— Слушаюсь, Ваша светлость.

     Гаспар вышел, а мы устроились за столом.

     — А мы тут без вас так ничего толком не надумали, — сообщила Аманда. — Надо ехать в Париж. Тем более, теперь ясно, что в Арзо все концы оборваны. Может, в Париже что-нибудь прояснится. Только вот что прояснять — непонятно. У нас нет ничего, что связывало бы Антуанетту со смертью Камиллы. Так, предположения о вероятности. Может быть, покушение на Луизу, и не связано с притязаниями на наследство. Хочешь-не хочешь, а с Антуанеттой встретиться надо. Только вот Луиза к ней с визитами никогда не ходила. Не насторожить бы. Решили, что раз Жермена её хорошо знает, то ей и заманивать Антуанетту к Луизе или Катрин. Нам нужно чтобы она разговорилась.

     — В первую очередь нам нужно прояснить, не появился ли за последний год у Антуанетты кавалер и кто он, — предложил я. — Как прибудем в твой замок, нужно будет установить наблюдение за домом Антуанетты. Это по части Гийома. У него здорово получается с организацией слежки. Ну, и будем ждать, выведают ли чего-нибудь Луиза, Жермена и Катрин. Если что-то там есть, то узнаем.

     — А если нет?

     — Будем дальше искать. Хотя и сам не представляю где. Луизу мы никому не отдадим. Точно знаю одно. Противник очень серьёзный. Я бы даже сказал матёрый. Что-то затевая, ни в чём не сомневается и ни перед чем не останавливается. Даже среди злодеев фигура должна быть довольно выделяющейся. Вряд ли таких много. Если Антуанетта нам ничего не принесёт, то выберем такие фигуры и будем проверять всех подряд. Что-нибудь да выплывет.

     — Это же, сколько работы! — охнула Катрин.

     — А Луиза?

     — Молчу, молчу. Надо, так надо.

     Заработали ложки и вилки. С полчаса было тихо. Вроде и говорить не о чем. В столовую вошёл Гаспар.

     — Ваша светлость, двое из слуг видели вашу кастеляншу Лизу с Мишелем в городе. Один видел в церкви, а другой на рынке. Оба утверждают, что вряд ли встречи были случайными. Поведение было, как у близко знакомых людей.

     — Лиза знает об этом?

     — Похоже, что нет.

     — Очень хорошо, Гаспар. Можете идти, а Лизу пришлите сюда.

     — Слушаюсь, Ваша светлость, — и управляющий удалился.

     — Вот так фокус, — воскликнул Арман. — А я-то думал, что если из прислуги кто-то и замешан в пропаже ожерелья, то это сама погибшая. Наверняка она не знала, что ожерелье потребовалось для отравления. Не исключено, что и твою, Луиза, кастеляншу обманули. Случайных женщин никогда не посвящают в такие дела.

     В дверь тихо проскользнула женская фигура. Девица лет двадцати.

     — Вы меня звали, госпожа?

     — Да, Лиза, есть у меня один вопрос к тебе. Зачем ты дала Мишелю Либеру моё рубиновое ожерелье?

     Девица побелела как полотно, рухнула на колени и залилась рыданиями, сквозь которые едва можно было различить слова. Её даже и уличать не пришлось ни в чём. Видно уже была готова к худшему. Ну, про шашни с Мишелем можно было и не говорить и так ясно. Оказалось, что Мишель наплёл Лизе богатую и романтичную сказку о том, что один очень важный синьор хочет сделать герцогине сюрприз на день рождения. Прослышал о красном гарнитуре, который одевается в дни рождения и решил его обогатить диадемой. А для образца стиля нужно ожерелье. Всё знакомо, просто и правдоподобно в этом отравлении. Как в лучших традициях жанра всех времён. Сто раз читано-перечитано. Такое ощущение, что дальше и слушать не надо. Всё известно заранее.

     — Ваша светлость, я и подумать не могла о чём-то зловещем. Очень испугалась, когда Мишель не принёс ожерелье вовремя, — уже более членораздельно заговорила девица.

     — Когда он его принёс?

     — Позавчера.

     — И ты сразу положила его на место?

     — Да, сразу же.

     — Что Мишель рассказывал о важном синьоре?

     — Ничего. Он его никогда не видел. С Мишелем встречался друг и помощник этого синьора.

     — Ты этого помощника видела?

