Старичок-профессор, прозванный мною Пропан Бутанович — за то, что названия этих химических соединений у него изо рта так и сыпались, сначала поведал нам очень интересную историю:

— …Где-то в семидесятых, советское руководство озаботилось одной проблемой: случись большая война, противник в первую очередь будет изо всех сил лупить по предприятиям по переработке нефти. Так ведь, да?! Логично?

— Абсолютно верно! Если противник не полный идиот, конечно…

— Среди наших противников идиотов — с течением времени, всё меньше и меньше остаётся…

— Это точно! Всех тупых мы уже победили, остались только одни очень умные.

— Вы хотите сказать: начинать гасить надо было, начиная с самых умных? — профессор оказался не лишённым чувства юмора, — …для этого нам самим — в один прекрасный момент, надо было стать хоть чуточку умнее!

— Вот, это — точно!

— Однако, вернёмся к интересующей Вас теме… Лупить, значит будут по нефтеперегонным заводам, а у нас — как на грех, их не очень то и, много! Хотя они — заводы эти и, очень мощные — крупные, то есть. Хорошая мишень — одним словом! Естественно, накопили приличный запас ГСМ в стратегическом резерве — который в девяностые разворовали… Помните, скандал был?

— Припоминаю что-то…

— В то время, так всего много разворовали, что и не упомнишь! — махнул рукой Пропан Бутанович, типа — «не напрягайся», — да и, надолго всё равно не напасёшься!

— К тому же и, по «запасам» лупануть могут — не дураки же!

— Абсолютно верно! Так вот, кое-кто в советском руководстве, осознав сие печальное обстоятельство, дал приказ разработать передвижной мини-нефтеперерабатывающий завод — в железнодорожных вагонах или на нескольких автомобильных трейлерах. Причём, завод, способный превращать в горючее и масла любые нефтесодержащие вещества — вплоть до дорожного битума или, вообще — из самого старого асфальта…

— «Старого дорожного асфальта»?!

— Ну, да! После ядерной войны, возможно только он и, останется…

— Ладно, понятно…, — и, так дороги ни к чёрту — без всякой ядерной войны, а они ещё решили во время оной дорожное полотно сдирать, — ну и, как? Получилось?

— Насчёт «старого асфальта», — профессор с сожалением развёл руками, — это, конечно, наше руководство несколько погорячилось… Ну, а так — в целом, результат очень впечатляющий вышел! Был создан опытный образец передвижного нефтеперерабатывающего завод — на железнодорожном ходу, он прошёл все положённые испытания…

— Ну, и?

— А, потом руководство внезапно потеряло интерес к этой теме! Ну, просто необъяснимо и для ума непостижимо! Столько народных денег зря вбухали…

Где-то читал, что со смертью маршал Устинова, советское руководство «потеряло интерес» ко многим темам.

— И, какова дальнейшая судьба этого «опытного образца»?

— Долго простоял он на «дальнем полустаночке», пока не разобрали в девяностые на металлолом. …Но! На его основе — в те же «лихие девяностые», группа учённых нашего «НИИ», (я в то время уже там не работал) разработали нефтеперерабатывающий мини-завод, ныне выпускающийся одной пермской фирмой.

Ну, это я уже знаю…

— Кем Вы были в этом проекте? — с этим у Джойстика несколько туманно вышло — информация до сих пор засекреченная…

— Я руководил научной частью — теорией, чтоб Вам было ясно.

Ага! Я посмотрел на Мозгаклюя — типа, «будем брать»! Самого Пропана Бутановича «брать» не будем — куда его! Лет за восемьдесят уже — старше нашего Ильича. А вот информацию от него возьмём! Для этого у нас есть микрофон и видеокамера скрытого ношения и применения…

…Мы с Женькой несколько раз приходили к профессору и беседовали по три-четыре часа — дольше родственники его не позволяли. Получили, практически всё — нас интересующее. Причём — даром, что немаловажно. Кроме того, узнав как из информации, найденной Джойстиком, так и от самого Пропана Бутановича — про тех, кто участвовал с ним в этом проекте, нашли и очень подробно опросили и тех… Из тех, кто не уехал куда-нибудь очень далеко или не умер, конечно.

