Подходят к толпе Минин и Поспелов. Павлик что-то шепчет Лыткину.

Явление одиннадцатое

[Те же, Минин и Поспелов]

Минин

Послушаем, о чем народ толкует? Того и жди что смута заведется, Из воровских полков с подсылом много Народу набегает; не усмотришь, Проезжий город. А, да это наш, Из биркинских людей, Павлушка, писчик. Негодный человечишка, за ним Глядеть да и глядеть! Что за охота Держать такую дрянь, не знаю, право!

Голос из толпы

Ну, что ж молчишь? Язык-то прикусил?

Павлик

Я живу с краю, ничего не знаю.

(Убегает.)

Минин

Что он молол?

Голоса из толпы

Да много говорил, Про королевича. — Да разореньем Все нам грозит.

Лыткин

Такие страсти Наговорил, не знаешь, что и делать.

Минин

Как только вам не грех воришек слушать, Бездельных, шлющихся! Развесьте уши, Им на руку, они тому и рады.

Голоса из толпы

Да кто ж ему поверит! — Зря болтает! — Учи нас, вразумляй, Кузьма Захарьич!

Минин

Одно вы помните и зарубите, Что мы клялись креста не целовать Ни Владиславу, ни кому другому Из иноземцев, — ждать, кого на царство Пошлет Господь и выберет земля. Нам государь — великий патриарх, Другого нет у нас. Что скажет — свято. Сегодня от него пришли гонцы. Мы грамоту прочтем и вам объявим Его приказ и земское решенье.

Вбегают несколько человек.

[Явление двенадцатое]

[Те же и вновь пришедшие.]

Один из них

Отписки из Москвы! Гонцы с вестями!

Голоса из лавок

Куда идут?

Один из вновь пришедших

На воеводский двор.

Другой

Письмо от патриарха Ермогена.

Площадь наполняется. Входят Роман Пахомов и Родион Мосеев.

[Явление тринадцатое]

[Те же, Роман Пахомов и Родион Мосеев.]

Родион Мосеев

Честным нижегородцам из Москвы От разоренных и плененных братий Поклон мы правим низкий, до земли.

(Кланяется.)

Все кланяются.

Роман Пахомов

Честному духовенству, воеводам И всем — и старшим и молодшим людям Благословение от патриарха.

Действие второе

Сцена первая

ЛИЦА:

Марфа Борисовна.

Домна, старуха.

Минин.

Аксенов.

Поспелов.

Иван Кувшинннков, сотник из Балахны, и Григорий Лапша, крестьянин из Решмы — предводители восстания на Волге.

Просторная бревенчатая светлица.

Явление первое

Марфа Борисовна сидит на скамье. Домна на низенькой скамейке у ног ее.

Марфа Борисовна

(поет)

Пустыня прекрасная! Меня многогрешную, Как чадо свое, приими. Любимая мать моя, В пристанище тихое, В безмолвные недра свои!

Домна

Стучится некто.

Марфа Борисовна

Отопри поди!

Домна уходит и скоро возвращается с Аксеновым.

Явление второе

[Те же и Аксенов.]

Аксенов

Здорова ли ты здесь?

Марфа Борисовна

Кажись, здорова.

Аксенов

Я прежде всех, и ладно; мы покуда Поговорим с тобой да потолкуем. Об чем бы нам? Давай о женихах.

Марфа Борисовна

Поговорим. Спасибо за заботу.

Аксенов

Пришел к тебе я сватом.

Марфа Борисовна

От кого же?

Аксенов

От Лыткина, у нас в ряду торгует, Он пожилой и четверо ребят.

Марфа Борисовна

Ну, хорошо, мне пожилой-то лучше.

Аксенов

(смеется)

Да полно, так ли?

Марфа Борисовна

Только, Петр Аксеныч, Ты попроси, чтоб он пообождал, А отказать не откажи.

Аксенов

Ну, ладно.

(Смеется.)

Марфа Борисовна

Да чему же ты смеешься, Петр Аксеныч?

Аксенов

Я больно рад, что ты не отказала Совсем ему; он человек нам нужный. Вот видишь ли: деньжонки у него В запасе есть, а на мирскую нужду Он больно скуп, теперь в надежде будет, Что за тобой приданое большое, Так и для миру будет тороватей.

Марфа Борисовна

Какой шутник ты, Петр Аксеныч! право!