Заговорщики рассаживаются. Жваченко выступает вперед, откашливается.

Жваченко

Под сумерки пойдут товарищ Савва С товарищем Аполлинарьем вместе Походкою рабоче-пролетарской

Оба изображают рабоче-пролетарскую походку.

К англицкому парадному крыльцу.

Полковник

(подмигивая)

Их к миссии потянет прогуляться.

Жваченко

(набирает воздуху)

Глядючи на акул капитализма, Покеда их отсюда не погнали,— Разъярятся товарищи…

Савва и Аполлинарий ярятся.

                                 и Савва… А ну, начни!

Савва

(хрипло)

                    Докеле Чемберленам Сосать нам кровь! Довольно подло, братцы, Терпеть их нацию. Долой! По шапке! Да здравствует наш вожжь, их благородье Владимир Улиянов!

Жваченко

                            Тю, дурак! Не Улиянов, а Ульянов-Ленин.

1-й заговорщик

(брезгливо)

Так стряпают нам письма Коминтерна, Медвежья помощь! Говори «товарищ», Их благородьем он не может быть!

Савва

Да здравствует наш вожжь — товарищ Ленин!

Полковник

Тут в миссии поднимется скандал. Потребуют ареста демонстранта, Тот выпалит в окно из револьвера,— И вот вам casus belli.

Жваченко

                                  А чего, Когда тебя милиция захватит, Ты языком, кацап, забарахолишь?

Савва

Уж быдто мы, Пал Палыч, не похожи На сволочь красную, когда напьемся Да лозунгами, что твоим орехом, Па-айдем мостить!

Аполлинарий

(увлекаясь, лезет вперед)

                         Прролетарьят всех стран! Живва! Объединяйсь!

Савва

(наступая еще ближе)

                                  Не хошь работать В поте лица, так и не жри, собака!

Аполлинарий

(окончательно в восторге)

Бей социял-жи… тьфу, ошибся малость,— Бей социял-предателей под жабрь!

Заговорщики хохочут.

1-й заговорщик

Да, друг мой, крепок добрый русский дух наш!

Полковник

Отменно крепок. Вот вам по пятерке. Идите пить. А впрочем, стой, Жваченко. Ты помнишь твердо собственную роль?

Жваченко

Ракету должен я пустить в двенадцать На пустыре, где склад пороховой.

Уходят.

Полковник

Ну-с, господа, по радио узнавши О большевицком миссии обстреле, О миссии, где леди, мисс и мистрис,— Что сделает, по-вашему, сэр Блэкстоун? Увидит он зеленую ракету, Нацелит он свою многодюймовку, Запалит он, таррахнет он — и порох Взорвется на проклятом берегу!

Заговорщики

Так в добрый час! Обдумано не плохо! До вечера!

Из люка в полу высовывается грек-матрос.

Грек-матрос

                   Пст! Эй, хозяин! Дело!

Полковник

Ну? Что там?

Грек-матрос

                   Львов с помощником секретно Из Бу-Ульгена ночью прибыл в порт!

Полковник

А!

(Задумывается.)

Заговорщики спешно расходятся.

КАРТИНА 2-я

Крыша над духаном; грязная ночлежка. Старуха армянка обряжает монахиню.

Монахиня

Кончай скорей!

Старуха

                         Народ ученый в книжке И то глядит страницу за страницей! А женскою красой купец играет, Как денежкой в закрытом кошельке. Из-под ресниц не сразу вскинь очами, Зубок держи припрятан за губой, И грудью ты мужчину, как нацевкой, Туда-сюда ершом заставь ходить. Что есть у женщины сильнее грудей? Матросов видела, последних пьяниц,— И те у груди ласковей теляток. Возьмут одну, сосут, лелеют, нежат, И о другой никак не позабудут, Чтоб не было обиды. Голубкáми, Детишками своими назовут.

Монахиня

Молчи!

Старуха

              А ты запоминай покрепче: Мужчина что дитя: откуда вышел, Туда назад без памяти спешит, А женщина что мать: откуда выдаст, Туда назад стремится получить.

(Уходит.)

Монахиня

(рвет на груди платье)

Рубец проклятый! Судорожный рот Невинного сосущего младенца, Простреленного пулей, — ты опять В кошмарах мне щипцами грудь сжимаешь. Без памяти упав тогда на снег, Я слышала — ребенка отдирали От матери, как с дерева кору… И где ты похоронен, мой сыночек, И кем ты был от матери оторван — Не знаю и не ведаю: рассудок Мой долго был с той ночи помрачен.