(Выходит и рапортует банкиру.)

Всё готово, благороднейший из благородных! Музыка есть. Спокойствие в народе.

Банкир

Леди и джентльмены!

Из тюрьмы

Дураки и дуры.

Полицмейстер

Молчать, арестантская рота!

Банкир

Я возвел величайшее достижение культуры, чтобы могли заняться фокстротом.

Дочь банкира

Очень мерси, дорогой папа́.

(Обращается к жандармскому генералу.)

Как выкручивается вот это па?

(Показывает.)

Генерал с дочкой банкира пытаются танцевать. Все смотрят, улыбаясь. У них не выходит.

Дочь банкира

(раздраженно, на радиобашню)

Что он молчит, как рыба зимой? Это не радио, а «великий немой».

Слышно шипенье в радио.

Премьер

Сейчас зафокстротят, слышите шипок?

Генерал (подлетая)

Ну, мамзель, готовьте бок.

Все выгибаются для начала танца.

Радио

«Всем, всем, всем».

Банкир (передразнивая)

Съем, съем, съем.

Дочь банкира вздрагивает и затыкает уши.

Полицмейстер

Ну и рот; ну и орет!

Прокурор

Такие пилюли чересчур железные, нежным организмам не очень полезные.

Радио

Всем, всем, всем, всем, кто жиреет, рабочих когтя, напоминаем — жив Октябрь. Крестьяне, рабочие фронтом единым — здесь Советской земли господином.

Тюрьма

Слышим, товарищи, слышим, слышим. Этим живем, этим дышим.

Радио

Всем примером наша страна. Она сильна. Свободна она. Девять лет — нет фабрикантов, помещиков нет. Девятый год нет у нас ни рабов, ни господ.

Тюрьма

Будем, такими же будем и мы. Мы расшатаем решетки тюрьмы!

Банкир

Господа! Это он про нас. Про господ! Сплю я? Брежу? Холодный пот!

Радио

Других государств угнетенные блузники! Рабы заводов! Правительства узники! Долго ли будете смирны и кротки? Берите своих буржуев за глотки!

Прокурор

Довольно! Связать! Заковать! Изорвать его!

Городовой

Никак невозможно-с. Они — радио.

Все буржуи (затыкая уши)

Октябрь. Октябрем. Октября. Октябрях.

Дочь банкира

Какие неприятности в течение суток! Ах! Я теряю сознанье, рассудок.

Тюрьма

Глубже вонзайте слов острия!

Дочь банкира

Ах, я в обмороке!

Банкир

И я!

Монарх

И я!

Премьер

И я!

Прокурор

И я!

Генерал

И я!

Полицмейстер

И я!

Все падают, как карты, друг на друга и на руки городовому. Писарь ведет протокол.

Радио

Рабочий каждой зажатой земли, сегодня радиоглотке внемли! Когда взгромоздили на плечи власть, то власть нам в тяжесть была, а не всласть. Мы брали, на пузе в окопах изъёрзав, у белых, у голода и у мороза. Война отсвистела шрапнельным роем. Сегодня чиним, возносим и строим! Одеты не в бархаты, и не в шелка́. Корпим над каждым грошо́м кошелька. Сожжем электричеством жизнь блошиную! Где пальцем царапали — двинем машиною. Но знаем: громады фабрик и пашен — наши! Может быть, скоро английский шахтер сунет кулак королю под шатер! А красный Китай, революцию ринув, на штык намотает косу мандарина. И хрустнут зажатой Европы бока, а пока — Пойте, рабочие мира и зала, чтоб всех эта песня сегодня связала! Вставай, проклятьем заклейменный, весь мир голодных и рабов, кипит наш разум возмущенный и в смертный бой вести готов!..