С малого начал — великим стал. В Альтдорфе, будучи корпорантом,[14] Не слишком пыхтел он над фолиантом, А дрался на шпагах и пиво хлестал. В горячке едва школяра не угробил И тем нюрнбергский сенат озлобил. Они его — цап! — и на месяц в тюрьму, Которую только пред этим открыли, И окрестить заведенье решили Именем первого гостя… Ему Как поступить?.. К удивленью господ, Пуделя он пускает вперед. «Собачьей» с тех пор та тюрьма и зовется. Вот это парень! Люблю полководца! Из всех его громких подвигов, право, Тот случай мне больше всего по нраву.

Между тем служанка накрыла на стол. Второй егерь заигрывает с нею.

Драгун

(становясь между ними)

Эй, сосед! Осторожней! Ну-ка!

Второй егерь

Прочь, дурак! Куда тянешь руку?

Драгун

Моя девчонка!

Первый егерь

Вот те и на! Ему одному, вишь, утеха нужна. Да ты, приятель, в своем уме ли?

Второй егерь

Тоже перину нашел для постели! В лагере девка — что солнца свет, — Грейся каждый, отказа нет.

(Целует ее.)

Драгун

(вырывает служанку из рук егеря)

Плевать хотел я на твой запрет!

Первый егерь

Хватит вам ссориться. Надоели!

Второй егерь

Драться так драться, коли угодно!

Вахмистр

Мир, господа! Любовь свободна!

ЯВЛЕНИЕ ВОСЬМОЕ

Проходят рудокопы и наигрывают вальс, сперва медленно, потом все быстрей. Первый егерь танцует со служанкой, маркитантка — с рекрутом, служанка убегает, егерь гонится за ней и принимает в свои объятия капуцина, который как раз появляется.

Капуцин

Ай да веселье! Пир да гульня![15] Примите в компанию и меня! Вот она, армия, войско Христово! Турки вы? Антибаптисты? Кто вы? В воскресный-то день — и такой вертеп! Иль мните, что бог всемогущий слеп, Что долготерпенье его без предела? Или иного у вас нет дела, Как ублажать в непотребстве тело? Quid hie statis otiosi?[16][17] Черти! Буяните, то и знай! А фурии смерти когтят Дунай. Баварцы последней лишились твердыни, Регенсбург в лапах врага отныне, — А войско пирует! Вошло во вкус! Брюхо растит и не дует в ус. А мысли-то не о войне — о вине. И точите вы языки — не клинки. Подавай вам быка да бабьи бока. Где уж словить Оксенштирна-быка?[18] Разорен, обнищал христианский люд, — А у войска жратва на уме да блуд. Час великой вселенской кары настал! Знаменья в небе грозят бедою, И господь среди туч широко распластал Огненно-красную мантию боя. Он комету, как розгу, над миром занес, Предвещая безмерные бедствия вскоре. Церковь стала ковчегом в кровавом море, И не реки текут, а потоки слез. Возьмите римскую-то империю. Зовут пилигримской везде теперь ее. Рейнские воды — поток невзгоды, Монастыри — пустыри, где живут упыри. Пу́стыни превращены в пустыни. Амвоны — в загоны, в святой обители Свили гнезда себе грабители. Благословенные наши земли Корчатся, адскую боль приемля. Да тут и странного нет ничего! Все через ваше идет скотство, Через безбожье, которым объяты Все — от полковника до солдата. Ведь грех-то — он словно камень-магнит, Который железо и сталь манит. За лиходейством следует мука, Подобно слезе после едкого лука. Вначале — покой, а потом уж — рцы: Взгляните в азбуку, молодцы! Ubi erit victoriae spes, Si offenditur Deus?[19][20] В бордель от святых удираете месс И смеете жить, на победу надеясь? Гласит изреченье: «Коль ищешь — найдешь». Скажем: евангельская вдовица[21] Сыскала утерянный ею грош; Братьев — Иосиф[22]; Саул — ослицу.[23] Но тот, кто ищет в солдатских рядах Совесть, веру, божий страх, Тот не сумеет найти их. Где там! Хоть сто фонарей зажигай при этом. Правда, другие случаи есть. Можно у евангелистов прочесть О том, как солдаты в пустыню явились К отшельнику. Каялись там, крестились: «Quid faciemus nos?»[24] — «Что делать нам, Чтоб в лоно вернуться твое, Авраам?» Et ait illis, — и он им изрек, — «Neminem concutiatis — Не живодерничайте вовек; Neque calumniam faciatis! — Убойтесь лжи! — И сказал засим: — Contenti estote — довольны будьте Stipendiis vestris — окладом своим И о подлых привычках ваших забудьте, Ибо заповедь есть одна меж другими: «Не тревожьте всуе господне имя». Но где отвратительнее бранятся, Чем здесь, у Фридландца? Скажите, братцы! Коль на каждую молнию или гром, Что вы призываете злым языком, Церковь в колокола бы звонила, В стране бы давно звонарей не хватило. И если бы хоть волосок один Выпадал за каждое «чертов сын», Что извергает ваш рот паршивый, К утру вся бы армия стала плешивой, Будь вы хоть с Авессаломовой гривой.[25] Взять Навина[26] — он тоже солдатом был. А Давид Голиафа пращой убил.[27] Но кто сказал вам, заблудшие овцы, Что те были ерники и сквернословцы? Ведь как будто ничуть не трудней сказать «С нами божья матерь!», чем «В бога мать!». Однако известно: чем бочка полна, То извергает наружу она. И еще есть заповедь: «Не укради!» Ее вы, как вижу, точно блюдете. Зачем же красть, коль все даром берете? От ваших уловок, угроз, обжорства Хитросплетений и крючкотворства Дукаты хранить в сундуке что толку? Из чрева коровы изымете телку. С яйцом заодно берете курей. Вспомните, как говорил иерей: «Contenti estote», — учил он, бывало. Что вам — пайка полкового мало? А впрочем, к чему вас бранить, когда Сверху эта идет беда. Каков поп, таков и приход. Возможно, и в бога не верует тот. вернуться

