— Ну, всё же лучше, чем было…, — резюмировал Боня, почесав затылок, — пожалуй, коров можно поить здесь, а лошадей — хошь, не хошь, а придётся гонять на Болота.

Ещё я заметил, что на Холме — на месте слива воды, то густо, то пусто… То, есть — то очередь сливать воду, порою до десятка единиц транспорта скапливалось, то — никого нет.

Выяснил, в чём дело: шофера — это пока ещё мальчишки, а мальчишкам, естественно, хочется пообщаться… Как и, девчонкам, впрочем… Вот и, собирались они на заборе воды в палатке — языки почесать. Потом толпой ломились на вершину… Такая же фигня и, с гужевыми повозками — хотя возницами на них были взрослые, а иногда и, уж слишком взрослые мужики из «БАМа»…

Пришлось и, здесь наводить порядок — без меня он никак не наводился! Была создана диспетчерская служба… Примитивная, конечно. Но, дело сразу же наладилось — да так наладилось, что позже появилась возможность добрую половину гужевого транспорта освободить от возки воды и использовать на других работах.

…В конце моего недельного пребывания в Приболотном Посёлке, с утра на персональной «Хренни» приехал Генша:

— Шеф, может к нам — в лагерь «Спецназа», на денёк заскочишь?

Блин, столько дел ещё… Наверное, придётся в следующий раз.

— Как там Линь поживает? Не обижают его наши «отморозки»?

— Да нет, что ты Шеф!? Полный консенсус! Кстати, на рыбалку тебя звал…

А с другой стороны, а почему бы и, не «заскочить»?!

— Иван Николаевич, — обратился я к Бугру, — ты с нами, али как? Или уверен, что там к тебе никаких претензий не будет?

— Да, был я там две недели назад… Кажись, всё в порядке. Ладно, съезжу за компанию! Кстати, баньку там костромичи забацали… Отпад!

Посовещавшись, мы тронулись в путь — в место схождения Пустоши, Болот и Приреченских Земель, где располагалась база бригады «Спецназ»… Бугор вёл геншину «Хренни», сам Генша ехал в моей пассажиром, по дороге вводя меня в курс дела — для экономии времени.

В этом месте Пустоши я, ещё ни разу не был. В отличии от других пограничных участков, где переход от Пустоши происходил резко, здесь он происходил плавно и постепенно: по дороге стали попадаться невысокие холмики, дохлые кустики, затем — отдельные чахлые кривые деревца… Чем дальше, тем холмики становились выше и круче, между которыми дороге и, нам вместе с ней приходилось вилять. Кустики стали выше и зеленее, соединяясь в заросли, подросшие деревья стали объединяться в группки, затем в рощицы…

За очередным поворотом мы нагнали пешую колонну: семеро подростков, обнажённых по пояс, в лаптях и соломенных шляпах, бежали строем и, причём… В ногу! Возглавлял колонну знакомый мне невысокий жилистый парень, из тех отставных унтер-офицеров царской армии — которых Пацан и Спец отобрали и завербовали в Нижнем Новгороде с помощью Мозгаклюя. Замыкал — лично сам Пацан на велосипеде.

Увидев нас, Пацан остановился, спрыгнул с велосипеда и заорал:

— Ааа-ррр-тель! СТОЙ!!!

Бежавший первым унтер продублировал его команду и, колонна встала как вкопанная…

— Нааа-ллле-вооо! Ра-ввв-нняйсь! Сми-ррр-на!!!

Ни, хрена вымуштровал! И за такое короткое время… Мои сержанты, из образцово-показательной советской учебки, пилотки бы свои от зависти слопали, б!

Пацан, практически не хромая, чётким строевым шагом подошёл к нам и, глядя на меня, громко отрапортовал:

— Товарищ …! Третья артель бригады «Спецназ» занимается физической подготовкой!

Я, конечно, при…уел… Но, не растерялся:

— Здравствуйте, товарищи!

А голосок у меня был ещё тот… Ну, в курсе, да?! Третья артель не задержалось с ответом:

— Здрав… желаем, тов…….! — ну, несколько вразнобой, конечно.

— Молодцы, товарищи!

— Урррраааа!!!

Не, в натуре — молодцы!

— Разрешите продолжить занятия, тов …? — обратился Пацан.

— Разрешаю!

— Артель, слушай мою команду… На-п-ррра-ввво! Бегом… Ма-рррш! Раз-два! Раз-два!!!

— Впечатляет! — поделился я, уже на ходу, своими впечатлениями с Геншей.

— Стараемся…, — пожал плечами тот, типа — ничего особенного.

— Почему «артель»? Чтоб никто не догадался?

