Томас задумался. Некоторые образы являлись к нему во сне. Но он не был уверен, воспоминания ли это или просто сны.

– Во снах я кое-что вижу. Но порой они противоречат сами себе. Разные события, разные люди, разные места. Не понятно, что произошло со мной на самом деле, а что – просто плод моего воображения, – задумчиво ответил он.

– Тебе следует отличать иллюзии от реальных воспоминаний, – эльф подошел ближе к Томасу. Сейчас он говорил только с ним. – Иногда слишком сложно понять, что случилось на самом деле, а что мы сами себе придумали, – он сделал многозначительную паузу. – Чаще всего во всем можно разобраться логически. Когда между образами существует прямая связь, они, скорее всего, не являются иллюзиями. Ты понимаешь меня?

– Абсолютно, – ничуть не солгал Томас.

– Когда сны противоречат сами себе, противоречат реальности, начинаешь задумываться, что же произошло на самом деле, что же есть реальность, – это Анри Фор сказал не Томасу, а, скорее, потолку. – Иллюзии обычно более размыты и непонятны. Со временем ты во всем разберешься.

– Вы сможете помочь ему? – Томас посмотрел на Сайлента.

– Сомневаюсь. У него настолько глубокий сон, что нам вряд ли удастся вернуть его обратно.

– Ты серьезно, Анри? – вмешался Виндсор. – Этого парня вырвали из лап смерти, он проделал такой длинный путь, а ты говоришь, что его нельзя спасти? Да брось. Я уверен, есть способ разбудить его. Ты же эльф! Ваша магия способна на все!

– Наша магия не способна воскрешать, – заметил Анри.

– В этом нет необходимости, – Виндсор нервно хохотнул. – Его уже воскресили. Теперь нужно просто его разбудить.

– Возможно, есть один способ, – задумчиво сказал эльф. – Для этого чернокнижник должен вспомнить, что именно он сделал, чтобы воскресить паладина.

– Но как? – Томас развел руками, чувствуя собственное бессилие.

– Для начала разберись в том, что происходит на самом деле, а что – нет. Покончи с иллюзиями. Быть может, наш разговор – всего лишь одна из них?

Томас растерянно посмотрел на Виндсора…

Глава 15 – Жертва

     Эдвин ВанКлиф сидел в кресле, в полной темноте, размышляя обо всем, что в последнее время происходило. Ему хотелось спать, но после того, что он недавно нашел, ВанКлифу было не до сна. Ведь он искал нечто подобное долгие годы.

Он думал о том, почему все произошло так, как произошло. Почему он вообще допустил такую ситуацию? За ним охотилось все королевство, он давно это знал. Но когда чтобы убить его, на шахту явились трое молодых парней, он окончательно понял всю безвыходность своего положения. Он был врагом номер один, злым гением, который, по мнению всех людей, убил сотни человек. Эдвин был тем, на кого сваливали все проблемы, происходящие в королевстве и все действия, которые совершала его незаконная гильдия.

Конечно, он сам был во всем виноват. Он был виноват, что допустил все это, идя на поводу манипуляций и жажды заработать много золота. Но, тем не менее, он не был убийцей. Что бы там ни говорили, ему было уже сорок три года, и за все это время он не убил ни одного человека. Ни одного. Так почему же все считали его убийцей?

ВанКлиф знал ответ на этот вопрос. Вот только ответа было слишком мало для того, чтобы выбраться из всей той грязи, в которой он увяз по самые уши. Нужно было как-то действовать. Вся курьезность его положения была в том, что он так хотел получить свободу, что навсегда стал главным злодеем этой земли и многих земель вокруг. Он сбежал из 'Воинов Света', прожил два года в горах, надеясь, наконец, понять, что ему было нужно. Он дал клятву, что никогда не убьет человека, и всю жизнь держался ее, считая, что она дает ему свободу. Тем не менее, все пошло не так. Когда? Тогда, когда он и его друг Джон решили основать гильдию под названием 'Дефиасы'.

