– И как вам прекрасная Флора?

Повелитель покосился на меня:

– Весьма привлекательная особа. Редко найдешь барышню с такими пышными формами.

– Так и хочется прижаться к груди?

И сразу пожалела о сказанном. Сама понимала, что мои слова прозвучали глупо и вульгарно.

Князь сжал мое запястье так, что на глаза навернулись слезы. И прошипел:

– Не стоит переходить некоторые границы.

Я вырвала руку и, гордо задрав подбородок, направилась к карете. А сама чуть не ревела от обиды.

Внутри меня уже ждала верная Илия. Она грозно сверкнула очами:

– Госпожа, он вас обижает?

Я заметила, что Илия очень ревностно относится ко всему, что связано с моей персоной.

– Нетнет, обыкновенное недоразумение между супругами. – Я покачала головой.

Пожалуй, повелитель ошибся, позволив негритянке стать моим телохранителем. Уверена, случись что, она не пощадит и князя.

В пути мы были уже несколько дней и вроде все болееменее наладилось. Вот только Олена все так же общалась со мной сквозь зубы и первой разговор никогда не начинала. Я решила, что так дальше продолжаться не может. Иначе сбегу из кареты, наплюю на приличия и поеду верхом. На привале отправила служанку с поручением и, когда та умчалась, спросила у своей спутницы:

– Боярышня, я вас чемто обидела? Если так, то скажите прямо. Или вы вообще чувствуете ко мне какоето предубеждение?

Красавица вскинула на меня свои синие глаза. Пробормотала:

– Простите, госпожа, вам показалось.

Но раз уж я вздумала разобраться с этой проблемой, то намерена была довести дело до конца.

– Нет, не показалось. Я вижу, что и Алекс на меня то ли сердится за чтото, то ли обижается.

Олена помялась и с трудом выдохнула:

– Изза Федора.

Я удивилась:

– А при чем здесь мой брат?

Красавица взглянула сердито:

– Он не ваш брат. И он вас любил, а вы его предали.

Подозреваю, мои глаза сейчас напоминали не блюдца, а столовые тарелки. Я пробормотала:

– Откуда вы взяли, что он меня любил?

– Алекс сказал.

Я ощутила, что сердце сейчас вырвется из груди от такого известия.

– Олена, позови Алекса.

Поставлю точки над «ё» раз и навсегда!

Вскоре Алекс и Олена подошли. Я огляделась: вблизи почти никого не было. Только Флора прогуливалась неподалеку, наверное, дожидалась Настасью Вахромеевну. Хотелось поговорить с охранником олигарха без лишних свидетелей, но по здешним меркам это выглядело бы совсем уж вопиющим нарушением приличий. Вздохнув, предложила Олене и Алексу зайти в наш с боярышней общий шатер. И сразу же задала парню вопрос:

– Зачем ты Олене наболтал ерунду? Когда это Федор меня любил?

Бывший телохранитель сузил глаза:

– Простите, повелительница, но это правда. И вы это знаете.

Я взорвалась и зашипела:

– А ято считала, что мой ветреный «братец» любил Настасью Вахромеевну. И не смей лгать! Помнишь девушку в колодце?

Он раскрыл рот.

– Так это была ты! Я ему сто раз говорил. А зачем скрывала? К тому же хозяйка трактира – так, мимолетное увлечение.

Я сердито бросила:

– Вот и сейчас он гдето «увлекается». А мы тут комаров кормим.

– Но ты же первая выскочила замуж за князя.

Я так взглянула на Алекса, что он осекся и замолчал. Мне стало обидно. Зачем судить, если не знаешь?

– Вообщето я тогда спасла жизни тебе, Олене, Савве и Свегу. И в том, что не смогла вернуться обратно в наш мир и жить там припеваючи с Федором, виноват именно ты! Видел, что пора возвращаться, но начал свои амурные дела решать. Времени раньше не хватило! И вообще, меня упрекнуть не в чем. Я, между прочим, до сих пор как бы и не совсем князю жена…

Заметив удивленные взгляды, смущенно пояснила:

– Ну… как в данных отношениях положено.

Алекс уставился потрясенно:

– Тото я вижу…

Я спохватилась: зачем разоткровенничалась? О наших отношениях с князем умнее было бы промолчать. Но уже поздно. Остается надеяться, что дальше Алекса и Олены эта история не уйдет.

