1953

ВЕСЕННЯЯ РАСПУТИЦА

Огни заката догорали,Распутицей в бору глухомВ далекий хутор на УралеТащился человек верхом.Болтала лошадь селезенкой,И звону шлепавших подковДорогой вторила вдогонкуВода в воронках родников.Когда же опускал поводьяИ шагом ехал верховой,Прокатывало половодьеВблизи весь гул и грохот свой.Смеялся кто-то, плакал кто-то,Крошились камни о кремни,И падали в водоворотыС корнями вырванные пни.А на пожарище заката,В далекой прочерни ветвей,Как гулкий колокол набата,Неистовствовал соловей.Где ива вдовий свой повойникКлонила, свесивши в овраг,Как древний соловей-разбойник,Свистал он на семи дубах.Какой беде, какой зазнобеПредназначался этот пыл?В кого ружейной крупной дробьюОн по чащобе запустил?Казалось, вот он выйдет лешимС привала беглых каторжанНавстречу конным или пешимЗаставам здешних партизан.Земля и небо, лес и полеЛовили этот редкий звук,Размеренные эти долиБезумья, боли, счастья, мук.

1953

ОБЪЯСНЕНИЕ

Жизнь вернулась так же беспричинно,Как когда-то странно прервалась.Я на той же улице старинной,Как тогда, в тот летний день и час.Те же люди и заботы те же,И пожар заката не остыл.Как его тогда к стене МанежаВечер смерти наспех пригвоздил.Женщины в дешевом затрапезеТак же ночью топчут башмаки.Их потом на кровельном железе Так же распинают чердаки.Вот одна походкою усталойМедленно выходит на порогИ, поднявшись из полуподвала,Переходит двор наискосок.Я опять готовлю отговорки,И опять всё безразлично мне.И соседка, обогнув задворки,Оставляет нас наедине.__________________Не плачь, не морщь опухших губ,Не собирай их в складки.Разбередишь присохший струпВесенней лихорадки.Сними ладонь с моей груди,Мы провода под током.Друг к другу вновь, того гляди,Нас бросит ненароком.Пройдут года, ты вступишь в брак,Забудешь неустройства.Быть женщиной – великий шаг,Сводить с ума – геройство.А я пред чудом женских рук,Спины, и плеч, и шеиИ так с привязанностью слугВесь век благоговею.Но, как ни сковывает ночьМеня кольцом тоскливым,Сильней на свете тяга прочьИ манит страсть к разрывам.

1947

ЛЕТО В ГОРОДЕ

Разговоры вполголоса,И с поспешностью пылкойКверху собраны волосыВсей копною с затылка.Из-под гребня тяжелогоСмотрит женщина в шлеме,Запрокинувши головуВместе с косами всеми.А на улице жаркаяНочь сулит непогоду,И расходятся, шаркая,По домам пешеходы.Гром отрывистый слышится,Отдающийся резко,И от ветра колышетсяНа окне занавеска.Наступает безмолвие,Но по-прежнему па?рит,И по-прежнему молнииВ небе шарят и шарят.А когда светозарноеУтро знойное сноваСушит лужи бульварныеПосле ливня ночного,Смотрят хмуро по случаюСвоего недосыпаВековые, пахучиеНеотцветшие липы.

1953

ВЕТЕР

Я кончился, а ты жива.И ветер, жалуясь и плача,Раскачивает лес и дачу.Не каждую сосну отдельно,А полностью все дереваСо всею далью беспредельной,Как парусников кузоваНа глади бухты корабельной.И это не из удальстваИли из ярости бесцельной,А чтоб в тоске найти словаТебе для песни колыбельной.

1953

ХМЕЛЬ

Под ракитой, обвитой плющом,От ненастья мы ищем защиты.Наши плечи покрыты плащом,Вкруг тебя мои руки обвиты.Я ошибся. Кусты этих чащНе плющом перевиты, а хмелем.Ну так лучше давай этот плащВ ширину под собою расстелем.

1953

БАБЬЕ ЛЕТО

Лист смородины груб и матерчат.В доме хохот и стекла звенят,В нем шинкуют, и квасят, и перчат,И гвоздики кладут в маринад.Лес забрасывает, как насмешник,Этот шум на обрывистый склон,Где сгоревший на солнце орешникСловно жаром костра опален.Здесь дорога спускается в балку,Здесь и высохших старых коряг,И лоскутницы осени жалко,Всё сметающей в этот овраг.И того, что вселенная проще,Чем иной полагает хитрец,Что как в воду опущена роща,Что приходит всему свой конец.Что глазами бессмысленно хлопать,Когда всё пред тобой сожженоИ осенняя белая копотьПаутиною тянет в окно.Ход из сада в заборе проломанИ теряется в березняке.В доме смех и хозяйственный гомон,Тот же гомон и смех вдалеке.