— Абсолютно верно, Шеф! Назови мы «отделением» — любой допетрит, кого мы здесь готовим. А так — «артели», «бригады»… Охотников готовим для промысловой бригады — чего тут не понятного?! Также и, обращение «товарищ» — в «артели» оно никого не удивит…

— И, по той же причины на них не камуфляж, как я ожидал, а «афганки» мышиного цвета?

— Тут ты пальцем в небо попал, Шеф! Про защитный цвет военной униформы, в это время ещё, даже и, не задумываются! Просто, «камуфляж» маскирует хорошо только в определенной среде, а серый цвет, мышиный, или «фельдграу[60]» — всегда! Хотя и, несколько посредственно, конечно.

— …Немножко, не въезжаю…

Генша призадумался, как попроще объяснить:

— «Камуфляж» хорошо видно на снегу, хотя в лесу он просто великолепно маскирует… Так?

— Так…

— А белый маскхалат хорошо видно в лесу, хотя на снегу он просто незаметен… Так?

— Ну, если маскхалат чистый, то так…

— А «фельдграу» маскирует и, там и там — но, не так хорошо, как «камуфляж» в лесу или белоснежно-белый цвет на снегу!

— Ааа! Теперь понял!

Всегда говорил, что немцы не дураки… Были.

— Ну, а для более тщательной маскировки будут применяться специальные виды экипировки, одеваемые поверх «фельдграу» — проблем нет!

Ну, молодцы!

— …И, как часто они так у вас бегают?

— Да, не слишком то часто… Пока. Каждое утро — кроме выходных, конечно, по три километра… Ну и, среди недели каждая артель раз в три дня по шесть кэмэ после обеда. Как эти сегодня. Износ лаптей, конечно, повышенный…

— А почему в лаптях? Лапотный спецназ, какой-то получается… Кирзачи ж, вроде выдавал?!

— Им так сподручней… Сами попросили. Мы подумали, подумали… А, что? Дёшево и удобно. В лаптях они и, прочими делами занимаются. Позже перейдём на специальные виды обуви, опять же — проблем нет, Шеф! А кирзовые сапоги — это вроде парадной обуви…

— Какими такими «прочими делами»?

— Распорядок дня такой: одно отделение занимается физподготовкой, другое учится, третье — в карауле и на хозработах.

— Прекрасно! Чему учите?

— А чему их можно учить, если они поголовно неграмотные? Даже, ваши занятия в Замке пропускали, балбесы…

— А кто учит?

— Ну, мы по очереди… По вашим учебникам. Ещё, хорошо, что унтеров грамотных набрали — очень хорошо нам помогают с образованием. Не хотели учиться у Екатерины Ивановны — будут учиться у Гаврилы Потаповича! — и, Генша злорадно заржал…

Насколько я помню, упомянутый Гаврила Потапович — одни из четырёх нанятых нами отставных царских унтеров, наиболее зверский с виду… Действительно — только от одного на него взгляда, желание шутить куда-то исчезает! Признаюсь, даже у меня. Как ни странно, Мозгаклюй характеризуя Гаврилу Потаповича, сказал что он любит детей… Наверное, забыл добавить слово «кушать».

— Он, кстати у нас старший артельный…, — продолжил знакомить меня с внутренним устройством «Спецназа» Генша, — ну, типа замкомвзвода. Ну и, по совместительству за старшину…

— Понятно… Ну, хорошо, что хоть здесь всё в порядке! — несколько расслабился я.

— Да, хорошо стартовали! — согласился со мной Генши.

— Ко мне никаких просьб, что ли?

— Как это «никаких»? Да, полно просьб!

Ну, начинается…

— Ну, давай — бомби!

— Хотелось бы учебники…

— А те, что выдал, где? Скурили ваши воспитанники?

— Хахаха! Откуда знаете? …Да, были такие попытки! Но, дело не в этом… Нам бы специализированные учебники! Помните советскую «Книгу будущих командиров[61]»?

— Ну, ещё бы не помнить! Сам когда-то зачитал до дыр.

— Вот, такую нам и, надо!

А «таких», то было до едреней Фени! Особенно, при товарище Сталине. Помню по библиотеке своего собственного дедушки, Царство ему Небесное… Надо срочно подсуетиться и достать! Можно привлечь Кису, чтоб быстрее — кто поможет в этом деле, как не знакомый букинист? На крайняк, поменяю одни старинные книги на другие — проблем, по-моему, не будет.

60

«Полевой серый» (нем.) — цвет немецкого обмундирования обоих мировых войн.

61

А. Митяев «Книга будущих командиров». Издание 1974 года.