По указанию владимирского прокурора сотрудники областного управления Федеральной службы безопасности, расследуя дело о незаконном переводе денег за границу, занялись и компанией «Ин-теко», которую возглавляет жена московского мэра. В офис компании явились чекисты, забрали документы. Об этом рассказали по телевидению: жена Лужкова подозревается в незаконном вывозе денег за границу!.. Чем же в таком случае семья Лужкова лучше семьи Ельцина?

Разразился скандал. Юрий Лужков оказался к нему не готов. Он стал возмущаться, оправдываться, объясняться, и это еще больше повредило ему в общественном мнении.

Директором ФСБ был тогда уже Николай Патрушев. Действия владимирских чекистов были восприняты как ответный удар по Лужкову, хотя на Лубянке это отрицали.

«Дело Елены Батуриной» со временем оказалось полной липой, ничего противозаконного она не совершала, но ущерб репутации Лужкова был нанесен серьезный.

В начале сентября политическое пространство нашей страны превратилось в поле боя. Как в Чечне, здесь рвались снаряды и авиабомбы и орудовали снайперы. Соперники уже ощутили вкус политической крови, и на глазах пораженной, а может быть, и довольной публики они рвали друг друга на куски.

Теоретически в безжалостной атаке на политиков есть свои плюсы. Люди узнают о них много нового. Кандидаты в депутаты перестают быть небожителями и предстают перед нами обычными людьми, грешными и ошибающимися. В странах с давними демократическими традициями политику не прощается то, что любому другому сойдет с рук. Ошибки, допущенные политиками, часто непоправимы. Если они совершили нечто непорядочное и аморальное, им этого никогда не забудут.

В общем это логично — завоевав наши голоса, политики получают возможность распоряжаться не только нашими деньгами, принимая бюджет и устанавливая налоги, но и нашими жизнями, например начав войну...

Но в избирательную кампанию 1999 года все получилось иначе. Мы должны были услышать, что именно предлагают кандидаты, с какой политической и экономической программой они собираются войти в Государственную думу, что могут для нас сделать.

Но вот об этом решительно никто не вспоминал и даже не спрашивал кандидатов! Избирательная кампания превратилась в натравливание общественного мнения на тех или иных лиц. Лужкова пытались просто уничтожить. Для ОРТ он превратился в главную мишень. Ему предъявлялись самые фантастические обвинения. Юрий Михайлович неизменно подавал в суд и выигрывал процессы. Но это не имело никакого значения. Его продолжали смешивать с грязью. Даже те, кто возмущался такими методами, смотрел эти передачи. Они нанесли невероятный урон Лужкову. Из солидного и уважаемого хозяйственника он превратился в предмет насмешек.

Конечно же люди охотно верят, что все вокруг воруют, что все кругом преступники и негодяи, что любой начальник — взяточник и хапуга. Многие даже и не нуждаются в доказательствах. Они это знали заранее! А если им об этом еще и говорят с телеэкрана, то они всего лишь сладострастно убеждаются в собственной правоте.

Можно не любить Лужкова и быть его противником, можно расследовать его работу в качестве мэра или коммерческую деятельность его жены и шурина, но всякое обвинение должно строиться на доказательствах, фактах, документах.

Мы же видели пустое ерничество, издевку и просто глумление, заигрывание с чернью и обращение к низменным инстинктам. Люди, которые этим занимались, распространяли мерзкие нравы коммунальной кухни на сферу политической борьбы.

Они охотно разжигали в публике ненависть к преуспевающему соседу. Вот поэтому все затхлое, тупое и ленивое, что есть в нашем обществе, с восторгом встречало мнимые разоблачения.

Лужков меньше других был готов к тому, что на него выльют такие ушаты грязи. Пока его политические интересы не выходили за пределы Москвы, его в основном хвалили. Похоже, он даже не подозревал, что политическая борьба — это драка без правил. В последние дни перед выборами 19 декабря 1999 года Юрий Михайлович выглядел очень плохо. Ему эта кампания дорого обошлась.

