– Роберт, все хорошо! – я убрала руки и обняла его. – Успокойся, пожалуйста! Все хорошо, – повторила я.

– Слава богу! Как ты меня напугала!

Моя голова лежала на груди Роберта и через куртку я могла слышать частое биение его сердца.

Буря улеглась, а от снежного покрытия ничего не осталось. Вокруг только грязь и темнота, пронизываемая светом редких звезд и убывающей луны.

Мне стало грустно от мысли, что никакого желания не будет: ни со стороны Роберта, ни с моей стороны. А больше всего мне хотелось, чтобы он поцеловал меня, страстно, в губы, по-взрослому. Роберт посмотрел на меня снова, и на секунду мне показалось, что он потянулся ко мне губами, но мои мечты рассеялись, как только в его изумрудных глазах я увидела внезапно нахлынувшую грусть.

Ребята, как всегда, держась за руки, подошли к нам. Меня не переставала поражать их сдержанность. На лице ни капли страха, хотя в их глазах можно запросто прочитать любовь, нежность и преданность.

Мое тело слегка колотило в ознобе, и только сейчас я заметила, что белоснежный костюм Саванны стал серо-бурым, а с насквозь промокших мальчишек стекала грязь. Влажная одежда Роберта намочила мою, и я замерзла.

– Ты цела, Алекса? – спросила Шанталь. От ее бирюзового костюма остались одни лохмотья. Не спуская глаз, я смотрела на испачканную одежду ребят.

– Я-то цела, – ответила я, – а вот вы…

– Не переживай, – улыбнулся Ноа, похожий на бурого медведя, который только что вылез спросонья из берлоги и, оступившись, упал в канаву.

– Вот тебе и парковка со скольжением, – вздохнул Роберт, – а я хотел как лучше… продолжил он и посмотрел поверх друзей куда-то вдаль. Ох, и не нравится мне его взгляд и настроение.

Роберт достал телефон и посмотрел на дисплей.

– Нам пора, ребята! Спасибо вам, если бы не вы… – он покачал головой.

– Да ладно, – Джордан пожал плечами, – что здесь такого?

Ребята, переминаясь с ноги на ногу, смотрели на Роберта и будто выжидали его команды.

– Ну что, по домам? – прервав молчание, предложил Ноа.

– Постойте, что это было? – Я не хотела отпускать ребят без объяснений. С подобной аномалией в природе я столкнулась впервые, хотя кто знает, как это бывает в горах?

– Нам и самим нужно это выяснить, – сказал Ноа, посмотрев на Роберта. Похоже, что они при мне не хотели говорить ничего лишнего и одной аномалией произошедшее не ограничивалось.

– Тебя подвезти, Роберт? – спросил Джордан.

– Да. Проводим Алексу домой, а затем пересяду к тебе.

– Отлично! По машинам! – скомандовал Джордан.

Роберт открыл дверь со стороны пассажирского сиденья. Все еще пребывая в шоковом состоянии, я послушно проследовала за ним. Он обошел машину и сел за руль «белоснежки». Я не успела пристегнуть ремень безопасности, как он наклонился ко мне и протянул руку за ремнем. И вновь, как тогда, в Лондоне, у меня перехватило дыхание. Я боролась с желанием впиться ему в губы. В глазах потемнело. Он молча пристегнул ремень, и мы поехали.

Он так же аккуратно управлял машиной, и мы двигались медленно. Правая рука лежала на руле, и мою руку в этот раз он не держал. Локоть левой руки опирался на дверцу. Иногда он потирал ладонью лоб, будто у него болела голова или он чем-то был озадачен. Все, я так больше не могу. Пора нарушить тишину.

– Все в порядке, Роберт? – спросила я робко.

Он украдкой посмотрел на меня.

– Да.

И снова тишина. Я не выдержала и потянула его руку к себе. Он поддался мне и положил левую руку на руль. Лунный свет окрасил его волосы в золотистый оттенок.

– Все хорошо! – он сжал мою кисть, а через минуту продолжил. – Ты молодец. Стойко вынесла форс-мажорную ситуацию. Такими темпами и усердием ты многого добьешься.

В его словах звучала грусть, от которой почему-то на глаза навернулись слезы. Что случилось? Что его расстроило? Ведь все остались целы.

Роберт ухмыльнулся.

– И какое твое желание? – спросил он.