14

В Альтдорфе

,

будучи корпорантом

… — то есть членом одной из студенческих корпораций. Альтдорф — старинный университетский городок неподалеку от Нюрнберга.

вернуться

15

Речь

капуцина

написана Шиллером как юмористическое подражание причудливо-комическим речам венского придворного проповедника Абрагама а Санта Клара (Ганса Ульриха Мегерле, 1644–1709), составителя грубо-простонародных, забавно-назидательных проповедей; главное его сочинение — «Иуда, всем шельмам шельма». Шиллер ввел этот живописнейшим персонаж по совету Гете, приславшего ему текст речей патера Абрагама. Капуцинада — блестящая удача драматурга. Антибаптисты — по всей вероятности, контаминация слов «антипаписты» и «анабаптисты» (перекрещенцы). Последние — христианская секта, возникшая в пору Реформации. Анабаптисты отвергали крещение в младенческом возрасте, а взрослых крестили заново, отсюда — «перекрещенцы». Анабаптизм — сложное социальное явление, в котором первоначально проступали революционные, коммунистические стремления, сказавшиеся в событиях Крестьянской войны 1525 года, в учении Томаса Мюнцера.

вернуться

16

Почему вы праздно стоите? (лат.) — Ред.

вернуться

17

Quid

hie

statis

otiosi

?

(пропущено

«

toto

die

») —

Евангелие от Матфея, 20, 6: «Что вы стоите (целый день) праздно?»

вернуться

18

Где уж словить Оксенштирна

—

быка?

— Игра слов: Оксенштирн означает по-немецки «бычий лоб» (по-шведски произносится «Оксеншерна»), Аксель Оксеншерна (1583–1654) — шведский канцлер, сподвижник Густава Адольфа, после смерти короля направлявший политику Швеции, с 1636 года — член регентства в малолетство дочери Густава Адольфа, впоследствии шведской королевы Кристины.

вернуться

19

Откуда возьмется надежда на победу, если го́спода оскорбили? (лат.) — Ред.

вернуться

20

Ubi

erit

victoriae

spes

,

si

offenditur

Deus

?

—

«Откуда возьмется надежда на победу, если господа оскорбили?» — перефразировка слов одного из отцов церкви, Григория Турского.

вернуться

21

Евангельская вдовица.

— В Евангелии рассказывается о женщине, которая после долгих поисков нашла потерянную монету и обратилась к подругам и соседкам со словами: «Порадуйтесь со мною, я нашла потерянную драхму».

вернуться

22

Братьев

—

Иосиф

… — Сыновья библейского патриарха Иакова втайне продали в рабство египтянам своего младшего брата Иосифа, со временем достигшего в Египте высокого положения; однажды он принял их у себя, не узнанный ими.

вернуться

23

Саул — ослицу. —

По библейскому сказанию, отрок Саул, отыскивая ослиц своего отца, повстречался с пророком Самуилом, и тот сделал его царем Израиля.

вернуться

24

Quid

faciemus

nos

?

— «Что делать нам?» В Евангелии рассказано, как к Иоанну Крестителю люди приходили креститься и спрашивали, как им жить. «Спрашивали его также и воины: а нам что делать? И сказал им: никого не обижайте, не клевещите и довольствуйтесь своим жалованьем» (Евангелие от Луки, 3, 14).

вернуться

25

Будь вы хоть с Авессаломовой гривой.

— Авессалом, сын второго израильского царя Давида, преследуемый воинами своего отца, запутался в чаще леса своими пышными волосами, и его, повисшего на дубу, но еще живого, умертвил военачальник Давида.

вернуться

26

Взять Навина

… — Библейский полководец Навин одними звуками труб якобы разрушил крепостные стены Иерихона и повелел солнцу остановиться до окончания битвы.

вернуться

27

А Давид Голиафа пращой убил.

— Израильский царь, пророк и псалмопевец Давид в юности, на поединке, убил камнем, пущенным из пращи, великана-филистимлянина Голиафа, после чего филистимляне в ужасе бежали.