Глава 20

Империя Оствер. Шан-Кемет. 02.03.1406.

— Тук-тук! — мой сон прервал осторожный стук в дверь.

— Кто там!? — просыпаясь в тесной комнатушке, отведенной для меня в таверне "Путник", которая принадлежала бывшему тайному стражнику Юрэ Сховеку и, положив правую ладонь на рукоять ирута, спросил я.

— Господин граф! — услышал я голос сержанта Амата.

— Да?

— К вам Рольф Южмариг. У него что-то срочное!

"Понятно. Рольф, которого я посылал в горы Аста-Малаш, зря беспокоить, не стал бы, а значит откладывать прием оборотня на потом нельзя, — подумал я. — Придется вставать. Сколько же сейчас времени? За маленьким окошком все еще темно, а лег я во втором часу ночи, так что отдохнул всего ничего".

Я встал. Щелчком пальцев зажег малый магический светильник, который всегда со мной как походный фонарик, стал одеваться и прокрутил в голове события последних двух недель, которые минули с того момента, как моя дружина смогла отстоять Эрру…

Итак, крепость осталась за нами. Но потери при этом мы понесли серьезные. На одного северянина трех наших воинов разменяли. Это было очень много. Однако большое количество погибших с нашей стороны объяснить было легко. В отряде верховного вождя всех одичавших нанхасов Ратэрэ Дючина, который являлся верным союзником Океанских Ястребов, были гвардейцы, ветераны форкумских войн и отличные шаманы, и все они четко понимали, что должны делать. А против этого слаженного боями и походами вражеского соединения из самых лучших представителей своего народа, герцог выставил сборное войско. Слабо подготовленных дружинников, ополченцев, партизан и наемных магов, которые в первую очередь думали о том, как бы денег срубить и трофеев побольше получить, а не о том, чтобы нанести урон противнику. Так что итог целой череды боестолкновений вблизи Эрры, Содвера и на Южном тракте был предсказуем и закономерен. Несмотря на то, что военная игра шла на нашем поле, мы ее за малым едва не проиграли.

Впрочем, враг отступил в леса и о том, что Эрра могла пасть, сам Гай Куэхо-Кавейр и его советники старались не вспоминать, поскольку это был бы сильнейший удар по престижу моего молодого сюзерена. Двести лет ни одна из твердынь герцогства не попадала в руки противника, а тут такое. И хотя мы на севере, где основной закон это воля Гая, и здесь никто язык распускать не стал бы, подобный факт быстро дошел бы до столицы. А значит, многие высокородные уроды стали бы тыкать в сторону молодого северного правителя, урожденного Канима, пальцем и говорить, что он никчемный управленец и нулевой стратег. Поэтому сразу было объявлено, что крепость готовилась к нападению врага заранее, и именно по этой причине в Эрру прислали дополнительную роту солдат (штрафников) и взвод кавалерии. Ну и, соответственно, когда подлый и коварный противник смог разрушить кусок стены, эти бравые и мужественные воины совместно с гарнизоном отстояли твердыню и продержались до подхода графа Ройхо, который к крепости примчался не сам по себе, а по приказу герцога.

Такова была официальная версия, против которой я ничего против не имел. Почему? По той простой причине, что спор мне ничего не давал. Ну и что с того, что все было не так? Да ничего. В итоге-то, все неизменно, а бегать и кричать, какой я герой и спаситель крепости, мне ни к чему. Есть сюзерен и он решил, что все выглядело именно таким образом, а я его вассал, который зависит от него и получает от этого достойного молодого человека, точнее сказать, от его семьи, поддержку в своих делах. Вот и получается, что лишние слова не нужны. Дали мне звание протектора севера, и нормально, буду держаться за имперское пограничье зубами, руками, ногами, и поменьше болтать.

Однако вернемся к нашим баранам, то есть к северянам. После отступления от Эрры вождь Ратэрэ Дючин и его помощник Вис Беренц огляделись, прикинули, что к чему, и пришли к закономерному выводу, что у них ничего не получилось. А тут еще у нас один из содверских патрулей пропал, и воины, которые в нем находились, уже слышали о том, что граф Ройхо уничтожил отряд под командованием сотника Обера. Ну и соответственно, Дючин про это тоже узнал и, недолго думая, он принял решение уходить обратно в пустоши.

