Пожарский

Прости меня, Коломна, ты в обиду Не ставь моих речей! Тебе спасибо! Не для меня, для Бога ты старался, И Бог тебе заплатит. Вы, как братья, Спешили к нам на выручку, другие ж Ругали нас из-за Москвы-реки. Про них и речь, а о тебе ни слова. К хорошему дурное не пристанет, А про воров нельзя не говорить.

(Дворянам.)

Пойдемте-ка, с острога мы посмотрим, Не видно ли, что делает Кузьма?

Уходят в ворота острожка, Коломна за ними. Двое стрельцов приводят раненого Колзакова.

Явление пятое

[Колзаков, первый и второй стрельцы и раненые.]

Колзаков

Куда еще? Довольно! Здесь, у храма. На паперти меня и положите!

(Садится на паперть.)

Я здесь умру. Попа теперь не сыщешь. Я во грехах своих покаюсь вам. Грехи мои великие: я бражник! И умереть я чаял за гульбой. Но спас меня Господь от смерти грешной. Великое Кузьма затеял дело, Я дал ему последний крест с себя; Пошел за ним, московский Кремль увидел, С врагами бился так же, как другие, И умираю за святую Русь. Скажите всем, как будете вы в Нижнем, Чтобы меня, как знают, помянули — Молитвою, винцом иль добрым словом.

Первый стрелец

(утирая слезу)

Ты мученик, тебя Господь простит.

Второй стрелец

(утирая слезу)

А потому ты, ежели за веру, Сейчас на небеса.

Первый стрелец

(нагибаясь к Колзакову)

И беспременно. Поверь ты мне, Баим! Послушай! Помер!

Снимают шапки.

А добрый был, прими его Господь!

Выходят Пожарский, Коломна, дворяне, дети боярские и казаки.

Явление шестое

[Те же,] Пожарский, Коломна, дворяне, дети боярские, сотник и казаки.

Пожарский

(всходит на вал)

Пальба и пыль от нас, а не на нас. К монастырю Донскому! Гетман дрогнул. Скорей коня! Теперь настало время Ударить враз. Не выдадим Кузьму. Сбирайте сотни! На конь, и за дело!

Сотник

(на валу)

Живее на конь!

Казаки

Мы за вами разом.

Входит раненый Поспелов.

Явление седьмое

[Те же и Поспелов.]

Пожарский

Откуда ты, Поспелов? Ранен?

Поспелов

Ранен. У Крымского двора мы конных сбили. С испугу те ударились бежать И пешую свою стоптали роту. Ходкевич сам, увидя нас в тылу, Екатерининский свой стан покинул, К монастырю бежит со всею силой. Кузьма Захарьич по пятам за ним, Лишь я отстал: скакать не стало силы.

Пожарский

Молись! За мной!

(Уходит.)

Входит старик в страннической одежде, через плечо на ремне висит сулея[10], через другое — сумка с травами и корнями. Нагибается к раненым, прикладывает траву и дает пить из сулейки.

Явление восьмое

[Поспелов и старик-странник.]

Поспелов

(садясь)

От родины далеко, Без помощи, среди чужих людей Я встречу смерть. Прощайте, золотые Мечты мои! Хотелось бы пожить И выслужить себе и честь и место Почетное. Обзавестись хозяйкой Любимою, любить ее, как душу, Семью завесть и вынянчить детей. Да не дал Бог — судьба не то судила, Судила мне лежать в земле сырой, Похоронить и молодость и силу Вдали от стен родного пепелища! В глазах темно, то ночь ли наступает, Иль смерть идет, не знаю.

(Шепчет.)

Боже, душу Прими мою и упокой в селеньях

(падает в изнеможении),

Где праведные…

Старик

(нагибаясь над Колзаковым)

Уж никакое зелье Поднять тебя не может, Божий воин.

(Подходит к другому воину, прикладывает траву к голове.)

Ты две зари носи ее на ране

(дает корень),

А это жуй поутру, не молясь.

(Подходит к Поспелову, вливает ему несколько капель, тот приходит в чувство.)

Поспелов

Откуда ты? Сам Бог тебя послал. Ты кто, старик?

Старик

Я странный богомолец. По таборам хожу; обет я принял Болящих чад безмездно врачевать. Открыты мне травы целебной силы, А кем и как, то знаю я один.

Поспелов

Мне жизнь мила, перед тобой не скрою.

Старик

Ты будешь жив, твоя болезнь не к смерти. Лицо твое светло, и жилы бьются. Кому не жить, тот темен, как земля. Мы все земля, и если наше тело Темнеть начнет, так, значит, в землю хочет. Ты ослабел от ран, и много крови Ты истерял… Произволеньем Божьим Растет трава, названьем «девесил», Недаром ей прозвание такое, В ком силы нет, — прибавит девять сил, Настой ее тебе на пользу будет, Хлебни его! А рану ты завяжешь. Плечо твое уязвлено железом. вернуться

10

Сулея — плоская бутыль, фляжка.