П. Г. Горохов
Прохор Григорьевич Горохов родился в 1869 году в д. Якимовка Малоярославского уезда, Калужской губ., умер в 1925 году. Крестьянский поэт-самоучка, Горохов в молодости уехал из родной деревни, работал в Москве водопроводчиком, был рабочим на заводе Зингера. За участие в революционном движении в 1906 году Горохова выслали из Москвы на два года. После Октябрьской революции Горохов вступил в Коммунистическую партию, был членом Калужского губисполкома, работал заведующим уездным земотделом и председателем народного суда Малоярославского уезда.[143] Большую часть своих стихотворений Горохов сочинил в 1890-е годы и включил их в сборник «Самобытная свирель» (М., 1901). В 1902 году он вступил в «Московский товарищеский кружок писателей из народа». Кроме стихов Горохов писал и прозу, но известность ему принесли две песни, которые стали восприниматься как народные.
626. Доля мастерового* Истерзанный, измученный Работой трудовой, Идет, как тень загробная, Наш брат мастеровой. С утра до темной ноченьки Стоит за верстаком, В руках пила пудовая С тяжелым молотком. Он бьет тяжелым молотом — Копит купцу казну, А сам страдает голодом, Порой несет нужду. Купец к нему ласкается, Коль нужен он к труду, А нет, так издевается И гнет его в дугу. И в зимушку холодную Дает ему расчет; Без гроша выйдет труженик, Хоть плачет, но идет. Головушка закружится От этой кутерьмы: Все деточки голодные, Чахотка у жены. Придет, в постелю бросится И плачет как дитя, И жить-то, братцы, хочется, И жизнь-то нелегка! <1901> 627. Изменница* Бывало, в дни веселые Гулял я молодцом, Не знал тоски-кручинушки Как вольный удалец. Любил я деву юную,— Как цветик хороша, Тиха и целомудренна, Румяна, как заря. Спознался ночкой темною, Ах! ночка та была, Июньская волшебная, Счастлива для меня. Бывало, вспашешь полосу, Лошадку уберешь И мне тропой знакомою В заветный бор идешь, Глядишь: моя красавица Давно уж ждет меня; Глаза полуоткрытые, С улыбкой на устах. Но вот начало осени; Свиданиям конец, И деву мою милую Ласкает уж купец. Изменница презренная Лишь кровь во мне зажгла, Забыла мою хижину, В хоромы жить ушла. Живет у черта старого За клеткой золотой, Как куколка наряжена, С распущенной косой. Просил купца надменного, Ее чтоб отпустил; В ногах валялся, кланялся,— Злодей не уступил. Вернулся в свою хижину — Поверьте, одурел, И всю-то ночь осеннюю В раздумье просидел. Созрела мысль злодейская, Нашел во тьме топор, Простился с отцом-матерью И вышел через двор. Стояла ночка темная, Вдали журчал ручей, И дело совершилося: С тех пор я стал злодей. Теперь в Сибирь далекую Угонят молодца За деву черноокую, За старого купца. <1901> вернутьсявернуться143
Иван Назаров, Встречи и письма, Владимир, 1957, с. 66–71.
вернутьсявернуться