В общем, что касается «сухой» теории — то, мы узнали максимально много. Да, только вот, ни я ни — тем более Мозгаклюй, этой информацией сами воспользоваться не в состоянии! Ибо, оба ни в зуб ногой! Нужен химик. Ладно, на «конгресс попаданцев-прогрессоров» должно три химика-органика приехать — выберем из них кого одного… А можно и, всех трёх!

…В Пермь мы поехали, чтоб кроме теории узнать побольше практики, то есть: технологию изготовления этих самых мини-заводов и технологию их эксплуатации. Тут тоже — не менее интересно и полезно провели время. Джойстик «залез» в отдел кадров той фирмы и «достал» оттуда очень длинный список, по которому было опрошено очень много народу — технарей, в основном. До уборщиц, конечно не опустились — чисто по недостатку времени, зато побеседовали с рабочими, инженерами — как с ныне работающими на этой фирме, так и уволившихся или уволенными… Как я и, предвидел — уволенные за что-либо (в основном за «синьку»), дали наиболее исчерпывающую информацию, зачастую даже — вполне добровольно, без воздействия моих денег или всяких мозгаклюевских «штучек-дрючек».

Узнав, где фирма — производящая мини-нефтеперерабатывающие заводы, заказывает комплектующие, мы заказали их сами — на десять комплектов. С комплектующими, производящимися на самой фирме, мы поступили иначе: узнав список предприятий уже ранее купивших и эксплуатирующих данные мини-заводы, покатались по ним, поговорили с нужными людьми и, за небольшое вознаграждение, те заказали у фирмы кое-какие «лишние» запчасти. «Запчасти», естественно, тут же «уехали» в Солнечногорск… Покупали, естественно, только самые сложные и крупные детали и узлы. С теми, которые мы смогли бы сделать сами или заказать «там», не заморачивались.

Очень помог, конечно, Женька Мозгаклюй и экономический кризис, с ним на пару — за любой заказ, чуть ли не дрались! И, лишние вопросы при этом старались не задавать…

На этом нефтеперегонном мини-заводике была очень сложная автоматика, базирующаяся на современной электронике… В принципе — без проблем! Куплю и переброшу в прошлое столько, сколько надо — по весу и габаритам не напрягает. …Ну, хорошо, а дальше что? Электроника всё одно — рано или поздно, накроется лохматым тазом, а другую уже взять будет неоткуда. Да к тому же, если у меня дела «там» пойдут — то, очень скоро мне этих десяти мини-заводов будет мало!

Что делать? Ну, в принципе, можно развивать «там» современную электронику… Мля, шутник… Это, ж скока времени уйдёт?! …Интересно, а на электронных лампах можно подобную электронику замутить? …А, хрен его знает?!

Поэтому у каждого инженера или рабочего — мною, на пару с Мозгоклюем опрашиваемого-допрашиваемого, я допытывался:

— Слишком сложная электроника! Нельзя ли, как-нибудь попроще — в стиле стимпанка[138]?

Абсолютное большинство озабоченно на меня посматривало, мысленно крутя пальцем у виска и, выдавало категоричное «нет». Абсолютное меньшинство пыталось мне что-то аргументировано объяснять, прежде чем выдать всё то, же — категоричное «нет»…

И, только один, криво усмехаясь, дыша мне в лицо сивушно-луковым выхлопом, ответил:

— А я им, тупням, давно говорил… А, они! Блин… Привыкли, чуть что — электронику им подавай! Во всякую фуйню, свой фуев чип, зафуячить норовят…

Этот мутный тип, при первой встрече — чем-то неуловимым, напомнил мне Громосеку — поэтому, я прозвал его на несколько африканский манер — «Намба Ту». За этим клиентом мы долго гонялись: одни из опрошенных называли его чудиком, другие — гением, все как один называли его алкашом конченным, но — что характерно, никто не называл идиотом или лентяем! Я обратил на него внимание, из-за кое-каких подробностей его трудовой биографии: вообще-то, эта самая частная фирма славилась своими жёсткими порядками… Даже, уволившихся по собственному желанию, обратно на работу не принимали! Типа, предателей не берём… А, что тогда говорить про уволенных за какой-либо «косяк»?! Тех, даже на порог отдела кадров не пускали!

138

Стимпа́нк — направление научной фантастики, моделирующее цивилизацию, в совершенстве освоившую механику и технологии паровых машин.