– Еще не всё потеряно! Сейчас придет лекарь…

– Не надо… Ты знаешь, что это конец… Вынь его из мой спины, мне больно!

ДозирЭ сжал челюсти.

– Будет еще больнее… Этого нельзя делать… Ты… ты сразу умрешь…

– Всё равно… Вынь!

ДозирЭ поднялся, зашел сзади, взялся за топорище и одним коротким рывком выдернул лезвие из тела. Брызнула кровь. Андэль охнула, разом обмякла и медленно повалилась на бок. ДозирЭ сорвал с шеи пурпуровый наградной платок, чуть приподнял Андэль и постарался заткнуть рану.

– Я люблю тебя, Андэль! – произнес он хриплым непослушным голосом, заглядывая в ее глаза и с трудом сдерживая рыдания. – Всю жизнь я любил только тебя! Все помыслы мои были только о тебе! Ты и только ты! Более в моей жизни ничего не было и нет! И я буду всегда любить только одну тебя!.. И еще. Будешь на звездной дороге – не спеши. Я скоро к тебе присоединюсь, и мы вместе отправимся в бесконечное путешествие!

Андэль, на секунду забыв про боль, мечтательно улыбнулась:

– Мы возьмемся за руки и пойдем…

– Да, да, любимая! Мы возьмемся за руки и пойдем!

Тут жестокие конвульсии стали сотрясать ее тело, и глаза ее наполнились болью и ужасом. Она несколько раз глубоко вздохнула и через мгновение умерла.

ДозирЭ не выдержал – слезы брызнули из его глаз. Он притянул к себе Андэль, обнял ее безжизненное тело и поцеловал в губы…

ДозирЭ взял молодую женщину на руки и подошел к парапету. Перед ним, полыхая тысячами далеких загадочных огоньков, простирался необъятный и необъяснимый звездный мир.

– Эй, боги! Слышите? – закричал он что есть силы. – Кем бы вы ни были и какой бы властью надо мной ни обладали – я проклинаю вас за то, что вы сделали!

Четыре дня спустя ДозирЭ миновал Дэжму. Он объехал город проселочными дорогами и к вечеру прибыл по полузаросшей тропе в маленькое селение, окруженное со всех сторон густым лесом. Остановившись на окраине, он огляделся и направил Крылатого к покосившейся от времени бревенчатой постройке – самому бедному жилищу из тех, которые были на виду. Вскоре, откинув скрипучую дверь и едва не ударившись о низкую притолоку, он уже входил в помещение.

Внутри было темно, у очага возилась старая седовласая женщина.

– Мису! – окликнул молодой человек.

Женщина обернулась и сощурилась, чтобы лучше увидеть вошедшего. У нее были светлое доброе лицо и большие пронзительно-голубые глаза.

Мису некоторое время с легким удивлением разглядывала молодого мужчину в обычном дорожном плаще. Судя по его несколько потрепанному виду, он проделал верхом не одну сотню итэм.

– ДозирЭ? – вдруг улыбнулась женщина. – Маленький сорванец ДозирЭ! Что тебя вновь привело сюда? Зачем тебе понадобилась старая Мису? Или опять в Грономфе мор?

Вместо слов ДозирЭ прошел на середину, развязал несколько узлов на груди, бережно снял со спины какую-то ношу и опасливо положил ее на стол. Это оказался младенец четырех-пяти месяцев от роду.

– Гномы! Что это за пыльный мешок? – возмутилась Мису, вынимая ребенка из холщовой торбы.

Она освободила малыша от тряпок, в которые он был закутан, оставив голышом, и увидела беленького красивого мальчика. Ее лицо осветила улыбка.

– Как его зовут?

– Э… – молодой человек замялся, – Крисэн.

– Твой?

ДозирЭ кивнул.

– А где мать?

– Матери нет…

– Кормил?

– Последний раз днем… козьим молоком…

Ребенок проснулся, увидел женщину, что-то замяукал и радостно потянулся к ней. Мису ловко взяла его на руки и стала тихо напевать простую песенку. Малыш сразу разомлел от удовольствия.

– Ладно, оставляй! – произнесла женщина.

– Спасибо, Мису. Я знал, что могу на тебя рассчитывать! Вот…

И ДозирЭ положил на стол увесистый кошель.

– Забери, мне ничего не надо, – отвечала женщина.

