Все отходят.

Генриэтта

Где письмо?

(Не вскрывая.)

— А! Семь печатей!

(Казанове)

Моя любовь, — расстаться мы должны.

Картина четвертая

Гостиница «Весы»

Ночь. Дорожный развал. Горит одна свеча. У стола, уронив вниз голову в руки, сидит Казанова, Генриэтта, одетая по-дорожному, в беспокойстве ходит по комнате.

Генриэтта

Который час?

Казанова

За час — который раз Ты спрашиваешь?

Генриэтта

Нынче ночью встали Мои часы: должно быть, предпочли Времени — Вечность: отлетела стрелка!

Казанова

Ты уронила их?

Генриэтта

Нет, это ты Задел их, сонный.

Казанова

Я не помню.

Генриэтта

Помнишь? Еще ты вскрикнул: — Что это за звон? А я смеясь тебе сказала: — Сердце.

(Глядя на часы.)

Мингер Спиноза, мудрый филозуф, Но скверный часовщик вы!

Казанова

Генриэтта! Мы скоро расстаемся. Сядь ко мне, Как ты любила — хочешь? — на прощанье.

Генриэтта

(качая головой)

Нет.

Казанова

Ты не хочешь?

Генриэтта

Мало ли чего Хотим, дружок. Пока живешь — все хочешь — Всего. Но это Жизнь, а нынче — Смерть. Солдаты смерть встречают стоя. Ах, не забыть турецкую пистоль, Подарок твой!

Казанова

Мой мальчик! Генриэтта! Последняя мольба к тебе!

Генриэтта

Изволь.

Казанова

(по-детски)

Ночь глубока, дорожная карета Так широка, а мы с тобой тонки, Как два клинка… Клянусь тебе, я слезу На первом повороте!

Генриэтта

(у окна)

Огоньки В домах — везде — погасли…

(Вполоборота — Казанове.)

Бесполезно.

Казанова

Нет у тебя души!

Генриэтта

Должно быть — нет.

Казанова

А в жилах — лунный свет.

Генриэтта

Быть может — да, Быть может — нет.

Казанова

Скажи мне на прощанье: Бес или ангел ты?

Генриэтта

Чужая тайна Оставим это.

(Глядя на часы.)

Бедные часы! — И надо же, чтоб именно весы Щиток гостиницы изображал, где встреча Вечнейшая кончается навек, Как тает снег…

(Берясь за сердце.)

Боюсь, что здесь навек Покончено с законом равновесья!

(Снимает с руки кольцо, подает его Казанове.)

Возьми назад.

Казанова

(высокомерно)

Ни писем, ни колец Обратно не беру!

Генриэтта

(как эхо)

Ни клятв, ни писем Напрасно не храню.

Казанова

(вскипая)

Ах — так?

Генриэтта

(сама с собой)

Зачем? Нет, дорогой, прощаться — так прощаться!

(Пишет что-то кольцом по стеклу, окно настежь, кольцо в ночь.)

Вот и пропало!

Казанова

(прорываясь)

Хороша любовь! Из-за каких-то там семи дурацких Чертовых — черт! — печатей — в ночь — навек… — Какая там любовь! Так, — приключенье!

Генриэтта

Оставим это. Обещать одно Мне должен ты. Коль в жизни доведется Нам встретиться еще — не должен ты Глазом моргнуть. Вот долг твой. Понял?

Казанова

(желчно)

Понял. Любовь и долг, но это так же ново…

Генриэтта

(на секундочку Анри)

Как белый волк — и верный Казанова!

(По-другому)

Еще одно: нигде и никогда Не смей разузнавать — под страхом смерти Моей — кто я. Еще одно: люби Другую, нет — других, нет — всех. Безумства — Три — свершила я в свой краткий век. Ты — третье и последнее. — Довольно. — Который час?