Ошибка Лужкова состояла в том, что он с самого начала занял неверную позицию: реагировал на каждый выпад телевидения. Получилось, что политик Лужков ведет борьбу не с другими политиками, не со своими соперниками, а всего-навсего с телевизионным журналистом.

Досталось и Примакову, которого обвинили в попытке организовать убийство президента Грузии Эдуарда Шеварднадзе. Наверное, это кому-то кажется логичным. Шеварднадзе намерен сделать Грузию членом НАТО, то есть вредит российским интересам. А Примаков такой крутой человек, что ему замочить, как у нас теперь выражаются, какого-нибудь президента ничего не стоит...

Но тот, кто придумал эту версию, плохо представлял себе, как функционирует система власти. Любая акция спецслужб, даже вербовка какого-то заметного иностранца, требует санкции высшего политического руководства. Раньше санкцию давал ЦК КПСС; когда речь шла о серьезной операции — сам генеральный секретарь, теперь, видимо, президентская администрация.

Так что же Примаков — в роли начальника разведки, а потом премьер-министра — приходил к Ельцину и говорил: есть идея убить Шеварднадзе? Все готово, вот служебная записка, подпишите, Борис Николаевич!.. У Ельцина было много недостатков, но дураком он никогда не был. И Примаков тоже.

Говорили еще, что Примаков так и не оправился после операции на позвоночнике, что его ждет следующая операция и закончится все это инвалидностью. Как можно голосовать за инвалида? При этом на экране телевизора возникали лужи крови, которые должны были вызывать определенные ассоциации.

В те дни, когда стране рассказывали, что Примаков с трудом передвигается, я наблюдал Евгения Максимовича в неформальной обстановке. Он был в прекрасном настроении, за столом ни в чем себе не отказывал, а после застолья пел и пританцовывал. Но это видели человек двадцать, страна же верила телевидению. Тем более, что на телеэкране Евгений Максимович обычно появлялся мрачным и недовольным. Это не множило ряды его поклонников.

Примаков так и не сумел наладить отношения с прессой и телевидением и многих журналистов настроил против себя. Евгений Максимович всегда обижался на критику в прессе, считая, что его критикуют несправедливо.

Тем не менее не стоит говорить, что выборы в Государственную думу в декабре 1999 года выиграло телевидение. Юрий Лужков был переизбран мэром Москвы абсолютным большинством голосов. А вот за политический блок «Отечество — Вся Россия», в котором он играл ключевую роль, проголосовало значительно меньше людей, чем ожидалось.

В чем причина поражения блока «Отечество — Вся Россия», который казался очевидным фаворитом? Ответов много.

Главный предвыборный лозунг: избавиться от Ельцина в Кремле — уже устарел к моменту выборов. Никто и не сомневался в том, что Борис Николаевич вскоре уйдет. А вот кто и что будет после него? Жесткие атаки на Ельцина и «семью», обвинения в коррупции не расположили к себе избирателя.

От политиков ждали не жесткой критики, а позитивной программы действий. А ее внезапно стал олицетворять новый премьер-министр Владимир Путин. Молодой премьер выгодно смотрелся и на фоне семидесятилетнего Примакова.

Да не только Примакову — всем политикам карты спутала вторая чеченская война и появление Путина.

Сила Путина оказалась в том, что никто ничего о нем не знал. Он был человеком без политического прошлого, человеком, вышедшим из тени. И это оказалось неоспоримым преимуществом на выборах.

7 октября 1999 года Владимир Путин отметил свой день рождения, который совпал с другим маленьким праздником — два месяца на посту главы правительства. В эпоху министерской чехарды и это было достижением. Отпустить его пораньше с работы, как положено в таких случаях, было некому, и он полностью отстоял трудовую вахту.

Лучшим подарком ему был быстро растущий рейтинг и слова Анатолия Чубайса, который обычно режет правду-матку. Он назвал Путина «максимально реальным» кандидатом на пост президента, если тот, конечно, сумеет успокоить Северный Кавказ.