Сообща перебросили это палево в прошлое, затем — глубокой ночью (с воскресенья на понедельник это — «там» было), на грузовиках — на всех что есть, перевезли в Фюрербункер…

С начала июля «поток» хабара несколько иссяк, зато начался всё возрастающий человеческий поток. Часовой мини-завод из Чистополя, со всеми своими причиндалами, ещё с прошлой осени был — даже, не «здесь», а «там» — в прошлом, то есть и, теперь начал прибывать его персонал…

— Договаривались же об пяти специалистах! — слегка попенял я Ушлому — «директору» этого «проекта», когда они все собрались, — ну, ладно — об восьми… Вы же притащили с собой двенадцать!

— Все как один, мне нужные! Все — узкие специалисты, в какой-нибудь одной — критически важной отрасли! — отбивался, приводя убедительные аргументы, Ушлый, — Вы же заказывали часовой мини-завод полного цикла? То, есть — буквально всё, нам самим придётся делать?! Так, какие тогда претензии?!

Ушлый подбежал к «строю» своих сотрудников и вытащил из него потрёпанного жизнью очкарика в летах:

— Вот, этот оптик! Что мы без специального стекла будем делать?! — потом выдернул рядом стоящего сутулого мужичка, — Вы научите ваших северокорейских крестьян варить специальное стекло? А, этот металлург…

— Понял, понял!!! — остановил я Ушлого, — хорошо, пусть будет двенадцать «узких» специалистов… Металлург, говорите? Точно металлург?!

Сутулый металлург растерянно переводил взгляд то на меня, то на Ушлого — сам не мыча и не телясь при этом…

— Точно, точно! — подтвердил за того Ушлый, — да, ещё какой металлург! По специальным сплавам. Раньше — перед нами, на оборонке работал…

Берём, берём!!!

— Что ж, Вы сразу не сказали! …Ладно. Но, тогда за жилищные условия не обессудьте! Пока… Не рассчитывал я на такую толпу. Кто хочет — снимите жильё в городе. Это не дорого.

— А, когда отправка? — спросил кто-то из «узких специалистов».

— «Отправка» месяца через три… Обстоятельства несколько поменялись: наши дипломаты опять щёлкнули хлебалом…

Столько народу — пока «непосвященного», я переправлять в прошлое не собирался. Что это за люди и, чего от них ожидать можно я не знал и узнавать это, уже нет времени. Когда, они хором начнут «там» «петь» — откуда заявились и, просвещать предков насчёт грядущего, тамошние власти могут призадуматься и, история после этого может выкинуть какой-нибудь нежелательный для меня и всего прогрессивного человечества, непредсказуемый фортель… Пускай поживут пока у меня, «окончательно перейдём» все вместе.

— А, аванс будет? — спросил другой «узкий».

— «А, аванс» будет! — обрадовал я его, — по двадцать тысяч рублями на каждый нос — это командировочные вам на руки и, по штуке баксов перечислением на счёт родственникам. Как договаривались, в общем… Пойдёт?

Толка «узких» громкими возгласами выразила своё согласие и одобрение…

Заявился, не запылился Женька Мозгаклюй из Новосибирска…

— Женька! Ты чё, так долго летел?! — некоторые мои дела без него, решительно не желали никак делаться…, — и, чё на звонки не отвечаешь?!

— Ага…, — Женька явно был сильно измождён и потрёпан долгой дорогой и дорожными похождениями, — если бы летел… Или, хотя бы по человечески ехал на поезде. А то, добирался на перекладных — автостопом! Как плечевая[141] какая…

— А, чё так печально?! — впрочем, я уже догадался…

— Вражине дали реальный срок… Пятерик, прикинь!

— И, ты…

— Да! И, я организовал ему побег — прямо из зала суда! — даже, сквозь двухнедельную усталость и трёхдневную щетину из Женьки выпирало его обычное самодовольство, — за новостями не следишь, что ли? Самый дерзкий побег этого века! Пока самый дерзкий — век то, ещё не кончился… Наоборот, только начался! Может и, будет ещё какой — более дерзкий побег, но ребятам придётся для этого очень постараться…

— …Ты, чё??? Ваще?!

— А, что было делать?!

— Головой надо было думать! — ну, это полный улёт!

— Тебе надо, не мне! — отбивался Мозгклюй, — тебе Вражина понадобился! А я уже заипался всех искать! Где я такого ещё найду?!

