Заботы красоты

Перевод А. Ибрагимова

Зажав между коленями маленький рог лани, Мариам то и дело опускает в него палочку из черного дерева. Осторожно вынимает ее, проводит кончиком вдоль век и любуется собою в металлическом зеркале. Она и впрямь прелестна. Небрежно накинутая одежда. Два золотых кольца в ушах и двойная гирлянда цветов моро-моро. А какая у нее кожа! О, этот блеск, эта нежность, этот трепет вырванной печени.

Пока ты набиваешь свою утробу

Перевод А. Ибрагимова

Пока ты набиваешь свою утробу, все в ожидании — и собака, и кошка, и куры, и даже муравьи.

Пока ты набиваешь свою утробу, вспоминай о том, что говорил в посевную страду, доверяя зерна разрыхленной земле:

— О даритель дождей! Ниспошли в изобилии влагу, чтоб еды хватило на всех. На меня и семью. На птиц в небе и муравьев на земле, на сироту и случайно забредшего путника.

И вот полились дожди, а после их окончания, щедро орошенные росой, зерна дозрели. Птицы склевали не все. Обезьяны, пальмовые крысы, дикобразы пощадили твой урожай. Мольбы твои исполнились. Так не забывай же о голодных, набивая свою утробу.

Ты спишь

Перевод А. Ибрагимова

Если ты спишь, стало быть, ты в мире с собою. Если ты спишь, стало быть, у тебя слишком много времени. Если ты спишь, стало быть, сердце твое не обременено заботами. Если ты спишь, значит, дремлет и твоя мысль.

Как смеешь ты спать в час, когда гибнут люди?

— В час, когда узники стонут в оковах?

— В час, когда рыдают сироты и вдовы?

— В час, когда другие, с болью в душе, думают о твоем спасении?

Кто ты? Откуда родом?

За какие грехи бог лишил тебя разума?

МАРОККО

МУХАММЕД АЗИЗ ЛАХБАБИ[205]

Кто кого создал

Перевод М. Кудинова

До чего же мы хрупкие с вами созданья! И хотя для Аллаха, Для Брахмы, Для Бога-отца Люди были венцом мирозданья. Однако какой-нибудь сущий пустяк — Инфузория, жалкий микроб — Без особых усилий Сводит нас в гроб. О боги из бронзы! Творение рук человека! По образу своему и подобию Создавал он вас, боги. Молитесь на человека, Молитесь за человека, Потому что ему вы обязаны многим. О боги из камня! Неустрашимых и сильных, Вас изваял человек, Боязливый и хилый… С высоты пьедесталов своих Вы глядите, как мимо проходят века, И ни время, ни бури Не могут лишить вас величья и силы. Так явите же милость тому, кто вам жизнь даровал, Кто вас создал и, как говорится, поставил на пьедестал. Он, создавший вас, любит цветы — вихри рвут их со злобой, Он боится болезней — разносят их ваши микробы, Дорожит своей жизнью — ее поломать вы способны шутя, Позабыв, что извлек он вас, боги, из небытия. Почитает он вас, очищает от грязи и пыли. Строит пышные храмы, чтоб вы среди роскоши жили, Оживляет и бронзу, и камень, и дерево, чтобы вы плоть обрели И чтобы пылкая вера Пред вами склонялась до самой земли. И, однако, Во власти своих постоянных забот и тревог, Дать вам сердце Создатель ваш так и не смог. По вине человека Бессердечны вы, боги!

На скрещенье путей

Перевод М. Кудинова

Быть — Это «нет» говорить пустоте, «Нет» — ночной немоте, «Нет» — абсурду дорог. Бесконечных дорог. Затерявшихся в темноте. Жить — Это быть На скрещенье путей, Где тепло меня греет улыбки твоей, Где мое отраженье в глазах у людей, Где живут, умирают, Вступают в борьбу, «За» и «против», Во власти кипящих страстей. Пустота… Есть дыхание в той пустоте. Немота… Но гармония есть и в ночной немоте. Неспроста Ночь огнями зажглась над абсурдом дорог, Затерявшихся в темноте.

Втроем

Перевод М. Кудинова

Когда вулкан перестал грохотать, Земля ожила И покрылась опять Колосьями, Чьи золотистые стебли Переплетаются, Словно Друг к другу ласкаются… Ровно Дышат они и качаются Плавно… Им трудно на месте стоять. А в огромном лесу Бродит ветер, не разбирая дороги, И тихо Вздрагивают ветви деревьев В ритме сердца и в ритме его тревоги. По осенней земле, По осколкам молчанья Ступают мои утомленные ноги. И привкус одиночества вдруг исчезает, И появляется чувство особого рода, Непостижимое чувство, Что теперь мы втроем: Я, воспоминание о тебе и природа. И мне не страшно: Ведь я не один.

Рабат

Перевод М. Кудинова

О город печальный, хотя и пьяный от солнца, Город, сыростью отягощенный! Ты хрупкие флейты мои не слышишь, Сердце мое здесь эхо свое потеряло, Я на странице дрожащей пишу окровавленной пеной. Город горечи, Нервов лишенный Рабат! Ритм словам придавать Здесь поэты себе запрещают. Вокруг разговоры ведут И ничего ровным счетом Не говорят. Среди гула слова умирают, Цветы увядают, И ветер сметает безжалостно их аромат. Если бы люди умели смеяться, Они б оставались всегда молодыми. вернуться

205

Мухаммед Азиз Лахбаби родился в 1918 году. Составитель «Антологии арабской и берберской поэзии» (Бленвиль-сюр-Мэр, Франция, 1965). Стихотворение «Эгоцентризм» взято из журнала «Сибирские огни», 1969, № 8; «Феллах» — из сборника «Из африканской лирики»; остальные — из журнала «Иностранная литература», 1970, № 5.