Мисс Уоррен поднялась по лестнице и толкнула дверь лестничной площадки. Джордж и Люси Дэйл, одетые в одинаковые халаты темно-синего цвета с зеленым кантом, обернулись к ней.

— Что происходит? — спросила мисс Уоррен.

— Она не открывает дверь, — ответила Люси. — Джордж стучится уже пять минут. Этот шум просто с ума сводит.

— Совсем не похоже на мисс Дэнби, — сказала мисс Уоррен. — Вы не пробовали разглядеть что-нибудь сквозь щель в почтовом ящике?

Джордж с некоторым трудом опустился на колени и осторожно наклонился к двери.

— В спальне горит свет, — сообщил он. — Господи, я чувствую себя Томом Подглядой…[5] Однако никакого движения. Мисс Дэнби! Вы здесь?

Он несколько раз повторил вопрос, но ответа не было.

— Знаете, ей вообще-то нездоровилось, — сказала Люси. — Я на днях встретила ее на площадке, и она пожаловалась, что, наверное, у нее начинается грипп.

— Может быть, вызвать полицию? — предложила мисс Уоррен.

Люси с сомнением покачала головой.

— Что-то не нравится мне эта идея. Полицейские будут топтаться здесь повсюду… Может, она просто приняла снотворное и заснула под музыку?

— Если она может спать в этом шуме — она единственная, кто на это способен! — фыркнул ее муж. — Я согласен с мисс Уоррен. Думаю, нужно вызвать полицию.

— Милый, а она не обидится? — протянула Люси. — В последнее время столько пишут о ссорах между соседями…

— Мы делаем это из лучших побуждений, — уверила ее мисс Уоррен. — Мы же беспокоимся о ней.

Как и договорились, вернувшись в квартиру, мисс Уоррен позвонила в полицию. По своему обыкновению она долго извинялась, и успокоилась только когда ей сообщили, что полицейская машина уже выезжает. Мисс Уоррен продиктовала дежурному номер своего домофона, чтобы она могла встретить полицейских, когда они прибудут, и села у окна. Когда вдали показались приближающиеся синие вспышки, сердце у нее забилось. Трагедии не приветствовались обитателями Палмер Корт. К счастью, полиция хотя бы не включила свою ужасную сирену.

Встретив двух констеблей, мисс Уоррен коротко обрисовала им ситуацию.

— Никто не отвечает, говорите? — переспросил старший из них, констебль Леннон.

— Нет, причем мистер Дэйл стучал и звал несколько раз.

— Хорошо, мисс, оставьте это нам.

Пока полицейские поднимались по пожарной лестнице, их рации потрескивали от скопившегося на ней статического электричества.

— Милое местечко, — заметил констебль Кларк.

— Чтобы жить тут, денег нужно немало, — отозвался Леннон. — Приходи сюда, когда станешь начальником.

Они проделали то же, что и Джордж Дэйл, затем решили все-таки высадить дверь. Леннон, как более крепкий, три раза налег плечом на дверь, наконец, замок с треском подался и на пол посыпались деревянные щепки. Когда дверь распахнулась, звуки музыки стали еще громче. Войдя внутрь, полицейские в который раз услышали, как Брюс Спрингстин скорбно плывет «вниз по реке». Они осторожно миновали коридор, но звать не стали, понимая, что не смогут соперничать с Брюсом.

Знаком велев Кларку вырубить музыку, Леннон наблюдал, как молодой напарник пытается разобраться в панели управления дорогой акустической системы. Потеряв терпение, он просто выдернул шнур из розетки. В квартале Палмер Корт воцарилась добропорядочная тишина.

— Мисс Дэнби, вы здесь?

Полицейские прошли в спальню и обнаружили на кровати женщину в ночной сорочке, лежащую поверх одеяла с закрытыми глазами. На подушке виднелись следы рвотных масс, а сорочка промокла от пота.

— Мисс Дэнби!

Подойдя ближе, они увидели на прикроватном столике пустую бутылку из-под виски. Рядом с ней лежала пустая упаковка от лекарства.

— Милая, неужели жизнь была настолько поганой? — пробормотал Леннон, пытаясь нащупать пульс на шее.

— Она мертва, Том?

— Да, бедняга. Очередное доказательство того, что за деньги счастья не купишь.

Мужчины дружно оглядели дорогую обстановку квартиры.

— Я на таком вызове в первый раз… — сказал Кларк, глядя на тело сверху вниз. — А кажется, будто она спит.

