Сара

Старайся Рассеяться!.. в твои лета позабывают И самую жестокую печаль. Вот твой отец придет! Теперь С раввином он беседует О чем-то занимательном и важном. Он новостью тебя займет.

Ноэми

Я проклинаю Все эти новости, одна уж Меня лишила счастья… а другая Мне не отдаст его. — Ах, Сара! Всё кончено! всё кончено!

(Моисей вбегает как бешеный.)

Моисей

Дочь! дочь! дочь!.. он нашелся! Зачем теперь? зачем так поздно… он нашелся!.. Твой брат… мой сын!.. сын!.. я не знал… Жестокий случай так… я не прижал Его к груди, и не прижму… найден, И в тот же миг потерян. О судьба! Земля и небо, ветры! бури! гром! Куда вы сына унесли? зачем отдать, Чтобы отнять… и христианин! Возможно ли? — мой сын… я чувствовал, Что кровь его — моя… я чувствовал, Что он родной мой… о Израиль! Израиль!.. ты скитаться должен в мире, Тебя преследуют стихии даже… И бог твой от тебя отворотился. Мой сын! мой сын!..

Сара

Где ж он? зачем не здесь? Кто ж он?.. и кто сказал… что сын твой!

Моисей

О горе! горе! горе нам! он здесь был — Раввин принес мне доказательства… я верю, Что он — мой сын! — я спас… он спас меня… И он погибнуть должен… не спастись Ему вторично от руки злодеев… Ноэми! горе! горе для тебя! Фернандо — брат твой! Испанец — брат твой! Он гибнет; он родился, чтоб погибнуть Для нас! — он христианин!.. он твой брат!

(Ноэми упадает без чувств на пол. Сара спешит к ней.)

Пускай умрет и дочь… и я!.. у бога Моих отцов нет жалости… мой сын! мой сын!

(Ломает руки и стоит недвижен.)

Действие четвертое

Сцена I

(В доме Соррини. На столе бумаги и книги и песочные часы.)

Соррини (входит)

Сегодня, может быть, увижу я Мою красавицу. — Мою! — зачем же нет? Она моя, так верно, как я плут. Когда я сам с собою, то никак Себя я не щажу. — Зачем? — Я плут. Я это знаю сам, зачем скрываться Перед собой? — Я плут, но умный плут. Да впрочем я не вижу тут худого; Я сотворен, чтоб жить и наслаждаться. И всеми средствами я должен достигать Предположенной цели. — Я достиг — И умный человек. — Не удалось — глупец! Так судят люди, большей частью. Великий инквизитор обещал У нашего отца святого выпросить Мне шапку кардинала, если я Явлюсь ее достойным — то есть Обманывать и лицемерить научусь! О! это важная наука в мире! Наука женщин! с нею прямо в папы; И этому есть доказательства у нас.

(Молчание.)

В кровавый путь отправлен уж Фернандо… Один лишь Алварец… да этот плох! О! бедная Эмилия; давно ли Сказала ты, что старику смешно Любить и невозможно?.. но сегодня Ты мысли переменишь…

(Садится.)

Говорят, Что женщины должны быть неприступны Для нашего сословья; что закон велит… Ужель закон в сей толстой книге Сильней закона вечного природы? Безумец тот, кто думал удержать Ничтожным правилом, постановленьем Движение природы человека; Он этим увеличил грех — и только, Дал лишний совести укор и между тем Желание усилил запрещеньем! Пострижен был насильно я в монахи; Почти насильно (в пылкой юности Не можем понимать мы важной пользы); Пускай, пускай они за всё ответят, Что сделал я; пускай в аду горят Они… но что такое ад и рай, Когда металл, в земле отрытый, может Спасти от первого, купить другой? Не для толпы ль доверчивой, слепой, Сочинена такая сказка? — я уверен, Что проповедники об рае и об аде Не верят ни в награды рая, Ни в тяжкие мученья преисподней. Да впрочем добрый смысл велит не верить, Что души будет вечный жечь огонь; Что черти за ноги повесят тех, Которые ни рук, ни ног иметь не будут.

(Берет книгу, перо и бумагу.)

Займусь!

(Кладет.)

Нет, что-то я не в духе! Кто бы поверил, что в мои лета Хорошенькой девчонки ожиданье Могло смущать, тревожить, беспокоить? Я всё не понимаю, для чего Мне не годится женщину любить; Как будто бы монах не человек?

(Смотрит на часы.)

Часы бегут — и с ними время; вечность, Коль есть она, всё ближе к нам, и жизнь, Как дерево, от путника уходит. Я жил! — Зачем я жил? — ужели нужен Я богу, чтоб пренебрегать его закон? Ужели без меня другой бы не нашелся?.. Я жил, чтоб наслаждаться, наслаждался, Чтоб умереть… умру… а после смерти? — Исчезну! — как же?.. да, совсем исчезну… Но если есть другая жизнь?.. нет! нет! — О наслажденье! я твой раб, твой господин!..