Нанхасы стали стягиваться в кулак и лесами продвигаться к границе. А у нас царила неразбериха. Герцог настаивал на немедленной атаке северян и их полном уничтожении, а его советники Рутман Калей-Ван и Томаш Смел придерживались оборонительной тактики. Я от этих споров оставался в стороне, ждал дальнейшего развития событий и конкретных решений. Ну и, наконец, мной был получен приказ, возглавить всех наиболее боеспособных воинов и магов нашего войска и догнать противника. Решение, в общем-то, верное, но время было упущено. Дючин соединился с отрядом, который преследовал барон Хиссар, обошел Содвер и вышел в Мертвую Пересыпь, куда ни я, ни второй протектор севера лезть не пожелали. И уничтожив пару десятков отставших вражеских бойцов, мы проследили за тем, как нанхасы уходят вглубь пустошей, и вернулись в крепость Содвер.

Возвращение было скомкано новыми спорами Гая с его советниками, за которыми нам с Хиссаром пришлось наблюдать со стороны. Но, к счастью, продолжалось это недолго, всего пару дней. И окончательно удостоверившись в том, что противник удрал, мы с бароном Хиссаром, пришли к выводу, что зимняя военная кампания приблизилась к своему логическому завершению. А раз так, то в Содвере нам делать нечего. Штыки в землю.

Мы подошли к герцогу с просьбой отпустить нас по домам, и Гай Куэхо-Кавейр согласился с тем, что наши войска на границе больше не требуются. Всем спасибо. Отбой! Пора по родным углам. Но перед тем как покинуть сюзерена и его войско, я побывал на последнем военном совете, который запомнил особо. На нем присутствовал сам герцог, три его советника, два протектора севера, пара тысячников, представитель Тайной Стражи Канимов барон Йохан Кратт и несколько "домашних" баронов нашего северного феодального владения.

Совет проходил в Содвере, и на нем подводились итоги всей военной кампании. Говорили многие и о многом, но суть большинства речей сводилась к тому, что мы были близки к поражению, и только лишь потому, что удача улыбнулась нам, все легло одно к одному, и победа оказалась за остверами. При этом наши общие потери, включая сюда убитых воинов отряда Хиссара, достигли шестисот человек, а вражеские, вместе с истребленным соединением молодого Обера, пятисот воинов. И можно было сказать, что в пограничной войнушке мы с противником разошлись на равных. Однако следовало смотреть правде в глаза и думать о будущем. Все присутствующие на совете люди это понимали точно так же, как и то, что в конце лета и начале осени северяне вновь пожалуют к нам в гости. Сначала это будут разведчики и рейдеры. А затем по зиме основное войско придет, в котором, наверняка, окажется не менее десяти тысяч воинов. Так что требовалось готовиться и принять некоторые решения. И они, что очень важно, были приняты.

Первое, необходимо продолжать набор воинов в армию герцога и искать союзников. Для этого будут набираться новые сотни штрафников. Тайная Стража Канимов проведет переговоры с наемниками из северо-восточных отрогов хребта Агней. Герцог даст волю своим крестьянам, которые пожелают стать пограничниками. И одновременно с этим начнется более плотная работа с имперскими религиозными культами и магическими школами, которые бы могли прислать на север своих чародеев.

Второе, в северных пустошах должна постоянно проводиться разведка. И для этого в Мертвую Пересыпь будут отправлены отряды партизан и штрафников. Пока с них толку немного, но надо с чего-то начинать. Неприспособленных к жизни на севере уголовников и бывших разбойников кинут на произвол судьбы, и часть из них в любом случае выживет и адаптируется к местным условиям. Ну, а кто попробует сбежать, тот напорется на партизан и егерей герцога. Сурово, конечно. Однако никто не говорил, что будет легко, и прощение всех грехов перед обществом каторжанам даруют за красивые глаза и несение гарнизонной службы в одной из крепостей Герцогства Куэхо-Кавейр.