Телохранитель смутился:

– Прости, полез не в свое дело.

– Постарайся забыть, что я тут наговорила. – Я махнула рукой.

А сама подумала: «Ну на кой он все разболтал Олене?» О том, что брат мне вовсе не брат, о его чувствах. Проговорится боярышня – плохо будет всем. Вот уж действительно: не было печали, так черти накачали. Но самое главное: правда ли то, что сказал Алекс про Федину любовь? Теперь ведь буду мучиться и все время помнить об этом разговоре. Столько времени билась, чтобы забыть, а теперь начинай по новой. Да и вообще болтаю я с Алексом слишком долго. Опять забыла, что не дома. Князю это может не понравиться. Я стала поспешно прощаться.

Выйдя наружу, вновь огляделась по сторонам. Кроме Флоры, никого не заметила. Сиротка прохаживалась на том же месте и, кажется, не обращала на нас никакого внимания. Хотя… увлекшись, я изъяснялась довольно громко.

Разговор расстроил так, что я не сдержала слез. Олена тоже расстроилась. Обняла меня и зарыдала вместе со мной. С этого момента мы и подружились.

Следующая ночевка предстояла в лесу. Слуги суетились, устанавливая шатры и готовя провизию. Я заметила, как из соседнего шатра выходят Флора и Настасья Вахромеевна. Первая явно выискивала когото взглядом. Я подумала, что не стоит угадывать с трех раз, кого именно. Всю дорогу красотка, будто коршун, кружила вокруг моего супруга.

Вспомнила, как под чары красавицытрактирщицы попал Федор. А ведь кузина, пожалуй, будет даже посимпатичнее родственницы. Да и в браке не состоит. В груди чтото екнуло. А если князь увлечется ею понастоящему? Мелькнула неприятная мысль: «Не захочет ли он заменить меня ею? А бывшую супругу сошлет в монастырь или еще куда у них тут положено. А то и вовсе на тот свет спровадит…» Нет, такого точно допустить нельзя. Хоть князь мне и не нужен, но умирать раньше времени не собираюсь.

Тут я увидела мужа. Повелитель стоял на краю поляны под высоким деревом, чтото высматривая в его кроне. Я решительно направилась к нему и тоже уставилась вверх. А разглядев, на что смотрит князь, ойкнула от радости. В ветвях сидел ворон. Готова голову дать на отсечение, что хозяйкой его была Яга Яговна.

Я дернула супруга за рукав:

– Это птица бабули?

Он улыбнулся:

– Угадала. Не думал, что сумеешь это сделать, ворон кругом целые стаи.

– А как вы понимаете, что он хочет вам сообщить?

Князь рассмеялся:

– Вы, Любушка, слишком любопытны.

Я пожала плечами:

– Не хотите, можете свои тайны не выдавать. Только скажите, как здоровье бабули.

Супруг пристально поглядел на меня и вдруг снял с мизинца перстень с багровым камнем. Взял мою руку и надел кольцо мне на палец.

– Теперь будете знать все, что захотят сообщить вам вороны.

Я сначала не поверила. Но подняла глаза и услышала в своей голове чуть картавую речь:

«Бабка очень беспокоится о твоем здоровье».

Я от удивления так и раскрыла рот. Кого первого благодарить? Ворона за весточку или князя за шикарный подарок? Решила сначала ответить птице. Старательно сформулировала мысль: «Спасибо. Но повода для беспокойства нет».

«Бабки считают, что есть. Они уже уселись вязать одежду своему будущему внуку».

Я чуть не завопила вслух:

«С ума сошли?!! Какой внук?!! Откуда ему взяться?!!»

Ворон хладнокровно каркнул:

«Тебе лучше знать. – Потом вдруг добавил: – Да не парься. Бабки одиноки, им давно требовалось когонибудь полюбить и о комнибудь заботиться. Они поразмыслили и решили, что ты оговорила себя и супруга из скромности».

Я просто остолбенела: у бабуль от старости крыша поехала? Они меня еще и оправдывают? Ничего себе оговорочки – заявить, что мужик в самом расцвете сил ни на что в постели не годен!

Ворон деликатно кашлянул:

«Я этого не слышал. И бабкам твое мнение о них передавать не стану».

Я пробормотала:

«Весьма благодарна».

И с досадой подумала: «Ну что за мир такой? Не то что сказать, подумать ничего нельзя».