     — Нет, никогда.

     — Мишель его описывал?

     Девица задумалась.

     — Нет, точно нет. Только как-то раз упомянул, что у этого друга синьора шпага с чёрным эфесом и грозный взгляд.

     — Что ещё ты помнишь?

     — Это всё. Что же теперь со мной будет, Ваша светлость?

     — Иди и работай. Я после решу, что с тобой делать.

     За девицей закрылась дверь.

     — Вот теперь мы знаем всё, что тут произошло, — вздохнула Аманда. — Картина сложилась, а толку что?

     — Немножко и нам прибавилось, — возразил Пьер. — Раз шпага, то дворянин. И эфес чёрный. Не скажу, что таких шпаг мало, но и не так уж и много. Дворяне предпочитают сверкающее оружие.

     — Да, хороший признак, — согласился Арман. — И ещё при этом друг или помощник важного господина. Такие дела поручают только очень близким людям.

     — Если дворянин со шпагой не соврал про важного господина и тот существует, — усомнилась Луиза.

     — Вряд ли соврал, — успокоил я её. — Притязать на герцогство может только очень крупная фигура. Такие не станут сами шастать по ночным деревенским дорогам. Слишком приметны и значительны.

     — Тогда завтра утром переезжаем в замок к Аманде. Здесь мы выжали всё, что возможно.

     *

     На башне замка Аманды уже не очень-то посидишь в своё удовольствие. Прохладно. Осенний ветер пробирает. Листва уже почти вся опала и пространство вокруг замка покрыто жёлтым покрывалом. Во рву тоже листья, гонимые ветром туда-сюда. Воздух чист и свеж. Только запах осенней прели слегка нарушает эту свежесть. Вон лисица огненной молнией промелькнула меж стволов. Голоса каких-то зимующих птиц доносятся из глубины леса. Всё-таки и осень хороша своим своеобразием.

     По пути сюда остановились на постоялом дворе Кольбера. Пьер и Арман сразу же взяли хозяина в оборот. Впрочем, он ничего скрывать и собирался.

     — Да, бывает иногда такой странный господин, у которого шпага с чёрным эфесом. Всегда один и всегда к вечеру. Ни с кем не разговаривает. Ожидает почти всегда одного и того же вечернего времени и уезжает дорогой на Пуаре. Возвращается утром. Когда зайдёт, а когда и нет.

     — Узнаешь в лицо, если встретишь?

     — Ещё бы! Только мне не очень-то хочется его встречать для узнавания.

     — Даже так?

     — Серьёзный господин. Из тех, кому поперёк дороги лучше не становиться.

     — Не беспокойся. Если увидишь его в нашей компании, то можешь становиться к нему, хоть вдоль, хоть поперёк. Он тебя уже не укусит.

     Когда хозяин отошёл, мы тихонько возликовали.

     — Наконец-то хоть одна серьёзная зацепка, — порадовалась Аманда. — Правда, подозреваемых возить далековато, чтобы показать Кольберу. Но и то, слава Господу, что хоть есть куда возить. Арман, Пьер, это уж ваша доля.

     — Само собой уж, как обычно. Всё грязное и гнусное достаётся нам, — рассмеялись оба. — Бог с ним, лишь бы что-то сдвинулось.

     Как только приехали, Гийом собрал свою команду и только мы его и видели. Луиза, Катрин и Жермена тоже не задержались. Сразу после обеда ринулись в Париж вслед за Гийомом. Арман с Пьером засели в библиотеке. Аманда возится с какими-то бумажками по хозяйственным расходам. Я же разжился у хозяйки каким-то плащом и залез на верхотуру.

     Оказывается, что король и кардинал вернулись в Париж уже более недели назад. Конечно же, сидеть под Ла-Рошелью осенью уже не очень сладко, а и зима не за горами. Так что получается, что они в свой военный поход не так уж и надолго отлучались из Парижа.

     Да, Париж, Париж… Как там наши девочки? Уже три дня как они гуляют сами по себе. Что успели натворить и кого покорить? Вот задал-то я мороки комиссару Леграну. Будет ли он после этого восторгаться чудом несказáнным? Если здесь дело затянется, придётся придумывать какое-то оправдание на отсутствие в два-три дня. Просто так девочек будет из Парижа не выцарапать. Хотя кого это я надуть пытаюсь? Сам бы с удовольствием там с ними погулял бы денёк-другой.