Е. П. Ростопчина
Евдокия Петровна Ростопчина (1811–1858) принадлежала к высшему дворянскому обществу, была связана с литературными кругами 1830–1840-х годов. Как поэтесса она пользовалась вниманием Жуковского, Пушкина, Лермонтова. Позднее салонная и верноподданническая лирика Ростопчиной вызвала критическое отношение со стороны революционных демократов. Ростопчина сотрудничала в «Современнике» (Пушкина), «Сыне отечества», «Отечественных записках», позже — в «Москвитянине», «Библиотеке для чтения» и в «Пантеоне»; кроме стихотворений, писала поэмы, прозаические произведения и драмы. Ее стихотворение «Насильный брак» (1846), выражавшее сочувствие к порабощенной Польше, было воспринято современниками как сатира на политику царского правительства, ходило в списках и вызвало недовольство Николая I. Полное собрание стихотворений поэтессы вышло в свет в 1856–1859 годах (в 4-х частях). Стихи Ростопчиной переложили на музыку крупные русские композиторы: А. Даргомыжский («Море и сердце», «Дайте крылья мне перелетные…», «Я сказала, зачем…»), М. Глинка («Северная звезда» — «Дивный терем стоит…»), А. Рубинштейн («Осенний вечер», «Падучая звезда», «Певица»). На «Слова для музыки» («И больно, и сладко…») создал один из лучших своих романсов П. Чайковский. На тексты Ростопчиной писали романсы также П. Булахов («Бывало, я при нем живее…»), А. Дюбюк («Замолчи, не пой напрасно…»), О. Дютш («Любила, люблю и век буду любить…»), М. Ипполитов-Иванов («Утро»), П. Макаров («Зачем в день встречи роковой…»), В. Соколов («Что ты, молодость моя…») и другие. Интерес самой Ростопчиной к музыке, привлекавший к поэтессе композиторов, музыкантов и певцов, проявился и в том, что сама она несколько своих стихотворений написала в жанре песни («Песня», «Русская песня», «Простонародная песня») или посвятила пению («Певица», «Дуэт», «Цыганский табор», «Слова и звуки»), предназначая некоторые из них для композиторов («Две простонародные песни» — для Даргомыжского). Характерно, что несколько стихотворений ее имеют название «Слова для музыки» (кроме упоминавшихся, это стихи 50-х годов «Голубая душегрейка», «Там много их было, веселых гостей…», «Не сотвори себе кумира…» и др.), На музыку Л. Голицына Ростопчина написала «Романс» («Я не скажу, зачем во цвете лет…»). Некоторые стихотворения Ростопчиной встречаются в песенниках (кроме публикуемых, «Неверный», «Тучи черные собираются…», «Осенний вечер», «Северная звезда», «Певица», «Пусть он неверен…»).
356. Когда б он знал!*Подражание г-же Деборд-Вальмор(Для Елизаветы Петровны Пашковой) Когда б он знал, что пламенной душою С его душой сливаюсь тайно я! Когда б он знал, что горькою тоскою Отравлена младая жизнь моя! Когда б он знал, как страстно и как нежно Он, мой кумир, рабой своей любим… Когда б он знал, что в грусти безнадежной Увяну я, не понятая им!.. Когда б он знал! Когда б он знал, как дорого мне стоит, Как тяжело мне с ним притворной быть! Когда б он знал, как томно сердце ноет, Когда велит мне гордость страсть таить!.. Когда б он знал, какое испытанье Приносит мне спокойный взор его, Когда взамен немого обожанья Я тщетно жду улыбки от него. Когда б он знал! Когда б он знал… в душе его убитой Любви бы вновь язык заговорил, И юности восторг полузабытый Его бы вновь согрел и оживил! И я тогда, счастливица!.. любима… Любима им была бы, может быть! Надежда льстит тоске неутолимой; Не любит он… а мог бы полюбить! Когда б он знал! Февраль 1830, <1858> 357* Дайте крылья мне перелетные, Дайте волю мне… волю сладкую! Полечу в страну чужеземную К другу милому я украдкою! Не страшит меня путь томительный, Я помчусь к нему, где бы ни был он. Чутьем сердца я доберусь к нему И найду его, где б ни скрылся он! В воду кану я, в пламя брошусь я! Одолею всё, чтоб узреть его, Отдохну при нем от кручины злой, Расцвету душой от любви его!.. Август 1831 358. Слова для музыки*Посвящается Меропе Александровне Новосильцевой
И больно, и сладко, Когда, при начале любви, То сердце забьется украдкой, То в жилах течет лихорадка, То жар запылает в крови… И больно, и сладко!.. Пробьет час свиданья,— Потупя предательный взор, В волненьи, в томленьи незнанья, Боясь и желая признанья,— Начнешь и прервешь разговор… И в муку свиданье!.. Не вымолвишь слова… Немеешь… робеешь… дрожишь… Душа, проклиная оковы, Вся в речи излиться б готова… Но только глядишь и молчишь — Нет силы, нет слова!.. Настанет разлука, — И, холодно, гордо простясь, Уйдешь с своей тайной и мукой!.. А в сердце истома и скука, — И вечностью каждый нам час, И смерть нам разлука!.. И сладко, и больно… И трепет безумный затих; И сердцу легко и раздольно… Слова полились бы так вольно, Но слушать уж некому их, — И сладко, и больно! 2 февраля 1854 вернутьсявернутьсявернуться