1990-95 гг. - депутат Верховного совета Армянской ССР, председатель постоянной комиссии по вопросам обороны и внутренних дел.

1990-92 гг. - командир добровольческих отрядов в Нагорном Карабахе.

1991-92 гг. - министр обороны Республики Армения.

1992-93 гг. - советник президента Республики Армения по вопросам обороны.

С 1993 года - председатель добровольческого союза “Еркрапа” (“Народное ополчение”).

1993-95 гг. - государственный министр Республики Армения по вопросам обороны, безопасности и внутренних дел.

1995-99 гг. - министр обороны Республики Армения.

С июня по октябрь 1999 - премьер-министр Республики Армения.

Погиб в результате террористического акта 27 октября 1999 года в парламенте Армении.

На наш взгляд, клановую принадлежность Вазгена Саркисяна можно однозначно определить по его позиции во время острого политического кризиса в начале 1998 года, когда он полностью поддержал “карабахский клан” в его борьбе против президента Тер-Петросяна. Вот сообщение на эту тему:

“3 февраля 1998 года Тер-Петросян подал в отставку с поста президента страны из-за давления силовиков, не принявших его пораженческую политику в переговорах по Карабаху. Премьер-министр Роберт Кочарян, министр обороны Вазген Саркисян и министр внутренних дел и национальной безопасности Серж Саргсян не поддержали предложенный Тер-Петросяном план по урегулированию карабахского конфликта, включавший демилитаризацию зоны конфликта и возвращение Азербайджану ряда населенных пунктов, “освобожденных” в ходе войны.”

(http://maxpark.com/community/2817/content/1916670

)

А на президентских выборах в марте 1998 года Вазген Саркисян поддержал кандидатуру Роберта Кочаряна – чем немало способствовал его победе.

Казалось бы, тут уже все предельно ясно: покойный Вазген Саркисян наверняка принадлежал к той же мафиозной группировке, что и “карабахский клан” – то есть к коржаковскому клану чекистской мафии. Но здесь имеется такое противоречие: если ознакомиться с многочисленными материалами о теракте 27 октября 1999 года, во время которого был застрелен премьер-министр Саркисян, то окажется, что большинство армянских аналитиков и журналистов твердо считает, будто бы главным организатором этого убийства был тогдашний президент Роберт Кочарян! Будто бы Кочаряну крайне не понравилось, что Вазген Саркисян после его назначения главой правительства стянул всю реальную власть на себя – а президент страны якобы стал тогда уже чисто номинальной фигурой…

Может быть это и правда, была тогда некая грызня за власть внутри правящей верхушки Армении – поскольку даже принадлежность к одному чекистскому клану далеко не всегда предотвращает такие внутренние конфликты. Но, насколько нам известно, до убийств крупных политических фигур в таких случаях дело практически никогда не доходит: поскольку обычно чекисты стараются уладить все разногласия внутри своих мафиозных группировок мирным путем. А тут было убито сразу 8 политиков – ведь кроме премьер-министра Саркисяна террористы тогда убили в парламенте спикера Карена Демирчяна, двоих его заместителей, одного министра и трех депутатов.

Причем главарь этой группы из пяти вооруженных террористов, захвативших заложников в парламенте, некий молодой журналист Наири Унанян, заявил потом на суде, что они тогда твердо намеревались убить одного лишь премьер-министра Саркисяна – а остальные их жертвы, мол, просто случайно им подвернулись под руку. И похоже на то, что это правда: поскольку очевидцы из числа захваченных заложников рассказывают, что Унанян неоднократно подходил к валявшемуся на полу трупу Саркисяна – и пинал его ногами. Тогда как на других убитых этот полусумасшедший террорист не обращал никакого внимания…

Нам попался в Сети очень интересный текст на тему об этом теракте 27 октября 1999 года, из которого мы приведем здесь некоторые фрагменты. Это интервью генерал-майора Эдуарда Симонянца, бывшего начальника госбезопасности Армении, которое он дал 24 февраля 2001 года.

“- Эдуард Григорьевич, начнем с самого преступления. Может оказаться так, что и сами преступники не знают своих заказчиков?

- Вполне, но нельзя исключать и того, что заказчики им известны.

- Тогда для первого случая надо предполагать, что были использованы необычайно продвинутые методики заказа преступления.

- Психика человека достаточно изучена. Настолько, что все эти методики существуют на уровне инструкций. И чем хуже положение страны, тем легче подобрать исполнителей. В тяжелой социально - экономической ситуации, когда многие полагают власти преступными, можно найти достаточное количество людей, готовых пострелять. Остается их выделить и подготовить. В принципе, любая личность с недостатками поддается внушению, но лучше иметь дело с той, которая по тем или иным причинам готова на преступление, и подвести ее к этому. (…)

- То есть преступник, получается, зомбирован?

- Скорее так: преступник убежден, что его террор благотворен, что это - единственная возможность спасти страну, реализовать себя как личность и т.д. Работа это трудоемкая, но настолько разработанная, что на сегодня представляет собой просто большой объем рутинных процедур, почти не требующих творческого подхода. А если еще и подобрать личность с соответствующими психо-физиологическими характеристиками, то успех гарантирован. (…)

- И все-таки не все понятно. Согласно классическим сценариям, киллеров после теракта принято убирать. И уж во всяком случае не давать им трибуну в виде скамьи подсудимых. За время после преступления и до суда преступники, не испытывая психического давления со стороны неявного заказчика, многое могут осознать, о многом догадаться и объявить своего заказчика. Или свои подозрения.

- Сам преступник, как мы уже сказали, может не знать своего заказчика. А если разработка его велась грамотно, без больших проколов, то и не должен знать. (…)

Что же касается трибуны - преступление с самого начала могло быть запланировано именно таким образом, и суд в нем может изначально являться одним из действий теракта. Если вы заметили, преступники не сломлены, обычного чувства вины, свойственного даже матерым душегубам, они не испытывают. Преступление их алогично, они расстреляли и представителей старой власти, которая, по их же убеждениям, строила, а не разрушала. Установка на теракт для них превыше логики.

- И это следствие манипулирования их психикой?

- Это следствие определенной работы. А манипулирования психикой или нет - позвольте мне остаться в рамках корпоративной этики.”

(http://www.agentura.ru/text/press/opponent/simon.txt

)

Как все это легко проделать, оказывается! Надо только подыскать нескольких идиотов с подходящими “психо-физиологическими характеристиками”, которым можно легко внушить все, что угодно - и затем как следует поработать с ними согласно секретным чекистским методикам. А потом дать им в руки автоматы – и, пожалуйста, группа террористов готова! И вот они уже врываются в зал заседаний парламента – и с истошными воплями (“хватит пить народную кровь!”), открывают пальбу по всем, кто сидит в президиуме…

И судя по всему, они совершенно не знали, что им делать потом. Видимо, этих террористов убедили, что все уже подготовлено: так что сразу же после захвата парламента начнется вооруженное восстание – и вслед за ними весь народ поднимется на борьбу с тиранией! А когда эти молодчики вскоре поняли, что ничего такого не будет, то они тогда совсем растерялись – и после недолгих переговоров сдались властям. Правда, предварительно им по их требованию дали выступить с заявлением по телевидению, но ничего особенно примечательного террористы там не сказали. Так, был какой-то детский лепет, попытка оправдать свои действия…

И к слову сказать, похоже на то, что эти столь ценные для спецслужб “психо-физиологические характеристики” вроде бы передаются по наследству – поскольку в группе этих напавших на парламент шизанутых террористов были родные брат и дядя их главаря Наири Унаняна.