Фюрер и Верховный главнокомандующий вооруженных сил

Ставка фюрера, 11.08.1941.

Совершенно секретно

Только для командования № 441298/41.

Развитие событий за последние дни, появление крупных сил противника перед фронтом и на флангах группы армий «Центр», положение со снабжением и необходимость предоставить 2й и 3й танковым группам для восстановления и пополнения их соединений около десяти дней вынудили временно отложить выполнение целей и задач, поставленных в директиве № 33 от 19.07 и в дополнении к ней от 23.07. Исходя из этого, я приказываю.

1) На северном участке Восточного фронта продолжать наступление в направлении Ленинграда, нанося главный удар между озером Ильмень и Нарвой с целью окружить Ленинград и установить связь с финской армией.

Это наступление должно быть ограничено к северу до озера Ильмень волховским участком, а к югу от этого озера – продолжаться так глубоко на северовосток, как потребуется для прикрытия правого фланга войск, наступающих к северу от озера Ильмень. Предварительно следует восстановить положение в районе Великих Лук. Все силы, которые не привлекаются для наступления южнее озера Ильмень, должны быть переданы в состав войск, наступающих на северном фланге. Намечавшееся ранее наступление 3й танковой группы на Валдайской возвышенности не предпринимать до тех пор, пока не будет полностью восстановлена боеспособность и готовность к действиям танковых соединений.

Вместо этого войска левого фланга группы армий «Центр» должны продвинуться в северовосточном направлении на такую глубину, которая была бы достаточной для обеспечения правого фланга группы армий «Север».

Первоочередной задачей всех сил 18й армии является очищение от противника Эстонии. Лишь после этого ее дивизии начнут выдвигаться в направлении на Ленинград.

2) Группа армий «Центр» переходит к обороне, используя наиболее удобные для этого участки местности.

В интересах проведения последующих наступательных операций против 21й советской армии следует занять выгодные исходные позиции, для чего можно осуществить наступательные действия с ограниченными целями.

2я и 3я танковые группы должны быть, как только позволит обстановка, выведены из боя и ускоренно пополнены и восстановлены.

3) На южном участке фронта пока продолжить операции силами только группы армий «Юг».

Цель этих операций состоит в том, чтобы уничтожить крупные силы противника западнее Днепра и посредством захвата плацдармов в районе Киева и южнее его создать условия для последующей переправы 1й танковой группы на восточный берег Днепра.

Навязать западнее Днепра бой 5й советской армии, действующей в болотистой местности северозападнее Киева, и уничтожить ее. Своевременно предотвратить опасность прорыва войск этой армии через Припять в северном направлении.

Центральный участок фронта.

Задача военновоздушных сил, остающихся при группе армий «Центр», состоит в том, чтобы надежно обеспечить противовоздушную оборону на фронте 2й и 9й армий и поддерживать наступление их войск. Продолжать воздушное наступление на Москву.

Адольф Гитлер

«Бог мой! Всетаки не Москва!» – содрогнулся Гудериан, передав бумаги с приказом фюрера своему соседу слева.

– Есть вероятность, что мы сможем хоть какнибудь повлиять на это решение? – спросил фон Клюге.

Гальдер покачал головой:

– Оно окончательное, господа.

– Мы должны добиться его отмены! – молчать Гудериан не мог. – Если мы ударим на Киев, зима наступит раньше, чем мы дойдем до Москвы. Мне страшно подумать, во что превратятся дороги и с какими трудностями мы столкнемся при организации снабжения войск всем необходимым. Я сомневаюсь, что наши танки выдержат такую нагрузку. У моих танковых корпусов, особенно у 24го, не было и дня передышки с начала кампании. Нельзя разменивать стратегические цели на оперативные!