С тех пор, как был разрушен Санривер, каждый день Эдвин мечтал выбраться из шахты и просто погулять, не опасаясь того, что его будут подстерегать на каждом углу. Он хотел бросить эту жизнь и уехать, уплыть, улететь куда-нибудь далеко-далеко, где его никто бы не знал, и он мог бы делать то, что хотел. К сожалению, такого места не существовало. Эдвина ВанКлифа знали все. И отнюдь не за его хорошие поступки. Теперь, чтобы избавиться от дурной славы, просто смены имени было мало. Нужно было измениться полностью, изменить внешность так, чтобы даже люди из Дефиасов его не узнали. Вот только как можно было добиться такого? Ни одна доступная ему руна не позволяла стать другим человеком. Он обыскал все, что только мог, прочел все возможные книги, но так и не нашел того, что могло помочь ему решить все проблемы. Не находил до сегодняшнего дня.

Старая карта, которая попала к нему в руки совершенно случайно, была потерта, а обозначения на ней были на общем языке. Эдвин сразу понял, что на ней изображен клочок Сумеречного леса. Какой именно – еще предстояло выяснить. С обратной стороны речь шла о древнем артефакте, сила которого позволяла менять внешность, причем на долгое время. Единственное, что требовалось для проведения ритуала – большое количество энергии, которое можно было получить лишь в месте природного сосредоточения магической энергии. Эдвин знал только 'Шамп Мажик' – поляну посередине острова Борнео, вход на которую был разрешен исключительно эльфам. Однако, множество легенд и сказаний подтверждали, что на Террестриале существуют еще два подобных места. Одно из них, как считалось, находится именно в Сумеречном лесу. Только существованием мощного магического источника можно было объяснить населенность Леса большим количеством духов и их приспешников. Ни один человек, ищущий Поляну Духов, пока еще не добился успеха. Многие из путешественников так и не вернулись.

Могло ли быть так, что артефакт находился именно на Поляне Духов, а карта как раз указывала ее месторасположение? Вполне возможно. В любом случае, эта карта была пока единственным шансом изменить свою жизнь. И Эдвин не мог его упустить.

Он вышел из домика и окинул взглядом пещеру, один вид которой вызывал рвотный рефлекс. Подземный образ жизни сделал его слабым и болезненным, ВанКлиф уже был не тем паладином, что раньше.

Эдвин прошел несколько зданий и за несколько минут добрался до самого большого склада. В нем хранилось оружие, доспехи, и все, что могло понадобиться ему в походе. Он снял со стены факел, отворил тяжелую дверь и вошел.

Глаза начинали слезиться от пыли, когда он шел по заваленным коридорам склада. Здесь было так много всякого хлама, что найти что-то конкретное было очень тяжело. ВанКлиф порылся в валяющихся на полу и покрытых толстым слоем пыли мечах, не найдя среди них ничего подходящего. Лишь только спустя какое-то время его поиски увенчались успехом – десять одинаковых митрилловых мечей  он положил на проходе, решив захватить их на обратном пути. После этого Эдвин выбрал лучшую одежду, подходящую для лесного похода и пошел туда, где должно было быть все для алхимии.

Склад Дефиасов был, скорее всего, самым богатым складом зелий и их ингредиентов в королевстве. ВанКлиф очень любил все связанное с алхимией и никогда не жалел золота на покупку очередного неведомого зелья или редкого компонента. Зелья восстановления жизненной энергии, магической; зелья, позволяющие видеть в темноте; настойки, которые обостряли чувства и, наоборот, притупляли их; отравы и лекарства, а также парализующие – все это было здесь в изобилии. Нужно было лишь протянуть руки и взять колбы.

ВанКлиф ограничился своим стандартным набором, рассчитывая, что никого серьезнее очередного духа он не встретит. Сложив все это в мешочек, он направился к выходу, чуть было не забыв прихватить часть мечей. Когда, наконец, все было вынесено, Эдвин некоторое время стоял, думая, ничего ли он не забыл. А потом он запер склад и пошел к Джону.

Действия некогда лучшего друга и напарника, его манеры ведения дел и манеры разговора, его замашки и абсолютная бессердечность – все это раздражало Эдвина. Порой он даже чувствовал сильное желание избавиться от Конкора. Но, к сожалению, убить его ВанКлиф не мог. Ни физически, ни морально. Оставалось надеяться, что этот поход круто переменит его жизнь. Что бы Джон дальше ни делал, Эдвин будет ни при чем, он исчезнет, растворится, и никто никогда его больше не увидит.