайся, одуванчик, Ты, фиалочка, фиоль, Боль гони ты, гоноболь, Развевайся, одуванчик, Ландышь дай росе стаканчик, Мак, рассыпься, обезволь. Разлетайся, одуванчик, Ты, фиалочка, фиоль.2 июня 1913 г.
«Венок из роз и гиацинтов…»
Венок из роз и гиацинтов Мне сплел великодушный маг, Чтоб светел был мой путь и благ. В венок из роз и гиацинтов Цветы болот и лабиринтов Вплести пытался хитрый враг. Венок из роз и гиацинтов Оберегает мудрый маг.12 июня 1913 г. Тойла.
«Незабудки вдоль канавки…»
Незабудки вдоль канавки Возле дома лесника. Загоревшая слегка, К незабудкам у канавки Уронила в зелень травки Пальцы узкая рука, — К незабудкам вдоль канавки Перед хатой лесника.18 июня 1913 г. Тойла — Еeвe. Дорога.
«Перванш и сольферино…»
Перванш и сольферино В одежде и в цветках, В воде и в облаках. Перванш и сольферино, — Вершина и долина, Всё в этих двух тонах. Перванш и сольферино В улыбках и в цветках.15 июля 1913. Тойла.
«Как на куртине узкой маки…»
Как на куртине узкой маки, Заря пылает. Сад расцвел Дыханьем сладким мaтиoл. Прохлады росной жаждут маки, А за оградой сада злаки Мечтают о лобзаньях пчел. Заря пылает. Дремлют маки. Сад матиолами расцвел.19 июля 1913. Тойла.
Мечта
«Я был в лесу, и сеял маки…»
Я был в лесу, и сеял маки В ночном саду моей сестры. Чьи очи вещи и остры? Кто хочет видеть эти маки, Путеводительные знаки В ущелья дремные горы? Я был в лесу, я сеял маки В ночном саду моей сестры.25 мая 1913 г. Спб.
«Пурпуреа на закате расцвела…»
Пурпуреа на закате расцвела, Цвет багряный и надменный, лишь на час, В час, как Демон молвит небу ярый сказ. Пурпуреа на закате расцвела, Прижимаясь к тонкой пыли у стекла. Яркий призрак, горний отблеск, ты для нас. Нам ты в радость, пурпуреа, расцвела, Будь нам в радость, пурпуреа, хоть на час.27 мая 1913 г. Тойла.
«Лес и в наши дни, как прежде…»
Лес и в наши дни, как прежде, Тайны вещи хранить. Та же песня в глубине Летом солнечным поется. Леший кружит и обходит Там и нынче, как и встарь. Лес не все, что знает, скажет, Тайну вещую храня.11 июля 1913 г. Иeвe — Тойла. Дорога.
«Та святая красота…»
Та святая красота Нам являлась по равнинам, Нам смеялась по долинам. Та святая красота, Тайнозвучная мечта, Нам казала путь к вершинам. Та святая красота Нам являлась по равнинам.13 июля 1913. Тойла — Иеве. Дорога.
«Я иду, печаль тая…»
Я иду, печаль тая. Я пою, рассвет вещая. Ясень в песнях облик мая. Я иду, печаль тая. Я устал, но светел я, Яркий праздник призывая. Я иду, печаль тая. Я пою, рассвет вещая.13 июля 1913. Тойла — Иеве. Дорога.
«О ясных днях мечты блаженно строя…»
О ясных днях мечты блаженно строя И яркоцветность славя бытия, И явь приму, мечты в нее лия. О ясных днях мечтанья нежно строя, О, ясная! мне пой о днях покоя, И я приду к тебе, венок вия, О ясных днях мечты блаженно строя, И яркоцветность славя бытия.13 июля 1913. Тойла — Иeвe. Дорога.
«Луна взошла, и дол вздохнул…»
Луна взошла, и дол вздохнул Молитвой рос в шатре тяжелом. Моя любовь в краю веселом. Луна взошла, и дол вздохнул. Лугам приснится грозный гул, Хорям — луна над тихим долом. Луна взошла, и дол вздохнул Молитвой рос в шатре тяжелом.14 июля 1913. Тойла.
Земная свобода
«Господь прославил небо, и небо — благость Божью…»
Господь прославил небо, и небо — благость Божью, но чем же ты живешь? Смотри, леса, и травы, и звери в темном лесе, все знают свой предел, И кто в широком мире, как ты, как ты, ничтожный, бежит от Божьих стрел? Господь ликует в небе, все небо — Божья слава, но чем же ты живешь? Отвергнул ты источник, и к устью не стремишься, и всё, что скажешь — ложь. Ты даже сам с собою в часы ночных раздумий бессилен и не смел. Всё небо — Божья слава, весь мир — свидетель Бога, но чем же ты живешь? Учись у Божьих птичек, узнай свою свободу, стремленье и предел.