К удивлению командира 2й танковой группы, так изводивший его своей осторожностью генералфельдмаршал фон Клюге поддержал его:

– Сейчас у нас еще есть силы для стремительного рывка от Смоленска, генералоберст. Тем более что служба тыла обещает открыть железнодорожное сообщение с этим городом со дня на день! – заявил он, повернувшись к сидящему рядом Гальдеру. – Соответственно, если пополнения, которые вы обещали, прибудут вовремя, у нас есть шанс начать охват сил Тимошенко уже через неделю. Подчеркну – всех сил Западного фронта русских! И прошу учесть: пока мы топчемся на этих рубежах, Советы активно перебрасывают войска и технику в полосу нашей группы армий. Я могу предоставить данные разведки. Только за последнюю неделю…

– Я пробовал убедить фюрера, господа, – перебил командующего Гальдер. – Но он считает положение ваших войск при наличии на флангах группировок Буденного и Ворошилова шатким. И не будете же вы отрицать, что даже здесь во многих местах не закончена ликвидация окруженных частей противника?

– Господин генералоберст, – слово взял Штраус, – мне кажется, что вы несколько преувеличиваете проблему! Исходя из банальной логики, мелкие группы, остающиеся в тылу, гораздо проще ликвидировать при попытках преодолеть линию фронта, нежели отлавливать по здешним лесам. К тому же буквально вчера я имел разговор с фон дем Бахом, который сообщил мне, что в самое ближайшее время в район Минска и Смоленска будут переброшены дополнительные полицейские подразделения, которые и займутся очисткой наших тылов. Так, на прибалтийских территориях уже готовы к отправке четыре батальона вспомогательной полиции!

– Господа! – Гудериан встал со своего места. – Прошу вашего разрешения отправиться к фюреру и от лица всех нас убедить его в необходимости изменить это роковое решение!

Очевидно, горячность «Быстроногого Хайнца» произвела на присутствующих должное впечатление.

– Мне кажется, это стоит сделать, – буркнул Гот, в котором интересы дела всетаки перевесили зависть к более удачливому и известному коллеге.

– Да, я согласен! – райхсфрайхерр [282]фон Вайкс, командир 2й армии, даже улыбнулся.

Следующим был Штраус:

– Не уверен, что это выгорит, но попробовать можно.

Все обратили свои взоры на фон Клюге – как бы то ни было, но последнее слово оставалось все равно за ним.

Командующий группой армий сидел, прикрыв рукой лицо. Все замерли – именно сейчас решалось, как будут впредь взаимодействовать новый командующий и его генералы. После примерно минутных раздумий «Умный Ханс» опустил руку и обвел взглядом своих водянистых, чуть навыкате, глаз присутствующих.

– Хорошо, Хайнц. Я согласен! – четко и раздельно сказал он.

Гальдер встал:

– Вы можете полететь в Ставку вместе со мной, генералоберст! Я полагаю, что нам следует отправится туда немедленно.

– Господин генералфельдмаршал, – обратился Гудериан к Клюге, – за себя я оставляю Лемельзена. [283]Он лучше других разбирается в обстановке.

– Да, конечно!

– Одно «но», господа, – Гальдер остановился на полпути к дверям. – Коекакие действия вам придется предпринять, несмотря на результаты нашего путешествия. Необходимо отправить поддержку Леебу. Ситуация в районе Великих Лук требует немедленного разрешения! Генерал Гот, какой из ваших подвижных корпусов имеет наивысшую боеспособность?

– Пожалуй, у Шмидта, [284]– после недолгого раздумия ответил командующий 3й Танковой группой. – До «единицы» [285]чутьчуть не хватает.

– Шмидт? Тридцать девятый, если не ошибаюсь?

– Так точно.

– Немедленно подготовьте его к переброске под Лугу. Русские оказывают там очень сильное давление на наши войска. Фактически можно говорить о попытке контрнаступления. Фронт на северном фасе вашей группы армий удержит пехота, а вот если противник остановит продвижение Лееба, то в этом случае директива фюрера должна будет выполняться без малейших возражений.

С того момента, когда Гальдер и Гудериан покинули штаб, прошло едва ли больше получаса, и совещание только входило в рабочую колею. Командир 3й танковой группы отбыл к связистам, чтобы отдать распоряжение о передислокации одного из своих корпусов, а остальные, дождавшись прихода работников штаба и начальников служб, занялись обсуждением текущих вопросов.