Ц а р ь  в  м а с к е                                        Что? Ну, хорошо.                П о э т  в  м а с к е Признать прекраснейшей из смертных женщин Сию красавицу мы все должны.                Ц а р ь  в  м а с к е Согласен с вами совершенно, сударь. Я то же самое ей толковал, Впадая в восхищенье, как юнец.                П о э т  в  м а с к е Как камер-юнкер, вы сказать хотите? Но чин такой и милые проказы Уж не к лицу ни мне, ни вам, не так ли?

    Царь в маске качает головой.

И надобно вам знать, я тайну выдам. Пред нами не Елена, чья краса Не возбуждала ревности Венеры, А слава же двусмысленна весьма; Но у царей, как и цариц, иные Насчет своих страстей соображенья, Как было встарь, и ныне, не для них Законы писаны. Но красота ль Повинна? Свет ее чистейший в мире Несет Психея, явленная здесь. Она не для утехи, как Елена, Лишь прелестью своею упоенной Всегда и всюду; нрав ее таков. Психея ж целомудренно чиста, Как высшая на свете красота.             Ц а р ь  в  м а с к е А что? Быть может, вы и правы, сударь. Догадываюсь, с кем имею честь Беседовать, как некогда в Кремле Во дни торжеств, с умнейшим человеком, Которого я мог сослать в Сибирь, Но уберег поэта для России.              П о э т  в  м а с к е Убережем мы также и Психею, Как свет души, во дни торжеств и бед.              Ц а р ь  в  м а с к е Я понял. Будь достоин сам Психеи, И я ей буду предан, как и ты.                Г е н е р а л А государь, похоже, отступился.        Г р а ф и н я  с  л о р н е т о м Желая, верно, избежать скандала, Что может учинить сей обезьяна С придворным званьем камер-юнкер.                   Г р а ф    (сановник в придворном мундире) Давайте поразмыслим на досуге, Как проучить его.            М о л о д а я  д а м а                                   А с ним Психею! С нее-то надо взяться; пусть рога Проступят также и у Дон Жуана.       Г р а ф и н я  с  л о р н е т о м Есть на примете у меня прельститель. Он ныне в моде.            М о л о д а я  д а м а                                А, француз! Не он ли Танцует с Голубою маской?                 Г е н е р а л                                                      Да-с. Ведь русского на подвиг сей не сыщешь, Когда сам государь засомневался. Он удаляется. А мы проводим И вновь сойдемся. Дело есть у нас.

     Танцы продолжаются. В богинях, музах и дамах, а также в офицерах и мужчинах в масках зрители угадывают всех действующих лиц и внесценических персонажей из пушкинского круга.

               Г е р о л ь д Шарадам нет конца; но из шарад Всех удивительней наш Маскарад В круженьи пар бессмертных среди смертных, В живых картинах беспримерных, С веселым хороводом муз и нимф, Как утро возвещает солнца нимб!

      С восходом солнца небеса проступают во всех окнах.

Сцена 4

Петербург. 4 июля 1834 года. Кабинет поэта. Пушкин просматривает корректурные листы. За дверью голос Никиты: "Барин никого не принимает". Женский голос: "Пусти, Никита! Разве не узнаешь меня? Пушкин! Пушкин!" Входит Елизавета Михайловна Хитрово.

               П у ш к и н       (вскакивая навстречу) Сударыня!       Е л и з а в е т а  М и х а й л о в н а                     Простите, милый Пушкин! Сейчас из Царского Села я еду. Жуковский шлет письмо.                  П у ш к и н                                              Здесь два письма.       Е л и з а в е т а  М и х а й л о в н а А вам смешно?                   П у ш к и н                             Жуковский не охотник До писем; сожалею, что заставил Его столь потрудиться, вас привлекши, К тому же, к делу.      Е л и з а в е т а  М и х а й л о в н а                                   Ах, о том ли речь!                   П у ш к и н Я - как медведь на цепи; стоит мне Шаг сделать в сторону, на волю, тотчас Находят новый повод для острастки, Из ссылки в ссылку шлют за строчку вздора Об атеизме да в письме приватном; Берутся за рогатину друзья, Боясь, меня пристрелит мой хозяин, Коль буду на свободе я, как все.