Так что на следующее утро эти два народных депутата и Андреич и сами догадались, что им пора уже ехать домой – и их даже выгонять тогда из парламента не пришлось.
Видимо, эта история даже весьма терпеливых литовцев наконец-то проняла – поскольку всего через два дня, 14 апреля 1991 года, поступил приказ из департамента охраны края: все добровольные подразделения (в том числе и литовские) выводятся из парламента. А впредь охрану парламента будут осуществлять только кадровые военные. И тогда наша “золотая молодежь” из “интеротряда”, все восемь человек, подали заявления о приеме их в литовскую армию. Питерских из них было только трое: Андрей, Макс и Сережа. Еще осталась в парламенте Валентина Ивановна Д., член питерского комитета. Но она к тому времени уже фактически не имела отношения к нашему отряду: поскольку на пятый день после приезда в Вильнюс она перешла на работу в парламентский медпункт - и позднее она даже литовское гражданство получила.
Ну а те члены нашего отряда, кто по возрасту не подходил для службы в литовской армии, должны были уже на следующий день возвращаться в Питер. Нас тогда поехало домой четверо: Сергей С., Валерий Л., Наташа П. и я. Короче говоря, литовцы тогда приняли к себе на военную службу всех до единого наших молодых обормотов – и выгнали за дверь всю сознательную и непьющую часть питерского отряда.
А почему заодно с нами выставили из парламента также и литовских добровольцев, это тоже можно понять. Ведь военным специалистам давно известно, что части, составленные сплошь из одних только добровольцев, имеют более низкую боеспособность из-за проблем с дисциплиной. Так что, надо полагать, что у штаба охраны парламента были иногда серьезные заморочки и со своими литовскими добровольцами – хотя конечно, до такого бардака, как в нашем “интеротряде” у них вряд ли когда-нибудь доходило.
Правда, у нас прошел как-то слух, что молодежь из литовского штаба однажды во время ночного дежурства развлекалась игрой в “русскую рулетку”. Но никаких трупов ведь не было – да и эти сведения исходили от нашего отрядного провокатора Лагуна. Так что, скорее всего, это было вранье. А может быть, и не совсем вранье: поскольку к нам в отряд в гости иногда заходил из литовского штаба некий Артур, немного приблатненный юноша – и он однажды похвастался своим маленьким револьверчиком. Так что вообще-то необходимый инструмент для “русской рулетки” в штабе охраны парламента имелся…
Мне очень не хотелось тогда уезжать из Вильнюса, но я понимал, что литовцы были совершенно правы. Я бы на их месте тоже давно бы разогнал наш замечательный отряд!
На мой взгляд, одна из причин, почему этот эксперимент закончился полным провалом, это то, что к нам тогда поступало слишком мало добровольцев из Питера. И я даже не мог тогда настаивать перед штабом охраны парламента на том, чтобы изгнать из отряда всю разболтанную молодежь – потому что заменить их там было практически некем. Ведь хотя порядочных людей побывало в питерском отряде и гораздо больше, чем придурков – но они почти все работали, так что могли приезжать в Вильнюс только на несколько дней или на неделю. Так что когда однажды пожилой боец “интеротряда” из местных демократов устроил скандал и потребовал в штабе добровольной охраны изгнать из парламента всю нашу пригревшуюся там “золотую молодежь”, то я ему выразил свое резкое несогласие. Конечно, как боевому подразделению нашему “интеротряду” была грош цена – но в качестве своего рода “живого щита” даже и такой разболтанный отряд, в общем-то, вполне годился. И потом, я все еще не терял надежды, что когда о нашем отряде наконец-то узнают в Питере – то народ к нам повалит, и тогда можно будет набрать нормальных людей, и с их помощью навести в отряде порядок. Но с этими мечтами ничего не вышло, и на самом деле жители нашей “северной столицы” так ничего и не узнали об отряде питерских добровольцев – и о нем тогда что-то слышала только небольшая прослойка в руководстве демократического движения Питера.
