“Летом 1883 года Судейкин окончательно доверился Дегаеву и начал всерьез обсуждать с ним план генерального наступления на верховную власть. Он хотел подать в отставку, после чего с помощью своего протеже устроить несколько покушений на первых лиц империи. Судя по всему, он предполагал начать с графа Толстого, которого не любил и почитал виновником своей не совсем удавшейся карьеры. Следующей жертвой должен был стать младший брат императора великий князь Владимир.” (http://www.sovsekretno.ru/magazines/article/2340

)

Насчет своей предполагаемой отставки, это жандармский подполковник, скорее всего, только вешал лапшу на уши своему стукачу. Судейкин отличался просто невероятной лживостью и чего он только не наплел тогда арестованным революционерам, которых он всех поголовно пытался завербовать - мы лучше не будем здесь всего пересказывать подробно. Дескать, он сам социалист в душе и только и мечтает о том, как бы свергнуть самодержавие – и т.д., и т.п. Так что мы здесь имеем полное право посмертно присвоить подполковнику Судейкину это почетное звание - первый настоящий чекист России! А правдивой здесь, скорее всего, была только одна информация: Судейкин предполагал руками террористов из “Народной воли” убрать своего начальника, министра внутренних дел Толстого. Мотивация для такого нестандартного (мягко выражаясь) хода у нашего “первого чекиста” имелась вполне убедительная: граф Толстой действительно перекрыл Судейкину все пути для дальнейшего роста карьеры. Сложилась такая парадоксальная ситуация, когда подполковник Судейкин сумел стать реальным руководителем всей службы госбезопасности страны и получил самые широкие полномочия для борьбы с революционным подпольем – и с января 1883 года он занимал специально для него придуманную должность “инспектор секретной полиции”. Но при всем при этом ему не то что генеральского звания не присваивают, но даже и в полковники никак не дают пролезть! И что толку, что Судейкину удалось с начала 1883 года арестовать больше ста подпольщиков, включая Веру Фигнер, последнего члена Исполнительного комитета “Народной воли” (не считая некоторых уцелевших эмигрантов) – ведь никакой настоящей награды за это ему так и не досталось. По той простой причине, что обо всех операциях госбезопасности императору Александру Ш лично докладывал только один человек, министр внутренних дел Толстой, которому тогда подчинялась охранка – и естественно, этот царедворец подавал все успехи жандармов, как свое собственное достижение. Поэтому император тогда практически ничего не знал обо всей этой бурной деятельности Георгия Судейкина, какого-то там подполковника с совершенно плебейской фамилией. Тот сам был виноват: если хочешь быть представленным ко двору, так надо было для этого родиться в какой-нибудь приличной аристократической семье…

Судейкин тогда изо всех сил пытался попасть на прием к царю – но он тут наткнулся просто на каменную стену в лице министра Толстого. Граф Толстой слишком хорошо понимал, чем может закончиться такое свидание в царском дворце: ведь Судейкин запросто сумеет стать главным фаворитом императора Александра III, если ему предоставить хоть малейшую зацепку. Так что у подполковника Судейкина действительно, был тогда повод хорошенько задуматься: а стоит ли ему добивать до конца партию “Народная воля”?! Ведь в результате министру Толстому повесят на шею очередной орден, а ему останется утешаться только чувством выполненного служебного долга…

Вот поэтому Cудейкин первым делом, как только он фактически возглавил “Народную волю”, то сразу же прекратил все массовые аресты – а народовольцам через своего стукача Дегаева приказал временно приостановить террористическую деятельность. “Мочить” они теперь должны были только того, на кого укажет подполковник Судейкин – а ведь министра внутренних дел завалить тогда было не так-то просто, эту операцию нужно было еще хорошенько обдумать и подготовить. Правда, Судейкин не имел никакой возможности как-то повлиять на назначение нового министра – но вдруг тот окажется не таким твердокаменным, как граф Толстой, тогда можно будет этого деятеля как-нибудь уломать и все же попасть на доклад к царю. Да и кого бы не поставили министром вместо Толстого – ведь новый сановник пока еще разберется во всех делах охранки и раскусит, что собой представляет Судейкин, все у него будет шанс как-нибудь проскользнуть в царский дворец, тем более в поднявшейся суматохе после громкого теракта! Притом у жандармского подполковника могло быть еще и такое, очень здравое рассуждение: что толку арестовывать остатки “Народной воли”, когда высшее начальство считает эту организацию полностью выдохшейся и уже бессильной – это ведь никто не оценит. И совсем другое дело, если народовольцы опять покажут свои зубы и сумеют грохнуть какую-нибудь очень важную особу – ведь тогда на арест этих террористов посмотрят совсем другими глазами…

