Одолели меня гости. Впрочем, был и приятный гость - Потапенко, который всё время пел. Сегодня жду Немировича-Данченко, драматурга. В столовой астрономка пьет кофе и истерически хохочет. С нею Иваненко, а в соседней комнате жена брата. И т. д. и т. д.

Грустно, что Гайдебуров умер. "Книжки Недели" мне нравились, а без него их некому вести. И платил он, как говорят, хорошо. Я с ним мало был знаком и печатался у него только один раз.

Едут на станцию. Желаю всех благ, земных и небесных. Анне Ивановне нижайший поклон. Хотел было написать ей в ответ на письмо стихи, но ничего не вышло.

Как скучно быть министром! Мне так кажется.

Ваш А. Чехов.

1372. Ал. П. ЧЕХОВУ

2 января 1894 г. Мелихово.

Шуя, 2 янв. 94 г.

Любезный брат

Александр Павлович!

Имеем честь поздравить Вас с Новым годом и с новым счастьем, и желаем провести оный, а также встретить многие предбудущие в добром здоровье и благополучии. А также всему Вашему семейству желаем успеха в делах, но мороз у нас сильный до чрезвычайности.

Остаемся любящие Вас

Антон и Клеопатра

Чеховы.

1373. А. С. СУВОРИНУ

10 января 1894 г. Мелихово.

10 янв. 94.

Насчет Потапенки Вы положительно ошибаетесь: в нем криводушия ни на грош. Что же касается несчастной астрономки, которой я всегда от души симпатизировал, то не знаю, что сказать Вам. Она зря болтает постольку, поскольку она душевнобольная. Ее и в уезде считают сплетницей, по-моему же это не сплетница, а просто утомительная особа. В последнее время у нее наблюдалось что-то вроде паралича воли: она потеряла всякую способность к труду, по-видимому, навсегда. Теперь куда-то уехала.

Насчет академической премии митрополита Макария я писал Вам, право, в шутку, совсем не рассчитывая, что Вы ответите мне так серьезно. Все мои материальные расчеты, о которых Вы пишете, уже сведены: я истратил на поездку и на работу столько денег и времени, сколько не получу назад и в 10 лет, а то, что уже получил, давно уже прожито. Все праздники я сидел без денег, ибо неоткуда было получать и ибо в декабре, живя в Москве, я много денег ухлопал на рестораны.

Вы сердиты на Виктора Крылова. А Вы возможно внимательнее посмотрите ему в оловянные глаза. Это животное, с примесью лисьей крови. Он на каждого человека смотрит, как на добычу. И как бы Вы ни сердились на него, и как бы ни воевали с ним, он всё будет видеть в Вас только добычу.

В марте буду писать пьесу. Летом постараюсь вылечиться от кашля, который становится у меня всё crescendo. * Осенью засяду писать роман тысяч на пять, как Маша Крестовская. А зимою приеду в Петербург. В эту же зиму в Петербург я не поеду, так как, мне кажется, теперь там все не в духе, а у меня между тем самое вакхическое настроение. В конце марта, если будут деньги, поеду недели на три на юг и буду просить у Вас позволения остановиться в Вашем феодосийском доме.

Я уже не курю больше одной сигары в день, но по-прежнему могу выпить много без всяких видимых последствий для здоровья, 12-го янв<аря> придется, вероятно, пить во славу науки, если будет подходящая компания.

Да хранят Вас небеса.

Ваш А. Чехов.

* сильнее (итал.).

1374. И. П. ЧЕХОВУ

12 января 1894 г. Москва.

Потапенко, Гольцев, Лавров, Немирович, Ремезов завтра обедаем. Буду двенадцать часов. Поклон Соне. Антуан.

На бланке:

Нов. Басманная. Басманное училище. Чехову.

1375. М. О. МЕНЬШИКОВУ

15 января 1894 г. Мелихово.

Ст. Лопасня, 15 янв.

Многоуважаемый Михаил Осипович, я слышал, что Вы недавно были в Москве, и мне очень жаль, что мы не повидались. Я хотел поговорить с Вами о Павле Александровиче, посочувствовать и просить Вас передать мое сочувствие его семье. Я мало был знаком с покойным, но если можно судить о редакторе по газете, то это был даровитый и очень симпатичный человек.