— Смерть наступила недавно, она еще не остыла. Вот подожди, увидишь как-нибудь труп, неделю пробывший в реке или месяц пролежавший летом на полу только потому, что человек никому не был нужен…

В этот момент «труп» пошевелил головой, и Кларк от неожиданности отпрянул.

— Господи! — воскликнул Леннон. — Я же не мог нащупать пульс! Вызови «скорую». Мисс Дэнби! Мисс Дэнби, вы меня слышите?

Женщина тихо застонала.

— Давайте, просыпайтесь! Вы слышите меня, мисс Дэнби? Просыпайтесь!

— Мужчины…

— Что? Что «мужчины»?

— Все мужчины… сволочи.

— Давайте, мисс Дэнби, просыпайтесь. Не отключайтесь опять!

Голова девушки безвольно откинулась на подушку.

— Черт! Наверное, у нее забиты дыхательные пути. Такое бывает, когда человека рвет в алкогольном опьянении. Давай-ка, сынок, помоги мне.

Кларк перевернул девушку на бок, а Леннон попытался пальцем очистить рот.

— Давайте, мисс Дэнби, надо прокашляться, милая.

Мужчины изо всех сил старались восстановит дыхание, но женщина снова откинулась на подушку и лежала совершенно неподвижно.

— Может, попробовать дыхание «рот-в-рот», Том?

Кларк усердно делал искусственное дыхание по всем правилам, пока Леннон не остановил его.

— Бесполезно, сынок, она мертва. Ты сделал все что мог, но благодарить тебя уже некому. Она добилась, чего хотела. Давай-ка приведем себя в порядок, пока едет машина.

В 4.15 утра тело Энн Дэнби увезли из Палмер Корт. Мисс Уоррен, которой так и не удалось заснуть, стояла у окна, наблюдая, как застегнутый на «молнию» полиэтиленовый мешок грузят в ожидавшую во дворе машину «скорой помощи». Когда двери закрылись и машина тронулась, девушка вздохнула.

— Прощайте, мисс Дэнби, — прошептала она. — С богом!

Тело Энн Дэнби отвезли по тихим пустынным улицам в районную больницу, где ее смерть была документально зафиксирована дежурным врачом. Ночной санитар отвез ее на каталке в морг и переложил на металлический поддон в четвертом ряду третьего отсека холодильника морга. На большой палец левой ноги привязали бирку с указанием фамилии, даты и времени поступления.

Полиция не зафиксировала подозрительных обстоятельств: это было чистой воды самоубийством, но, как и во всех случаях внезапной смерти, прежде чем оформить свидетельство о смерти, нужно было провести посмертное вскрытие — без него невозможно было организовать похороны. Установление точной причины смерти являлось обязанностью полицейского патологоанатома. Организация похорон ложилась на плечи родителей Энн Дэнби, которые в этот час — в половине пятого утра — еще не знали о смерти своей дочери. Сообщить им об этом должны были полицейские, которые обнаружили тело.

— Еще один «первый раз», — сказал Леннон, когда они свернули на улицу, где жила чета Дэнби — в зеленом, усаженном деревьями пригородном районе. — Эй-эй, проснитесь, ваша дочь мертва… Господи, врагу не пожелаешь.

Кларк искоса взглянул на напарника.

— Как я понимаю, вам много раз доводилось делать такое, — осторожно сказал он.

— Больше раз, чем ты обедал, сынок. Ваш муж попал в автокатастрофу… С вашей женой случился несчастный случай… Ваш сын упал с мотоцикла… Мы обнаружили в реке тело и предполагаем, что это может быть…

— Так, может быть, вы скажете им? — с надеждой в голосе спросил паренек.

— Ладно. Ты еще успеешь…

— Слушаю, кто это? — спросил женский голос за дверью с номером двадцать восемь.

— Полиция. Пожалуйста, откройте дверь, мадам.

— У вас есть удостоверение?

Леннон просунул свое удостоверение в щель почтового ящика, и дверь открылась. Перед ними стояла невысокая женщина в ночном халате, седые волосы были забраны в сетку.

— Что-то с Джонни? — ахнула она. — Он попал в аварию, да? О господи, он…

— Нет, это не с Джонни, мадам. Можем мы войти? Ваш муж не спит?

5

По легенде, граф Мерсийский наложил непосильный налог на жителей города Ковентри. Когда его жена, леди Годива, заступилась за них, граф сказал, что отменит налог, если леди Годива осмелится в полдень проехать обнажённой через весь город. Чтобы не смущать её, все жители закрыли ставни своих домов. Один только портной Том стал подсматривать в щёлку, и был тут же поражён слепотой.