— …Ладно, успокойся, — как говорится — сам напросился…, — ну и, где этот патологический борец за справедливость?

— Пока спит в дубовой роще возле Замка… Помылся в пруду и теперь отдыхает-отсыпается. Пробирались же степью — ночью мимо твоего долбанного блок-поста…

— Хахаха!!! Ладно, сними квартиру где-нибудь в городе для него…

Надо будет для стоящих на «Блок-посту» ментов приборы ночного видения, не забыть, купить…

— Не пойдёт! Его рожу вся страна в лицо знает — кто телевизор смотрит. Запоминающаяся, кстати, рожа… Очень запоминающаяся! Кто видел хоть раз — никогда не забудет. Здесь — большинство населения пенсионеры, а они от «ящика» не отрываются!

— А твою рожу, в лицо не узнают? Как сообщника? — хотя, сам знаю: Женька из таких ситуаций всегда вывернется, — у тебя, тоже рожа — я ипу!

— Не узнают! Я так всё провернул, что меня никто и, не запомнил… А перед камерами я не рисовался!

— Хорошо… Тащи Вражину в Замок, скажи миссис Адамс, чтоб пристроила где… Потом покушайте, помойтесь в бане — чтоб от вас прудовыми карасями не воняло, побрейтесь, отдохните и, оба ко мне. Посмотрим, что там за Вражина такой и, что у него с лицом…

Попозже, посовещавшись, мы с Женькой решили пока Вражину «туда» не перебрасывать.

— Не предсказуемый до конца, даже — для меня, тип! — бессильно развёл руками Мозгаклюй, — пока пускай здесь, с нами — под присмотром побудет… В самый последний момент вместе с ним перейдём — чтоб постоянно под контролем был.

За всеми этими делами, как-то совсем забыл про своего племянника — про Данилу и, тот сам про себя напомнил, явившись как-то раз — в первой половине июля, прямо пред мои светлые очи:

— Все наши в Египет собираются…, — глядя куда-то в сторону, обрадовал он меня.

Как я узнал из отечественных «СМИ» — в их электронной форме, его достопочтенная мамаша — Чёрная Вдова, выждав положенный срок, сочеталась законным браком со своим египетско-поданным «бой-френдом» Абдуллой… Или, как там его? Была грандиозная свадьба, со скандальным оттенком — на которую меня, сцуко, не пригласили. Я ещё обрадовался — не оттого, что меня не пригласили, а оттого что надеялся, что за этой свадебной кутерьмой, дело с судебным процессом несколько затянется… Зря, кстати, обрадовался. По ходу, своих адвокатов Чёрная Вдова тоже на свадьбу пригласить забыла! Так что, те пахали без выходных, даже! Слава Богу, мой Юрист своё дело более-менее знал и, меня в Москву выдёргивали не слишком часто…

— Очень интересная фигня… Ты помнишь, что я тебе говорил? Тот наш разговор помнишь? — как бы ещё не подумал, что я Нострадамус какой!

— Помню… Хорошо помню!

— И, что?!

— Ну, не могу я! Мать она мне, всё же…

Понятно… Это для меня эта кобра — Чёрная Вдова. А для Данилы это — МАМА! Я тоже, помнится, против своей покойной мамы не особенно варежку открывал. Правда, моя характером помягче была…

— …И, чё делать будем? — действительно, чё? Вот, же проблема! — ну, заболей, что ли! …Не можешь? Давай я попрошу кого, чтоб тебе ногу сломали!

Данила одарил меня очень нехорошим взглядом… Сдаётся мне, у этого парня мамашин характер!

— Понимаю! Этот путь — путь слабака, а ты себя слабаком не считаешь… Делать то, что будем?!

— Этот… Как, его? …«Абдулла», с вами летит? — спросил присутствующий при разговоре Спец, — на одном самолёте?

— Абухайльр…

— Да, на…рать! Он с вами на ОДНОМ самолёте летит?

— Да, на одном… С нами. Билеты я своими глазами видел…

— Значит, самолёт взрывать не будут…, — размышлял вслух Спец, а у Данилы — от его размышлений, специфически расширялись глаза, — может, на обратном пути? Обратно вы, тоже — все вместе полетите или Абдулла планирует задержаться?

141

Проститутка у шоферов-дальнобойщиков.