Но я… Ах, трудно верить мне   Слезам прелестных глаз! Любовью новою оне   Осушатся без нас. Лишь тем одним терзаюсь я,   Не в силах то забыть, Что нет на свете у меня.   О ком бы потужить! И вот на темных я волнах   Один, один с тоской! И кто же, кто по мне в слезах   Теперь в стране родной? Что ж рваться мне, жалеть кого?   Я сердцем опустел, И без надежд и без всего,   Что помнить я хотел. О мой корабль! с тобой я рад   Носиться по волнам; Лишь не плыви со мной назад   К родимым берегам! Далеко на скалах, в степи   Приют сыщу себе; А ты, о родина, прости!   Ночь добрая тебе!» <1824> 238. Ирландская мелодия* Луч ясный играет на светлых водах, Но тьма под сияньем и холод в волнах; Младые ланиты румянцем горят, Но черные думы дух юный мрачат. Есть думы о прежнем, их яд роковой Всю жизнь отравляет мертвящей тоской; Ничто не утешит, ничто не страшит, Не радует радость, печаль не крушит. На срубленной ветке так вянет листок, Напрасно в дубраве шумит ветерок И красное солнце льет радостный свет, — Листок зеленеет, а жизни в нем нет!.. <1824> 239. На погребение английского генерала сира Джона Мура* Не бил барабан перед смутным полком,   Когда мы вождя хоронили, И труп не с ружейным прощальным огнем   Мы в недра земли опустили. И бедная почесть в ночи́ отдана;   Штыками могилу копали; Нам тускло светила в тумане луна,   И факелы дымно сверкали. На нем не усопших покров гробовой,   Лежит не в дощатой неволе: Обернут в широкий свой плащ боевой,   Уснул он, как ратники в поле. Не долго, но жарко молилась творцу   Дружина его удалая И молча смотрела в лицо мертвецу,   О завтрашнем дне помышляя. Быть может, наутро внезапно явясь,   Враг дерзкий, надменности полный, Тебя не уважит, товарищ, а нас   Умчат невозвратные волны. О нет, не коснется в таинственном сне   До храброго дума печали! Твой одр одинокий в чужой стороне   Родимые руки постлали. Еще не свершен был обряд роковой,   И час наступил разлученья; И с валу ударил перун вестовой,   И нам он не вестник сраженья. Прости же, товарищ! Здесь нет ничего   На память могилы кровавой; И мы оставляем тебя одного   С твоею бессмертною славой. <1825> 240. <Из «Невесты Абидосской»>* Любовник розы — соловей Прислал тебе цветок сей милый, Он станет песнею своей Всю ночь пленять твой дух унылый. Он любит петь во тьме ночей, И песнь его дыши́т тоскою; Но с обнадеженной мечтою Споет он песню веселей. И с думой тайною моей Тебя коснется пенья сладость, И напоет на сердце радость Любовник розы — соловей. <1826> 241. Вечерний звон*

Т. С. Вдмрв—ой

Вечерний звон, вечерний звон!   Как много дум наводит он О юных днях в краю родном,   Где я любил, где отчий дом. И как я, с ним навек простясь,   Там слушал звон в последний раз! Уже не зреть мне светлых дней   Весны обманчивой моей! И сколько нет теперь в живых   Тогда веселых, молодых! И крепок их могильный сон;   Не слышен им вечерний звон. Лежать и мне в земле сырой!   Напев унывный надо мной В долине ветер разнесет;   Другой певец по ней пройдет. И уж не я, а будет он   В раздумьи петь вечерний звон! <1827> 242. Ирландская мелодия* Когда пробьет печальный час   Полночной тишины, И звезды трепетно горят,   Туман кругом луны, — Тогда, задумчив и один,   Спешу я к роще той, Где, милый друг, бывало, мы   Бродили в тьме ночной. вернутьсявернутьсявернутьсявернутьсявернуться