Гигантские планы были у нашего чекиста, конечно, только кончилось все это для него очень скверно – погубило его тогда головокружение от успехов, так сказать. Судейкину было мало того, что он уже полностью контролировал все революционное подполье страны – ему теперь захотелось добраться и до тех народовольцев, которые спасались от ареста в эмиграции. А то вдруг в Россию внезапно приедет какой-нибудь эмиссар от революционеров-эмигрантов – и сумеет разобраться в том, что творится с партией “Народная воля”… Особенно подполковника Судейкина беспокоил член Исполнительного комитета этой организации Лев Тихомиров, который проживал тогда в Швейцарии. Поэтому в мае 1883 года Судейкин послал к Тихомирову своего агента Дегаева, с заданием каким-то образом выманить этого последнего вождя народовольцев из его безопасного швейцарского убежища в Германию (а там бы его немцы арестовали и выдали в Россию). Вот это и было роковой ошибкой жандарма: ему надо было держать Дегаева на коротком поводке – и ни на минуту не оставлять без присмотра. Дело в том, что хотя Сергей Дегаев и был безвольной тряпкой по своему характеру, но дураком-то он вовсе не был! Надо полагать, Дегаев давно уже догадался, что как бы не повернулся дальнейший ход событий – но лично ему в этих кровавых и грязных жандармских играх все равно никак уже не уцелеть: Судейкин его использует в своих целях – а потом уничтожит. И никаких иллюзий на этот счет у Дегаева уже просто не могло оставаться. Такой яркий пример для подтверждения: у подполковника Судейкина был некий тайный агент, который ему стал уже не нужен – поскольку всех своих знакомых революционеров он уже выдал, а найти новые жертвы был теперь не в состоянии, так как попал под подозрение. И тогда у Судейкина родилась идея, как можно с пользой для дела использовать этого стукача: он предложил Дегаеву разоблачить его перед подпольщиками – и ликвидировать! Ведь не может же революционная организация простаивать совсем без дела – а Дегаев таким способом немного поднимет свой авторитет перед террористами. Были у подполковника Судейкина и другие оригинальные идеи примерно такого же рода, но мы лучше не будем все здесь подробно пересказывать, а вот статья по этой теме для тех, кто этим заинтересуется: http://narovol.narod.ru/sudeik.htm

Короче говоря, приехав в Швейцарию, Сергей Дегаев тут же покаялся во всех грехах Льву Тихомирову – и выложил перед ним все подробности своих приключений на службе у охранки. Дегаев тогда сильно рисковал, революционеры вполне могли его тут же и пристрелить без лишних слов – но все равно риск здесь был явно меньше, чем продолжать свою верную службу этому настоящему монстру из преисподней, нашему “первому чекисту” Судейкину.

Тихомиров тогда согласился помиловать Дегаева за все им содеянное – но только при одном непременном условии: тот должен был вернуться в Россию и собственноручно прикончить подполковника Судейкина. Так и было сделано, вот цитата из вышеуказанной ссылки:

П.А. Валуев, МВД, из дневника, 19 декабря 1883 г.: “Третьего дня убит известный Судейкин, главный заправитель государственной тайной полиции. Его заманил на одну из занимаемых им квартир живший в этой квартире его же агент (Дегаев), которого предательство, вероятно, было подмечено террористами, и они представили на выбор — погибнуть или выдать. …Ген[ерал, товарищ министра внутренних дел П.В.] Оржевский все предоставил Судейкину, и с ним пропадают все нити, бывшие в его руках.”