Послесловие С плеч упало тяжелое бремя, Написал я четыре главы. «Почему же не новое время, А недавнее выбрали вы? — Замечает читатель, живущий Где-нибудь в захолустной дали. — Сцены, очерки жизни текущей Мы бы с большей охотой прочли. Ваши книги расходятся худо! А зачем же вчерашнее блюдо, Вместо свежего, ставить на стол? Чем в прошедшем упорно копаться, Не гораздо ли лучше касаться Новых язв, народившихся зол?» Для людей, в захолустьи живущих, Мы действительно странны, смешны, Но, читатель! в вопросах текущих Права голоса мы лишены, Прикасаться к ним робко, несмело — Значит пуще запутывать их, Шить на мертвых не трудное дело, Нам желательно шить на живых. Устарелое вымерло племя, Вообще устоялись умы, Потому-то недавнее время, Государь мой, и тронули мы (Да и то с подобающим тактом)… Погоди, если мы поживем, Дав назад отодвинуться фактам, — И вперед мы рассказ поведем, — Мы коснемся столичных пожаров И волнений в среде молодой, Понесенных прогрессом ударов И печальных потерь… Да и той Злополучной поры не забудем, Что прогресс повернула вверх дном, И всегда по возможности будем Верны истине — задним числом…

1872

Кузнец*

Памяти Н.А. Милютина

Чуть колыхнулось болото стоячее, Ты ни минуты не спал. Лишь не остыло б железо горячее, Ты без оглядки ковал. В чем погрешу и чего не доделаю, Думал, — исправят потом. Грубо ковал ты, но руку умелую Видно доныне во всем. С кем ты делился душевною повестью, Тот тебя знает один. Спи безмятежно, с покойною совестью, Честный кузнец-гражданин! Вел ты недаром борьбу многолетнюю За угнетенный народ: Слышал ты рабскою песню последнюю, Видел свободы восход.

Бунт*

…Скачу, как вихорь, из Рязани, Являюсь: бунт во всей красе, Не пожалел я крупной брани — И пали на колени все! Задавши страху дерзновенным, Пошел я храбро по рядам И в кровь коленопреклоненным Коленом тыкал по зубам…

1867–1873

Стихотворения, посвященные русским детям*

Дядюшка Яков*

Дом — не тележка у дядюшки Якова. Господи боже! чего-то в ней нет! Седенький сам, а лошадка каракова; Вместе обоим сто лет. Ездит старик, продает понемногу, Рады ему, да и он-то того: Выпито вечно и сыт, слава богу. Пусто в деревне, ему ничего, Знает, где люди: и куплю, и мену На полосах поведет старина; Дай ему свеклы, картофельку, хрену, Он тебе всё, что полюбится, — на! Бог, видно, дал ему добрую душу. Ездит — кричит то и знай: «По грушу! по грушу! Купи, сменяй!» «У дядюшки у Якова Сбоина макова Больно лакома — На грош два кома! Девкам утехи — Рожки, орехи! Эй! малолетки! Пряники редки, Всякие штуки: Окуни, щуки, Киты, лошадки! Посмотришь — любы, Раскусишь — сладки, Оближешь губы!..» «Стой, старина!» Старика обступили Парней, и девок, и детушек тьма. Все наменяли сластей, накупили — То-то была суета, кутерьма! Смех на какого-то Кузю печального: Держит коня перед носом сусального; Конь — загляденье, и лаком кусок… Где тебе вытерпеть? Ешь, паренек! Жалко девочку сиротку Феклушу: Все-то жуют, а ты слюнки глотай… «По грушу! по грушу! Купи, сменяй!» «У дядюшки у Якова Про баб товару всякого. Ситцу хорошего — Нарядно, дешево! Эй! молодицы! Красны девицы, Тетушки, сестры! Платочки пестры, Булавки востры, Иглы не ломки, Шнурки, тесемки! Духи, помада, Всё — чего надо!..» Зубы у девок, у баб разгорелись. Лен, и полотна, и пряжу несут. «Стойте, не вдруг! белены вы объелись? Тише! поспеете!..» Так вот и рвут! Зорок торгаш, а то просто беда бы! Затормошили старинушку бабы, Клянчат, ласкаются, только держись: «Цвет ты наш маков, Дядюшка Яков, Не дорожись!» — «Меньше нельзя, разрази мою душу! Хочешь бери, а не хочешь — прощай!» «По грушу! по грушу! Купи, сменяй!» «У дядюшки у Якова Хватит про всякого. Новы коврижки, Гляди-ко: книжки! Мальчик-сударик, Купи букварик! Отцы почтенны! Книжки неценны; По гривне штука — Деткам наука! Для ребятишек, Тимошек, Гришек, Гаврюшек, Ванек… Букварь не пряник, А почитай-ка, Язык прикусишь… Букварь не сайка, А как раскусишь, Слаще ореха! Пяток — полтина, Глянь — и картина! Ей-ей утеха! Умен с ним будешь, Денег добудешь… По буквари! По буквари! Хватай — бери! Читай — смотри!» И букварей таки много купили — «Будет вам пряников: нате-ка вам!» Пряники, правда, послаще бы были, Да рассудилось уж так старикам. Книжки с картинками, писаны четко — То-то дойти бы, что писано тут! Молча крепилась Феклуша-сиротка, Глядя, как пряники дети жуют, А как увидела в книжках картинки, Так на глазах навернулись слезинки. Сжалился, дал ей букварь старина: «Коли бедна ты, так будь ты умна!» Экой старик! видно добрую душу! Будь же ты счастлив! Торгуй, наживай! «По грушу! по грушу! Купи, сменяй!» вернутьсявернутьсявернутьсявернуться