Я у Вас в долгу: я не ответил на Ваше письмо, в котором Вы сообщили о переводе моей "Палаты № 6" на английский язык. Признаюсь, я сделал это, т. е. не ответил, — умышленно. Вы желали получить от меня автобиографию, а для меня это нож острый. Не могу я писать о себе самом.

За то, что высылаете мне "Неделю" и в этом году, приношу Вам мою сердечную благодарность. Пожалуйста, продолжайте считать меня Вашим сотрудником и не сердитесь на мою тугоподвижность. У меня скопилось много сюжетов для повестей и рассказов, но я в плену и, как мне кажется, раньше июня из плена меня не пустят. После июня до самого конца дней моих я буду уже заниматься исключительно одною беллетристикой. Брошу даже медицину и, думаю, имею на это право, так как отдал уже ей дань в виде книги о Сахалине. В этом году я чувствую уже себя много посвободнее, чем в прошлом и третьем. Даже разгулялся и дал по рассказу в "Русскую мысль" и в "Артист". В последнем (в янв<арской> книжке) напечатан мой рассказ "Черный монах". Это рассказ медицинский, historia morbi. * Трактуется в нем мания величия.

В этом году я едва ли попаду в Петербург. Если Вам случится быть в Москве, то дайте мне знать заранее или же телеграфируйте из Москвы.

Желаю Вам всего хорошего.

Ваш А. Чехов.

* история болезни (лат.).

1376. М. Н. КЛИМЕНТОВОИ-МУРОМЦЕВОЙ

20 января 1894 а. Мелихово.

20 янв. Ст. Лопасня Моск.-К. д.

Многоуважаемая

Мария Николаевна!

Вы пишете, что доставлять удовольствие своему ближнему должно входить в круг наших нравственных обязанностей. Да, но это не всегда в нашей власти. Так, например. Ваше письмо вместе с удовольствием доставило мне также и большое неудовольствие; оно пришло ко мне, когда я был уже в деревне. В печке жалобно выл ветер, в старых газетах и за обоями шуршали мыши - одним словом, было налицо всё, что нужно для рассказа с грустным финалом: приглашение в иной мир лишь напомнило узнику, где он!

Тысячу раз благодарю за письмо и жалею, что не мог воспользоваться Вашим приглашением, чрезвычайно лестным для меня.

От души желаю Вам всего хорошего.

Искренно Вас уважающий

А. Чехов.

1377. М. О. МЕНЬШИКОВУ

20 января 1894 г. Мелихово.

Ст. Лопасня. 20/I 94.

Многоуважаемый Михаил Осипович, мне прислали из Москвы Вашу телеграмму. На пути, вероятно, она встретилась с моим письмом, и так как это письмо уже дало Вам, хотя отчасти, ответ на Вашу телеграмму, то считаю излишним тревожить телеграфное ведомство и возвращаю Вам квитанцию № 21. Тем более, что уже прошло 5 дней и моя телеграмма всё равно запоздала бы.

И. И. Горбунов, вероятно, ослышался или не понял меня. Помнится, у нас был разговор о рассказе, давно уже напечатанном. Был у меня один маленький рассказ, Ивану Ивановичу неведомый, но я уже сдал его в "Русские ведомости". Во всяком случае благодарю Вас за внимание. Желание Ваше исполню при первой же возможности. Буду иметь Вас в виду, как говорят особы первых четырех классов.

В марте, вероятно, уеду в Крым. Желаю Вам всего хорошего и прошу извинить за скуку, какую я причиняю Вам своими обещаниями, в которые Вы, по всей вероятности, давно уже потеряли веру.

Где теперь Дедлов? Мне нужно его видеть или написать ему. Не будет ли он в Москве? А если он в Петербурге, то где живет?

Будьте здоровы.

Ваш А. Чехов.

1378. Т. Л. ЩЕПКИНОЙ-КУПЕРНИК

20 января 1894 г. Мелихово.

20-го янв.

Милая Таня, не сердитесь на меня. Приезжайте сегодня или завтра в Мелихово, выпьем мировую - и баста. Будьте же умницей.

Житель "Лувра" (№ 54)

А. Чехов.

Р. S. Буду ждать.