ВАРДЗИЙСКИЙ ЗОДЧИЙ

Позабытым в веках фолиантом Эти двери висят над горой. Всё здесь дышит умом и талантом, И долина блистает Курой. Вечерело. На древние своды Я смотрел, не смыкая очей. По уступам, как вешние воды, Прокатилась громада камней. Сотни глаз отворив молчаливо, Надо мною зияла скала. Чудо чудное, дивное диво, Всю округу она стерегла. Я подумал: «Сколь надо усилий, Чтоб построить подобную дверь! Как здесь имя твое возносили, Славный мастер, забытый теперь!» И тогда я представил, как в келье Ты цедил из кувшина вино, Как бродил с подмастерьем в ущелье, Объясняя, сколь чудно оно. Как измерил ты скалы и горы, Вдохновенной мечтою томим, Как скалистые эти просторы Изукрасил твореньем своим. Лоно скал укрепив колоннадой, Ты чертоги воздвиг в глубине И четыреста глаз над громадой Прорубил в каменистой стене. Может быть, и поныне мечтая, Посещаешь ты каменный зал. Сила духа твоя молодая Здесь столкнулась с твердынею скал. Я смотрю: как строка Руставели, Блещет светлый Вардзийский родник. Чую сердцем, как в каменном теле Ты подобьем чертога возник. Как вместилось столь дивное чудо В древний круг ограниченных дней? У кого появилась, откуда Мысль, проникшая в тело камней? И томит мое сердце утрата — Позабытое имя твое. Лишь Кура тебя знала когда-то, Но безмолвно теченье ее. Не к лицу тебе, мастер, забвенье! Сквозь ушедшие в вечность года Не тебя ли мое поколенье Призывает в столетье труда? Именованный в книге поэта, Руставели бессмертен теперь. Но твердыня беспамятна эта, И безмолвна Вардзийская дверь. Неужели тебя загубили, Благодетеля нашей земли, Колыбель топором изрубили, Руку, полную сил, отсекли? Уничтожили дух Возрожденья, Тот, которым ты скалы сдвигал, И, достигнув вершины творенья, Обвенчался с величием скал? То искусство, с каким напоследок Ты устроил Вардзийский родник? Встань из гроба, неведомый предок, Разорви покрывало на миг! Не к лицу тебе, мастер, забвенье! Сквозь ушедшие в вечность года Не тебя ли мое поколенье Призывает в столетье труда? Ты наш мастер, ты наша отрада. Мы гордимся твоим мастерством, И недаром твоя колоннада Нам твердит о величье твоем. Мертвый камень трудами своими Оживил ты в великой борьбе, И коль ты потерял свое имя — Будет Вардзия имя тебе!

СБОР ВИНОГРАДА

Виноград собирали на склонах холмов, На закате огромные гроздья пылали. Для отчизны друзья не жалели трудов. То шумит водопад или сусло в подвале? Я пою, красотою ущелья пленен. Я его не могу позабыть в отдаленье. У колхозника полон пшеницы балкон, На балконном орнаменте — стадо оленье. Пух ли это летит, облака ли бегут? Или слуха дыхание листьев коснулось? Никогда не состарюсь я. Радостный труд Я увидел, и молодость в сердце вернулась. Я в ущелье проник, я вошел в благодать Урожая, где осень листву обагрила. Здесь, в краю винограда, со мною опять Неразлучны и юность, и счастье, и сила. Председатель мне издали крикнул: «Привет!» Я вокруг оглянулся и понял впервые, Что не раз еще молодость прожитых лет Встречу в этом ущелье в часы трудовые. Если выпьешь вина да насытишь сполна Свое сердце красотами этих окраин, Ты поймешь, почему здесь в мои времена Рад желанному гостю колхозник-хозяин. Светлый путь к коммунизму нам виден уже. Ты вступил на него, виноградарь Атени! Я смотрю и с ликующей песней в душе Не могу оторваться от этих видений.

СТАРИК ИЗ АТЕНИ

В кувшин подземный для вина Забрался дед с большой скребницей. На небо смотрит он со дна, Бормочет, булькает водицей. Потратил он немало сил На виноградниках Атени, Но, как колхозный старожил, Хлопочет вновь, не зная лени. Внизу прохладно и темно. О чем поет он там, как дома? И я взглянул к нему на дно Сквозь горловину водоема. Задравши голову, старик Внизу, как облако, клубился. Он тер кувшин и каждый миг Из тьмы на солнышко дивился. Он распростился с ясным днем И, как положено от века, Вину готовил чистый дом, Подобный дому человека. Он бормотал, жужжал пчелой, Он тряс короткую бородку И, уж в земле одной ногой, Как молодой, впивался в щетку. И я подумал: «Вот так дед! Упорен он, как корень дуба! Ему без дела жизни нет, И потому работать любо. Немолод он, но не сдает Живое сердце и поныне. Настанет срок, и запоет Янтарный сок в его кувшине!»