Кн. Голицыной, посылая ей оду «Вольность»*

Простой воспитанник природы, Так я, бывало, воспевал Мечту прекрасную свободы И ею сладостно дышал. Но вас я вижу, вам внимаю, И что же?.. слабый человек!.. Свободу потеряв навек, Неволю сердцем обожаю.

Кривцову*

Не пугай нас, милый друг, Гроба близким новосельем: Право, нам таким бездельем Заниматься недосуг. Пусть остылой жизни чашу Тянет медленно другой; Мы ж утратим юность нашу Вместе с жизнью дорогой; Каждый у своей гробницы Мы присядем на порог; У пафосския царицы Свежий выпросим венок, Лишний миг у верной лени, Круговой нальем сосуд — И толпою наши тени К тихой Лете убегут. Смертный миг наш будет светел И подруги шалунов Соберут их легкий пепел В урны праздные пиров.

«Орлов с Истоминой в постеле…»*

Орлов с Истоминой в постеле В убогой наготе лежал. Не отличился в жарком деле Непостоянный генерал. Не думав милого обидеть, Взяла Лаиса микроскоп И говорит: «Позволь увидеть, . . . . . . . . . . . .

«Не угрожай ленивцу молодому…»*

Не угрожай ленивцу молодому. Безвременной кончины я не жду. В венке любви к приюту гробовому Не думав ни о чем, без ропота иду. Я мало жил, я наслаждался мало… Но иногда цветы веселья рвал — Я жизни видел лишь начало . . . . . . . . . . . .

«Венец желаниям! Итак, я вижу вас…»*

Венец желаниям! Итак, я вижу вас, О други смелых муз, о дивный Арзамас! Где славил наш Тиртей* кисель и Александра, Где смерть Захарову пророчила Кассандра*… . . . . . .в беспечном колпаке, С гремушкой, лаврами и с розгами в руке.

1818

Торжество Вакха*

Откуда чудный шум, неистовые клики? Кого, куда зовут и бубны и тимпан?   Что значат радостные лики   И песни поселян?   В их круге светлая свобода   Прияла праздничный венок.   Но двинулись толпы народа… Он приближается… Вот он, вот сильный бог!   Вот Бахус мирный, вечно юный!   Вот он, вот Индии герой!   О радость! Полные тобой   Дрожат, готовы грянуть струны   Не лицемерною хвалой!..   Эван, эвое! Дайте чаши!   Несите свежие венцы!   Невольники, где тирсы наши? Бежим на мирный бой, отважные бойцы!   Вот он, вот Вакх! О час отрадный!   Державный тирс в его руках;   Венец желтеет виноградный   В чернокудрявых волосах…   Течет. Его младые тигры   С покорной яростью влекут;   Кругом летят эроты, игры —   И гимны в честь ему поют.   За ним теснится козлоногий   И фавнов и сатиров рой,   Плющом опутаны их роги;   Бегут смятенною толпой   Вослед за быстрой колесницей,   Кто с тростниковою цевницей,   Кто с верной кружкою своей;   Тот, оступившись, упадает   И бархатный ковер полей   Вином багровым обливает   При диком хохоте друзей.   Там дале вижу дивный ход!   Звучат веселые тимпаны;   Младые нимфы и сильваны,   Составя шумный хоровод,   Несут недвижного Силена…   Вино струится, брызжет пена,   И розы сыплются кругом;   Несут за спящим стариком   И тирс, символ победы мирной,   И кубок тяжко-золотой,   Венчанный крышкою сапфирной,—   Подарок Вакха дорогой.   Но воет берег отдаленный.   Власы раскинув по плечам,   Венчанны гроздьем, обнаженны,   Бегут вакханки по горам. Тимпаны звонкие, кружась меж их перстами, Гремят — и вторят их ужасным голосам. Промчалися, летят, свиваются руками,   Волшебной пляской топчут луг,   И младость пылкая толпами   Стекается вокруг.   Поют неистовые девы;   Их сладострастные напевы   В сердца вливают жар любви;   Их перси дышат вожделеньем; Их очи, полные безумством и томленьем,   Сказали: счастие лови!   Их вдохновенные движенья   Сперва изображают нам   Стыдливость милого смятенья,   Желанье робкое — а там   Восторг и дерзость наслажденья. Но вот рассыпались — по холмам и полям;   Махая тирсами, несутся;   Уж издали их вопли раздаются,   И гул им вторит по лесам:   Эван, эвое! Дайте чаши!   Несите свежие венцы!   Невольники, где тирсы наши? Бежим на мирный бой, отважные бойцы!   Друзья, в сей день благословенный   Забвенью бросим суеты!   Теки, вино, струею пенной   В честь Вакха, муз и красоты!   Эван, эвое! Дайте чаши!   Несите свежие венцы!   Невольники, где тирсы наши? Бежим на мирный бой, отважные бойцы! вернутьсявернутьсявернутьсявернутьсявернутьсявернутьсявернутьсявернуться