Мы встречаем у Пушкина, в чистом виде, все четыре основных формы аллитераций. Вот несколько примеров из числа многих сотен:

Анафора:

Благословляю богомольно… благовонием богаты… Немая ночь… Пейте, певцы…

Эпифора:

Кипит, бежит, сверкая и журча… Напоминают мне оне… Небес жилец…

Зевгма:

Свои уста оторвала… Но оба с крыльями и с пламенным мечом… Беспечный, влюбчивый. Вы знаете, друзья…

Рондо:

и ропщет бор… Недавно черных туч грядой… И оба говорят мне мертвым языком…

Точно так же легко найти у Пушкина все роды и виды аллитераций. Вот, например, аллитерации сложные, т. е. из нескольких звуков:

Воспомни прежние права… Волненье страха и стыда… Я слышу вновь друзей предательский привет…

Вот также примеры сложных аллитераций, притом частью гласных, частью раздельных, частью затактных, частью неточных:

Корме родного корабля… Феб однажды у Адмета… Однако, в сей Одессе влажной… Унылая пора, очей очарованье… Едва ответствуешь, не внемлешь ничему… Где луна теплее блещет…

Вот еще примеры аллитераций прерывных, т. е. таких, где между повторяющимися звуками стоят другие:

Младенца ль милого ласкаю… бродил у берегов… Его дыханья жадно ждет…

Или еще примеры аллитераций обратных, где звуки повторяются в обратном порядке:

Свой ветхий невод; ныне там… Едва опомнились младые поколенья… Понятна мне времен превратность… Се, ярый мученик, в ночи скитаясь, воет… Печальные стихи твердили в тишине… Беспечно окружась Сореджием, Кановой… Святыню всех своих гробов…

Чтобы не обращать статьи в учебник евфонии, скажем, что и всем, без исключения, явлениям аллитераций в стихах Пушкина можно найти блистательнейшие, классические образцы. Но сила Пушкина, как евфониста, повторяем, в ином, в большем. Гармония стиха Пушкина основана на системах аллитераций и на разложении аллитеративных комплексов.

4

Простейшей системой аллитерации является последовательная (secutio), т. е. сопоставление ряда аллитеративных комбинаций одна за другой, например, ряда анафор или рондо и анафоры и т. п.:

И конь скакал, и влекся вол, И своего верблюда вел… Порывом пылких ласк и язвою лобзаний… Журчат ручьи, блестят брега безмолвны… Уж угадали; лючно так… Мелькают мимо будки, бабы… Все видел, вспыхнул сам не свой… Мой милый друг, мы входим в новый сеет… Ревет ли зверь в лесу глухом…

Более сложной и более изящной является система перекрестная (geminatio), где сначала является один звук, потом другой, потом опять первый, потом опять второй. Пушкин очень охотно пользовался этой системой:

На мутном небе мгла носилась… Славянские ль ручьи сольются в русском море… В покойном сне, в привычном сновиденьи… В тиши полей, в тени лесной… Пылай, камин, в моей пустынной келье…

Может быть, наиболее изящной из простых систем является обхватная (antithesis), где два сходных звука «обхвачены» двумя другими сходными:

Мутно небо, ночь мутна… Свободы бакха верный сын… От света вновь отрекся он… Воскресла греков древних слава… Спеши любить, о Липа, И снова изменяй…

Другие системы, спираль, цепь, квадрат и т. п., в сущности, — комбинации трех основных. Не останавливаясь на них, приведем только один пример того, как вообще системы аллитераций тонко и отчасти причудливо располагаются в ряде стихов у Пушкина или, говоря терминами, в последовательной системе звукорядов:

Настанет ночь; луна обходит Дозором дальний свой небес, И соловей во мгле древес Напевы звучные заводит. Татьяна в темноте не спит И тихо с няней говорит.

Если взять только те звуки, которые нами отмечены (из числа начинающих слово или ударный слог и кончающих одновременно слово и ударный слог), получатся следующие ряды:

н, н, — н —,

д, д, — д; с, д — с;

с — в, в, — в — с;

зв, з — в;

т — т, т — т, н, с — т;

т, с, н, — т.

Однако явно, что в общей звуковой гармонии участвуют и другие звуки, например, н в слове «небес» (что образует рондо в двустишии: «Настанет… небес»); д в слове «древес» (другое рондо в двустишии: «Дозором… древес») и др.; кроме того, гармонии много способствуют рядом повторяющиеся гласные о (обходит, дозором, свод), а (настанет, луна), е (соловей, мгле, древес), и (спит, тихо) и др., но эта игра на гласных относится уже к другому отделу евфонии, к «учению об инструментовке».

5

Вообще те явления, которые мы здесь рассматриваем, ни в коем случае не ограничиваются пределом одного стиха. В системах звукорядов, т. е. в ряде стихов, в строфе, в целом стихотворении звуки располагаются, в частности у Пушкина, по тем же законам. Вот несколько простейших примеров того, как Пушкин принимал во внимание звуки слов, строя стихотворные периоды.