Голоса

(на — галерее)

Он там, внизу, на Житном. — Обступили Его стрельцы московские; народу Пищалями грозятся. — Чу! Стреляют! Народ бежит.

Василий Шуйский

(хватаясь за Голицына)

Земля заколебалась Под нашими ногами. Ну, Голицын, Пропали мы! Давно живу на свете, А в первый раз колена задрожали… Народ, за мной! Робята, выручайте!

Калачник

Пусти меня вперед! За мной, робята! До нас дошло; пришла к рукам работа. Не страшны нам пищальные орехи: За ними шли!

Шуйский и калачник с толпой народа уходят.

Куракин

(у окна)

Народу прибывает! Как вкопаны стрельцы — не подаются, Стеной стоят. Вот наши подоспели С калачником и Шуйским, пошатнули, Попятили стрельцов, к крыльцу прижали. На лестницу их гонят. Отбиваясь, Стрельцы царька несут с собой в покои.

Входят стрельцы: одни вносят Дмитрия, другие удерживают народ.

Дмитрий

(подает руку немцам обезоруженным)

Благодарю, друзья!.. В очах темнеет!

(В обмороке; его кладут на скамью.)

Стрельцы

(окружающие Дмитрия)

Осаживай! Другие стрельцы Не подходите близко! Стрелять начнем, не разбирая. — Право, Хорошего немного: брат на брата!.. Крещеные! Заставите неволей, Так на себя пеняйте! — Отойдите! Начнем стрелять: пожалуй, и боярам Достанется.

Калачник

Ну, выстрели! живому Не быть тебе! Положим всех на месте. Сотник стрелецкий Грозить еще задумал! Целовали Мы крест ему, не побоимся смерти. На то стрельцы; такая наша служба, Что умирать.

Василий Шуйский

Да было б за кого! Чего же вам! С царицей говорили; Голицын к ней ходил Иван Васильич; Не признает своим, сказать велела: «Не сын он мне»! Пожалуй, умирайте; И мы не прочь! А что угодней Богу: За веру умереть иль за расстригу, Еретика? Москвы не удержать мне! На чьей душе кроворазлитье будет?

Сотник

Да как-то все, боярин… Нет, ты лучше Посторонись!

Стрельцы

Убьем, не лезьте близко!

Калачник

Да что ж вы, псы!.. Вались гурьбой, робята, В стрелецкую! Душите их отродье!

(Стрельцам.)

Вы стойте здесь, расстригу берегите! А мы детей и жен изгубим ваших И на ветер подымем ваши домы!

Сотник

Постой, постой! Боярин, мы поверим Словам твоим; а на душу возьмешь ли Ты грех за нас?

Василий Шуйский

Возьму.

Сотник

Теперь в ответе Пред господом не мы. За мной, робята!

Уходят.

Дмитрий

(очнувшись)

Зачем я здесь! Ах, ногу! грудь!.. Бояре, Крамольники!

Дмитрий Шуйский

Очнулся? Говори же, Ты кто таков?

Дмитрий

Я сын царя Ивана Василича, твой царь и повелитель. Ты не узнал меня, холоп!

(Василию Шуйскому.)

Ты, Шуйский, Мятежников собрал! Пойдем к народу, На лобное, к мятежникам твоим!.. Я не боюсь, я прав; пускай рассудят Меня с тобой! Я отдаюсь на волю Народную… Боишься ты, не смеешь Своей души народу обнажить? Я все скажу! И пусть народ узнает, Что я честней тебя, неблагодарный Клятвопреступник!

Василий Шуйский

Нам судиться поздно! Ты осужден!.. Кончайте с ним, робята!

(Нагибаясь к Дмитрию самозванцу.)

У нас народ для зверя ямы роет И в яме бьет, а выпусти — уйдет!

(Дмитрию Шуйскому.)

Ты, Дмитрий, здесь побудь и пригляди.

(Уходит.)

Один из мятежников замахивается на Дмитрия.

Дмитрий

Остановись! Ты видишь, безоружен И ранен я…

(В бреду.)

Подайте меч!.. Шварцгоф! Мой меч, Шварцгоф!.. За мной, за мной, казаки!.. Вы видите, вдали белеют стены! Возьмемте их.

Все окружают его и смотрят с изумлением. Входит Татищев и ведет за собой дворян Валуева и Воейкова.

Татищев

(народу)

Чего же вы стоите! Народу тьма сошлась, невесть отколе, Спасать царя бегут. Сболтнул им кто-то, Что бьют его поляки.

Дмитрий Шуйский

(в окно народу)

Эй! Винится! Во всем, во всем расстрига повинился.

Голицын

(отворачиваясь)

Кровавый день!