– Возьми! Я хочу, чтобы он вырос здоровым и крепким. Он ни в чем не должен нуждаться! Половину денег потрать на него, а остальное оставь себе…

ДозирЭ наклонился, поцеловал Волиэну-Крисэна в лоб и двинулся к двери.

– Ночевать не останешься? – спросила женщина.

– Нет, я очень тороплюсь…

– Ты когда-нибудь вернешься?

– Не знаю. Возможно… – неуверенно отвечал ДозирЭ.

– Ладно… Иди и ни о чем не беспокойся!

ДозирЭ ступил за порог, но, что-то вспомнив, вернулся.

– Отдай ему это, когда мальчишке исполнится четырнадцать лет…

Воин распахнул дорожный плащ, под которым оказались доспехи, и отвязал от портупеи кинжал с богато украшенной рукоятью в золотых ножнах…

Через несколько дней ДозирЭ был уже в поместье Чапло. Войдя в дом, он обнаружил множество разных людей, которые вели себя здесь, как хозяева.

– Эй, что вы тут делаете? – изумился молодой человек.

К нему деловито приблизился коротышка с маленькой бородкой и завитыми волосами. В его руках была толстая имущественная книга. ДозирЭ понял, что это законник.

– Эгоу. Чем могу служить?

– По какому праву вы здесь распоряжаетесь?

– Я готов, рэм, ответить на все твои вопросы, но прежде хочу, как представитель Липримарии, знать: кто ты и кем доводишься бывшему владельцу этого поместья бедному Чапло?

– Меня зовут ДозирЭ… я… я… Андэль…

ДозирЭ? Законник кивнул головой, давая понять, что всё знает, и объяснил, что после смерти Чапло поместье унаследовала его дочь – Андэль. Но поскольку и ее теперь нет в живых, поместье отходит Инфекту, то есть Авидронии, и будет продано на торгах. ДозирЭ, в свою очередь, рассказал коротышке, что почти всё здесь построено на его деньги и что они с Андэль просто не успели… Законник вежливо посочувствовал, но попросил отыскать в огромной имущественной книге Липримарии хотя бы одно упоминание имени ДозирЭ…

Молодого человека обуяла ярость, и он выхватил меч. Коротышка и его люди стремглав покинули дом и убежали далеко в поле. ДозирЭ быстро опомнился, вышел из дома, всех позвал назад и искренне повинился.

– Ничего. Мы всё понимаем…

– Можно ли мне хотя бы забрать некоторые свои вещи и переночевать? – виновато спросил ДозирЭ.

– Собственно, этого нельзя делать. Но, принимая во внимание воинство, к которому ты принадлежишь, и твою доблесть в недавней схватке с дикарями, я закрою на это глаза, пусть меня даже потом накажут, – отвечал законник.

Вечером в саду ДозирЭ и коротышка с бородкой пили кувшин за кувшином прелестный нектар старика Чапло.

– Могу ли я как-то изменить ход событий? Неужели наши прекрасные авидронские законы не в состоянии… – спрашивал захмелевший ДозирЭ.

– Конечно, можешь, – отвечал законник.

– И что для этого надо? Обратиться с просьбой к тебе?

– Выше.

– К главному законнику?

– Нет.

– К липримару?

– Выше.

– Да куда уж выше?

– К Инфекту. Только он может найти решение такого сложного дела!..

Чуть позже ДозирЭ спросил:

– А вот торги… Ты же примерно знаешь, сколько может стоить такое поместье?

– Знаю. Поместье очень хорошее. Один дом чего стоит. Без ста берктолей на торгах нечего делать. А то и ста двадцати…

ДозирЭ понуро опустил голову и потянулся за кувшином…

Уже глубокой ночью ДозирЭ поднялся в покои, разделся и взобрался на холодное пустое ложе.

Всего несколько дней назад здесь была Андэль!

Он даже протянул руку, надеясь дотронуться до родного желанного тела…

Вдруг яркое воспоминание вспыхнуло в его памяти. Андэль стоит посередине покоев, а он украдкой на нее смотрит. Обнаженная богиня красоты, утопающая в волшебном сиянии далеких миров…

Звезды забрали ее к себе! Она стала частью этого загадочного небесного пространства…

Ему было так тяжело, так одиноко, что он беззвучно заплакал…

Уже засыпая, ДозирЭ почему-то вспомнил Дэвастаса и те слова, которые тот произнес перед смертью: «Предрекаю тебе страшные беды! Пусть с тобой и с теми людьми, которые тебе близки, в ближайшее время случатся самые ужасные несчастья…»