Б л о к Здесь что-то для тебя не так? В чем дело?          Л ю б о в ь  Д м и т р и е в н а Решилась быть я около тебя, Быть кроткой и послушной, окружить Тебя любовью, самой нежной, тихой, Чтоб был невозмутимо счастлив ты Всю жизнь.                   Б л о к                  Все так. Но это невозможно. Ты, бедная, жестоко обманулась.         Л ю б о в ь  Д м и т р и е в н а Ты все смеешься.                     Б л о к                                Нет, двойник веселый, А я, не видишь разве, слезы лью.         Л ю б о в ь  Д м и т р и е в н а Нет, я рыдаю. Не один супруг Не обращался с юною женою, Как ты, чуждаясь близости в любви, Мол, это "астартизм", иль "темное", Бог знает что еще. А мне хотелось Всего лишь счастья в полноте любви.                     Б л о к Такие отношенья быть не могут Влекуще длительны. А пресыщенье Погубит верность, самую любовь, И я б ушел в другим за тем же самым.         Л ю б о в ь  Д м и т р и е в н а А я?                     Б л о к           И также ты.          Л ю б о в ь  Д м и т р и е в н а                                   Ты шутишь все.                      Б л о к Уж лучше посмеяться, чтоб не плакать, Как смертность человека злит до смеха.          Л ю б о в ь  Д м и т р и е в н а Теории все это.                      Б л о к                              Погружаясь И в отвлеченности, он остается - Поэт поэтом в глубине души, А значит, и любовником, безумцем, Что открывает сердце, а не ум,     (вскакивая с воинственным видом) Возьмет он в руки меч, а не перо, К окну он будет рваться, разбросав     (делая все это, как заигравшийся ребенок) Все свитки размышлений и стихов, Положит жизнь свою не на идею, А на любовь, что вдохновляет даже И на теории, но остается Один живой и гибкий корень вечно, То корень творчества, любви и жизни.          Л ю б о в ь  Д м и т р и е в н а Ты, как всегда, меня заговорил, - Постой, привыкла я с доверьем слушать, Что ты несешь и в шутку, и всерьез.                    Б л о к Всему свой час. Чего же хочешь ты?          Л ю б о в ь  Д м и т р и е в н а Найти себя. Поскольку брак условен, И я отнюдь не есть источник счастья, А только озарений, как заря, Что остается?                    Б л о к                           О, заря! Заря, Как в небесах, на суше и на море - В подлунном мире ты моя стезя.

Сцена 4

Гостиная в квартире полковника Кублицкого. На полу у рояля большой куст гортензии. Входит Мария Андреевна Бекетова; ее встречает Александра Андреевна.

М а р и я  А н д р е е в н а. Цветы какие!

А л е к с а н д р а  А н д р е е в н а. Внес денщик со словами: "Для молодой барыни".

М а р и я  А н д р е е в н а. А почему сюда? И от кого?

А л е к с а н д р а  А н д р е е в н а. Что ж у меня спрашиваешь? Я ли здесь молодая барыня.

М а р и я  А н д р е е в н а. Впрочем, я догадываюсь. Письма слишком красноречивы и сумбурны, чтобы произвести должное впечатление, а цветы - иное дело. Как приняли?

А л е к с а н д р а  А н д р е е в н а. Смеясь, как брат и сестра от общего поклонника, но к себе не взяли. Теперь можно подумать, цветы предназначены мне.

М а р и я  А н д р е е в н а. Как бы Франц не заревновал.

А л е к с а н д р а  А н д р е е в н а. Когда поэт влюблен в земное воплощенье Вечной Женственности, это не удивительно; но Боре как-то фатально не везет...

М а р и я  А н д р е е в н а. Еще бы повезло! Поэт-то Сашура, а Боря, прости меня, всего лишь стихотворец.

А л е к с а н д р а  А н д р е е в н а. Я не это имею в виду. После знакомства с Сашей и Любой в Москве Боря приезжает в Петербург как раз в утро 9 января, а возвращается в Москву в день убийства великого князя Сергея; летом, посетив нас в Шахматове, влюбляется в Любу, и все вокруг у него окрашивается в кровавый цвет. Неудивительно, на грани безумия пишет нам письма, а тут прерывается связь - забастовка почтово-телеграфских служащих, и он приезжает в Петербург - в декабре, когда Москва покрылась баррикадами, опять кровь и кровь. Я думаю, он вне себя не от любви, а, как все мы, от тех ужасов.

М а р и я  А н д р е е в н а. Так он и ищет у Любы спасения. Он и просил у нее спасти Россию и его.

А л е к с а н д р а  А н д р е е в н а. Боюсь, как бы еще чего похуже не случилось у нас. Хотя куда еще хуже.

М а р и я  А н д р е е в н а. Нет, нет, мне кажется, Боря успокоился, и цветы - это знак примирения.

А л е к с а н д р а  А н д р е е в н а. Ты не понимаешь, это-то и опасно.

    Раздается звонок; женщины вздрагивают и переглядываются.

АКТ  II

Сцена 1

Квартира полковника Кублицкого. В гостиной с новыми корзинами цветов у куста гортензии Андрей Белый, Александра Андреевна, Любовь Дмитриевна и Блок.

Б е л ы й (сидя у рояля). Мне вспомнилось мое первое посещение Шахматова.

Б л о к (прохаживаясь с безмятежным видом). Цветы навеяли.

Б е л ы й (рассмеявшись). Странно: я удивился вам, Александра Андреевна, почти так же, как удивился Александру Александровичу при первом свидании с ним. Я не подозревал, что мать Блока такая.