Имр

Царевна!

Зоя

Нет, молчи, молчи, молчи. Твой голос мне напоминает что-то, О чем давно должна я позабыть.

Имр

Мой дом сожжен, от моего народа Осталась только кучка беглецов, И ты, и ты, чьи губы слаще меда, Становишься среди моих врагов. Я ухожу.

(Подходит ближе)

Зоя

Но ты хотел уехать, Ты мстить хотел, рассказывали мне.

Имр

Я не увижу ни морей, ни степи, Царь Трапезондский поведет отряд, Он твой жених, а мне тюрьма и цепи За то, что я поймал один твой взгляд.

Зоя

Так, значит, я виновна пред тобой?

Имр

Да, ты! И этой силою любовной, И страшною своею красотой, И телом ослепительным — виновна.

Зоя

Молчи, молчи, я о словах таких Мечтала слишком долго и напрасно. Зачем приходишь ты смущать меня Своей печалью, красотой и страстью?

Имр

Что клятвы, мною данные? Пути, Ведущие меня в мои владенья? Но я в тебе одной могу найти Небесного замену наслажденья.

Зоя

Уйди, уйди, тебя я не люблю И никогда тебя не полюблю я. Ты слишком страшен, и твои слова Меня палят, а не внушают нежность.

Имр (обнимая ее)

Нежна ль орлица к своему орлу, Когда их брак свершается за тучей? Нет, глаз твоих томительную мглу Пронижет страсть, как молнией летучей.

Зоя

Но я невеста, знаешь ты о том Я не себе принадлежу, другому. Подумай, я же кесарева дочь, Наследница державной Византии… Но ты совсем не слушаешь меня, И все мои слова и возраженья, Едва сказав, сама я забываю… О, почему так отступили стены, Зачем здесь небо, залитое светом; Широкими, горячими лучами? Я только тучка, ты же ветер вольный, По прихоти играющий со мною. Вот ангел наклонился и глядит, Хранитель мой и детских игр товарищ… Зачем он грустен?.. Милый, милый ангел, Я только тучка, мне легко и сладко.

(Имр уносит ее).

Действие четвертое

Сцена первая(Имр и Евнух)

Евнух

Ну, как ты нынче спал на новом месте. В покое, отведенном для тебя? Не правда ли, тебе казалось странным, Что не было с тобой твоей арабки, Постель не пахнула верблюжьим потом, И не ревели за окном гиены?

Имр

Вся ночь в виденьях странных и чудесных, Всю ночь душа на дыбе палачей. Орел кружился в высях неизвестных, И клекот был — как стук стальных мечей. Но часто прорывался в грохот стали Пронзительный и безутешный плач, И молнии какие-то блистали… И плач… и сердце прыгало как мяч. Был темный стыд, как смерть неотвратимый, Который горше смерти тяготит… Вослед за женщиной, такой любимой, По темным переулкам крался стыд. Проснулся… Утро было слишком ясно, И розами был воздух напоен. Но знаю я, что снился не напрасно Ужасный и прекрасный этот сон.

Евнух

Конечно, не напрасно: до полудня По повелению императрицы Свободен ты, а после заключенье, Где не увидишь ты ни роз, ни солнца. Я кесарев приказ исполнить должен.

Имр

О, случай, всемогущий, как природа, Порхающий по воле здесь и там, Не для себя иль своего народа Я падаю теперь к твоим стопам, А лишь для той, что молнией летучей Во мне зажгла томительную страсть, Лишь для нее, плясун веселый, случай, Яви свою божественную власть.

Евнух

Как ты забавно молишься. Люблю И я сплетенья силлогизмов тонких. В Египте это общая забава, Там греки, финикияне, арабы, При помощи логических фигур, Геометрических сопоставлений Творят еще неслыханные веры, Которые живут, как мотыльки, Лишь день один, но все-таки пленяют. Скажи, ты не был там?

Имр

В Александрии Я жил пятнадцать лет тому назад.

Евнух

Как раз когда была там Феодора.

Имр

Какая?

Евнух

Неужели ты не знаешь, Что так зовут императрицу нашу?

Имр

Как, Феодора? С кудрями как смоль, С горячим ртом и легкими ногами, Белее, чем кедровые орешки, Освобожденные от скорлупы? Ха, ха… Теперь спасен я!

Евнух