«Глядел в глаза твои лучистые…»

Глядел в глаза твои лучистые, Я, не щадя себя,                        глядел. Передо мною небо чистое И высоты моей предел. Ты, улыбаясь,                    снисходила С вершины юности своей. Меня ты светом озарила И стала верою моей. А я обрел в себе поэта: Поверил снова в чудеса… И за окном Не стужа —                 лето, И зелено цветут леса.

«Не сотвори себе кумира…»

«Не сотвори себе кумира…» — Ты исподволь внушала мне. И что ж? Моя замолкла лира, Висит доскою на стене. «Не сотвори себе кумира…» Какие тяжкие слова! В моей душе сквозно и сиро, Клонится долу голова. «Не сотвори себе кумира…» Мне стиснуть зубы и молчать. Я без тебя — Изгой у мира: Ни петь,           ни думать,                          ни кричать.

ПРОЩАНИЕ

Ушла любимая, Ушла,       не обернулась, Меня как будто не было и нет. Калитка ветхая о тишину боднулась, Всплакнула жалобно ей вслед. Гляжу растерянно,                            печально,                                          оробело Вдоль тихой улицы,                              пустынной и прямой. Дома молчат, Домам какое дело, Что вечер близится                              и нет тебя со мной? Стою,        чего-то жду — Вот-вот должно случиться: Ударит гром,                   обрушит окоем… Вдруг слышу: Надо мной затенькала синица, Затенькала о чем-то о своем. И солнце к вечеру                            ничуть не помрачнело, Нырнуло в озеро бедовой головой. Листва осенняя Слегка залиловела, Зашелестела грустно надо мной. Стою,       молчу                и лишь теперь поверил: Синица,           солнышко Мне посланы судьбой… И сердце             возвращается к апрелю, В луга весенние, Где встретились с тобой.

ОСЕННИЙ ВЕТЕР

Срывает листья осенний ветер, Мечутся, рыжие, Падают в вечер. В метелице знобкой Такая тревога… Прилягу устало у доброго стога. Прилягу, Озябшую спину согрею. А листья куда-то Скорее, скорее. Вот-вот закричат беспокойно, Как птицы, Над полем продрогшим Начнут табуниться. Но листья не птицы, Не сбиться им в стаи. Куражится ветер, Бездомных взметая. И хочешь не хочешь, И надо ль не надо: Вбираешь душой Маету листопада.

«Ой, широко-широко…»

Ой, широко-широко Разлилась водица. Поругаться легко, Трудно помириться. Боль-обида — не ручей, Не положишь лавы. Лучше не было б ночей И травы-отравы. Омуты любимых глаз Вовсе не видать бы. Зря сказали, что у нас Скоро будет свадьба. Лишь осталась губ твоих Жгучая прохлада… Что дается на двоих, На троих — не надо!

«Подышать бы твоими руками…»

Подышать бы твоими руками, Окунаясь в ладони опять. Иногда мы не ведаем сами, Где тонуть, А откуда взлетать. Никогда не дрожал я от страха, А ведь всякое было в пути. Что же сердце —                         подбитая птаха — У тебя трепыхнулось в горсти? Догорают последние листья, Журавли улетают,                            трубя. Не ищу я и малой корысти — Мне бы только увидеть тебя.

ОСЕННИЕ ЦВЕТЫ

Осенние цветы — как всклики Последних журавлей. Они — как солнечные блики Среди пустых полей. Пускай в лугах пожухли травы И высохла стерня, Цветы, пригревшись у канавы, Покличут вдаль меня. И на опушке пожелтелой, Где листопад шуршит, Я этот зов, уже несмелый, Вдруг уловлю в тиши. Под небом хмурым, словно в мае, Поверится в цветы. У вскинутся, как птичьи стаи, Мои мечты.