Вот эта была еще одна крупная ошибка с моей стороны: мне нельзя было просто сидеть и ждать, когда журналисты что-то напишут о питерских добровольцах – а надо было преодолеть свою природную скромность и самому вплотную заняться рекламой нашего отряда. Ведь в Питере к тому времени была масса газет и каких-то самодельных изданий – так что вполне можно было где-нибудь прорвать эту “информационную блокаду”. И оставшиеся в городе члены нашего комитета старались что-то предпринять в этом направлении, и даже с телевизионщиками пытались связаться – но, похоже, что они занимались этим делом слишком вяло, и особенно не преуспели.
Правда, один побывавший в питерском отряде боец, бывший полковник милиции и “афганец” Юрий Степанович Дроздов дал тогда интервью городскому еженедельнику – оно появилось там под названием “Восемь минут отводит ОМОН на захват парламента Литвы” (“Час пик”, N 18 за 1991 год). Там он довольно подробно рассказал про наш отряд добровольцев.
Хороший был дядька, вот он бы наверняка сумел навести в отряде порядок – так что очень жаль, что он пробыл у нас всего пять дней, с 18 до 23 марта. И еще жаль, что он то ли не сообразил дать контактные телефоны нашего комитета, то ли редакция их не пропустила. Ведь, по правде сказать, эта газета на самом деле была вполне чекистская – поскольку ее главным редактором была Наталья Чаплина, жена генерала КГБ Виктора Черкесова (он был потом полпредом президента Путина, а затем самым главным в России по наркотикам).
Так что, как мы видим, те городские газеты, которые находились тогда под контролем проамериканского клана КГБ, вовсе не были такими уж неприступными. А если бы эти газеты все же отказались нам помочь с объявлениями про наш отряд - то надо было хоть весь город обклеить листовками, но все же добиться своего! Ведь если о питерском отряде практически никто ничего не знал, то само его существование во многом тогда теряло смысл – поскольку на самом деле, разумеется, это была чисто пропагандистская акция, не имевшая абсолютно никакого военного значения.
Но как мы уже говорили, основная масса питерских демократов в первой половине 1991 года стояла как бы на позициях учения Ганди о непротивлении злу насилием – так что наш отряд добровольцев этой либеральной публике не нужен был тогда даже даром. Вот это и была основная трудность, которая помешала нам тогда как следует раскрутиться. Ну, так нам надо было с самого начала просто плюнуть на все демократические структуры Питера – и обращаться прямо к жителям города!
Еще такой вопрос здесь всплывает – а что же руководство “Саюдиса” и литовская демократическая пресса не стали тогда рекламировать питерский отряд? Ведь об украинском отряде в Литве в то время писали довольно много – и Тимоха в своем эсэсовском мундире попал и на обложки журналов, и на первые страницы газет. И даже Ландсбергис вспомнил потом этого славного воина в своих мемуарах. Может быть, нам тоже надо было вырядиться в немецкие мундиры власовской дивизии, чтобы нас все заметили? (Шутка)
Правда, в отличие от нас украинцы появились в парламенте Литвы в самый нужный момент, сразу же после кровавых январских событий в Вильнюсе, так что внимание всей мировой прессы им тогда было обеспечено. А наш питерский комитет слишком уж долго раскачивался - и первая партия добровольцев из Питера отправилась в Литву в такое время, когда напряженность в этой республике уже заметно снизилась. Но, на мой взгляд, это все же не главная причина полного равнодушия литовской демократической прессы к питерскому отряду. А скорее объяснение здесь заключается в том, что для дела борьбы за независимость Литвы шумная реклама отряда добровольцев, приехавших из России, была скорее вредна, чем полезна. Ведь логика здесь очень простая: в этой борьбе за выход Литвы из Советского Союза все же резко преобладали именно националистические мотивы, а демократические идеалы были только на втором месте. А литовский национализм в любом случае имел довольно сильную антироссийскую направленность – которую отряд российских защитников парламента Литвы мог в массовом сознании литовцев только подорвать. Ведь если не все русские люди оказывались полными мерзавцами и империалистами – то это вполне могло кого-нибудь из литовцев навести на такие ненужные мысли, что может быть им и не стоит так спешить полностью отделяться от России!