1953

В СТЕПИ

Слегка коснуться стремени И быстро Взлететь В свое скрипучее седло! Пускай подковы Высекают искры, Пусть позади Останется село. В степь! На простор! Да, день, как нужно, начат. Румянец щеки обжигает мне. И я не горожанка, А степнячка, Прожившая полжизни на коне. В степную даль Смотрю из-под ладони, Прищурив заблестевшие глаза Не половецкие ли Скачут кони, Не хриплые ли Слышу голоса? И я, Хлестнув коня Случайной веткой, Лечу, Привстав на стременах, Вперед. То, видно, Кровь моих далеких предков Меня зовет. И слышу — Запевают казачата, Коней стреножив Около реки, Про то, Как в битву Генерал Доватор Водил кавалерийские полки.

1953

СТАРЫЙ ДОТ

Он стоит над заливом Разрушенный, хмурый. Вдаль невидящим взглядом Глядят амбразуры. Вдаль глядят амбразуры, И кажется доту — Вновь матросы идут На огонь пулемета. Вновь идут, Бескозырки надвинуты низко. Все спокойно. Застыли кусты тамариска. Надрываясь, Свистят в тамариске цикады. Вдаль глядят амбразуры Невидящим взглядом. Парень с девушкой К доту приходят под вечер — Он для них только место Условленной встречи…

1953

«Сквозь тапочки жжется…»

Сквозь тапочки жжется Асфальт раскаленный. Прохожие скрыться От зноя спешат. При выкладке полной, Насквозь пропыленный, Шагает по солнцу Курсантов отряд. Когда-то нас тоже «Гоняли» что надо. Как вспомню, Казарма… Война… Да, был нечувствителен К девичьим взглядам Могущественный старшина. Военная школа! Военная школа! Досрочный наш выпуск На фронт. Врученный на марше Билет комсомола. Грохочущий горизонт. Военное лето! Военное лето! Суровое, как солдат… Навстречу мне, В новую форму одетый, Шагает курсантов отряд.

1953

«Упал и замер паренек…»

Упал и замер паренек На стыке фронтовых дорог. Насыпал молча холм над ним Однополчанин-побратим. А мимо шла и шла война, Опять сровняла холм она… Но сердцем ты не позабыл Святых затерянных могил, Где без нашивок и наград Твои товарищи лежат.

1953

«Сколько силы в обыденном слове „милый“!..»

Сколько силы В обыденном слове «милый»! Как звучало оно на войне!.. Не красавцев Война нас любить научила — Угловатых суровых парней. Тех, которые, мало заботясь о славе, Были первыми в каждом бою. Знали мы — Тот, кто друга в беде не оставит, Тот любовь не растопчет свою.

1953

«Если ты меня обидеть можешь…»

Если ты меня обидеть можешь, А потом спокойным сном уснуть, Значит стала наша близость Ложью И прокралось равнодушье в грудь. Это значит, Что тобой забыто То, о чем забыть я не могу Тонут, Тонут конские копыта В мокром неслежавшемся снегу. Мы с тобою Первый раз в разведке, Нам с тобой — По восемнадцать лет. Пуля сбила хлопья снега с ветки, В темном воздухе оставив след. …Вновь снежинки надо мною кружат, Тихо оседая на висках. Ставшая большой любовью дружба Умирает На моих глазах… Сколько раз от смерти уносили Мы с тобою раненых в бою — Неужели мы теперь не в силе От беды Спасти любовь свою?

1953

СНЕГА, СНЕГА…

Все замело Дремучими снегами. Снега, снега — Куда ни бросишь взгляд… Давно ль Скрипели вы Под сапогами Чужих солдат? Порой не верится, Что это было, А не привиделось В тяжелом сне… Лишь у обочин Братские могилы Напоминают о войне. Снега, снега… Проходят тучи низко, И кажется: Одна из них вот-вот Гранитного Коснется обелиска И хлопьями На землю упадет.