Галчонок

Потеряла галчиха галчонка — Колченожку, плюгашку, чернушку. А подкинули галке скворчонка — Прямоножку, милашку, пеструшку. Стала плакать она и рыдати, Стала грудью к земле припадати, И слетелись на крик её птицы, И расселись по краю криницы. — Что ты, глупая, плачешь, рыдаешь, Что рыдаешь, к земле припадаешь? Уж твоё ли дитя не резвушка, Прямоножка, милашка, пеструшка? — Не моё это чадо, а ваше, А моё-то дитя было краше: Мутно пёрышко, тускла макушка, Колченожка, плюгашка, чернушка!

«Прошёл, прошёл, осыпался Новый год…»

Прошёл, прошёл,        Осыпался Новый год: Все куклы с ёлки        Попадали вниз лицом… Блестящий шарик,        Как перезрелый плод, Свалился с ветки —        Смирился с таким концом. Морозной ночью, Стыдливо, крадясь, как вор, Уносишь ёлку — Бросаешь на задний двор, Но завтра снова — За шкафом и там, в углу, — Найдешь от ёлки Ещё не одну иглу. И долго будешь От игол свой дом полоть, А иглы будут С укором тебя колоть — Так тихо-тихо, Как, долгую мысль тая, Руку свою же Кольнёт иногда швея. 1963

Природа поэзии

Я в поэзию Пришла по лезвию, И открылась мне Гора священная. В современность гонит мир — поэзию, Но она ВСЕГДА — несовременная. Приглядись к Олимпу: настоящее Для него — яйца не стоит выеденного, Ибо он — планида, состоящая Из Воспоминанья и Предвидения. 2 марта 1963

«He пиши, не пиши, не печатай…»

He пиши, не пиши, не печатай Хриплых книг, восславляющих плоть. От козлиной струны волосатой Упаси Твою лиру Господь! Не записывай рык на пластинки И не шли к отдалённой звезде, В серебристую дымку Инстинкты И бурчанья в твоём животе. Верь: Затылок твой — круглый и плотный, Группа крови и мускул ноги Не предстанут зарёй путеводной Пред лицо поколений других! …Как волокна огнистого пуха, Из столетья в столетье Летят Звёзды разума, сполохи духа, И страницы в веках шелестят… Но уж то, что твоя козлоногость, Возгордясь, разбежалась туда ж, — Для меня беспримерная новость! Бедный мастер! Закинь карандаш, Отползи поскорее к затону, Отрасти себе жабры и хвост, Ибо путь от Платона к планктону И от Фидия к мидии — прост. 1964

Плакальщица

Что не плакальщица я, не причитальщица, Не рыдальщица, сердцам не надрывалыцица, И к чужому-то я горю не привальщица, И волос-то на головушке не рвальщица!         Не люблю я нашу плакальщицу Фёклушку:         Она ходит бережливо, как по стёклышку,         Поколыхивает чёрною одёжею,         Юбкой пасмурной да шалью непогожею. А и смотрит она, Фёклушка, иконою, А лицо-то у ней воблино, копчёное, А зовут-то её, чёрную палачицу, Где самим бы надо плакать, да не плачется!         А вы гляньте ей в глаза: они сухим-сухи;         Суше камня, суше ветра, суше засухи!         Аж до боязного сухо, до песочного!         Никакого дуновения проточного. На крылечко-то ничком она бросается, Лбом-то бьётся, да слеза не вытрясается, А как не было бы Фёклушке заплачено, Вот тогда бы наша Фёклушка — заплакала! 1964

Аргус

1

…Он же гений…

А. Пушкин Глупцы, пускаясь в авантюру, С одной лишь низостью в душе, Себе приписывают сдуру Всю авантюрность… Бомарше! Естественно, у бомаршистов Ум изощрён, размах неистов: Сейчас дракона обкрадут! Змею вкруг пальца обведут! Но… Жертвы их корысти страстной, Как поглядишь со стороны, То беззащитны, то больны, То простодушны и несчастны… Так верят в добрую судьбу! Столь кротко носят на горбу Груз незаслуженных мучений, Что Бомарше (Добряк и гений!) Перевернулся бы в гробу.