Я от неожиданного вопроса раскрыла рот.

– Мое желание? Ведь я не справилась!

– Неважно! Оно же у тебя было? – настаивал он.

Этого я уж точно не ожидала.

– Ты хочешь сказать, что исполнил бы его независимо от того, справилась бы я или нет?

– Да, – ответил Роберт сухо.

Если несколько минут назад я хотела страстного поцелуя от своего ангела, то сейчас для моего желания был неподходящий момент и не то настроение, причем у нас обоих.

– Я скажу тебе… позже.

Остальные полчаса мы ехали молча. В зеркале заднего вида отражались фары тачек четверки. Сложись ситуация иначе, они бы дурачились и обгоняли нас.

Наконец мы подъехали к дому Джеймса. Его Мерседес, припаркованный напротив гаража, навел меня на сумасбродную мысль: выполнить парковку со скольжением во что бы то ни стало. Если трюк удастся, желание исполняет Роберт, а если нет, то я. Вполне справедливо.

Джеймс только что вышел из машины и направился к парадному входу. Роберт остановился возле ворот, не доезжая к дому.

– Ну, все, мне пора, – сухой голос Роберта продолжал ранить мое сердце.

– Подожди пару минут, пожалуйста, – я посмотрела на него с мольбой в глазах. – Можно я сяду за руль?

– Да, конечно, – согласился Роберт, не подозревая о моем безумном плане. – Тем более, мне надо пересаживаться в машину Джордана, а тебе парковать «белоснежку».

Как только я заняла место водителя, резко нажала на газ и рванула прямо к Мерседесу отца, решив продемонстрировать ему приобретенные навыки парковки со скольжением, хотя этот трюк я и проделывала в присутствии своего ангела-инструктора. Отец в это время обернулся и смотрел в мою сторону.

Не успела я проехать ворота, как вдруг произошло неожиданное. Я не вписалась и снесла железные двери, но, решив не останавливаться, проделала все манипуляции, как учил меня Роберт, и припарковалась рядом с Мерседесом отца, ударив его о бампер и сдвинув с места.

Отец взялся за голову, ребята высыпали из машины и, открыв рот, наблюдали за происходящим. А Роберт, согнувшись пополам, стал хохотать. Я вышла из машины, и мы все направились смотреть на разрушения. Я растерялась и не знала, куда спрятать глаза от стыда пред отцом.

– Дочка! Это то, чем вы занимались? – Джеймс развел руками от досады.

– Да, папа! Прости! – я пожала плечами. – Хотела показать тебе свои успехи, и вот что из этого вышло.

– Хорошо, что сама не расшиблась. Бампер я поменяю… и ворота тоже. – Отец посмотрел укоризненно на Роберта. Тот стал потихоньку успокаиваться. – Роберт, как это понимать? Я доверился тебе, отдал дочь в хорошие руки, как говорится, а ты из нее каскадера пытался сделать! – Отец был не то чтобы рассержен, больше удивлен.

– Мистер Стюарт! Я… – Роберт перевел дух. – Я все объясню. У Алексы действительно все получилось на корте без проблем. Но здесь, возможно, другая дорога и сцепление шин с асфальтом… – Роберт оправдывался, как школьник.

– Ладно, Роберт! Я тоже хороша! После нескольких занятий возомнила из себя аса.

Все прыснули со смеху. Отец покачал головой и сказал:

– Да, зато весело! – в этом он был прав.

И тут Джеймс косо посмотрел на друзей.

– Послушайте, что с вашей одеждой? Вы попали в аварию или натворили что-то? – На его лице проскочила тень сомнения. Вы ничего не хотите мне рассказать?

Ребята одновременно пожали плечами. А Роберт тут же нашелся и сказал:

– Погода резко изменилась, в горах пошел дождь, а затем снег. Вот и результат.

– А-а-а, – протянул Джеймс, – тогда понятно. Дело молодое, тоже в молодости любил в грязи валяться, – с иронией сказал папа, намекнув, что он не поверил ребятам.

Слава богу, Роберт не стал посвящать Джеймса в детали сегодняшних событий. Иначе не избежать бы мне поездок на пассажирском сиденье с Ричардом за рулем.

Улыбка Роберта осчастливила меня, и мне стало легче. Я подошла к нему, чтобы попрощаться и заодно сообщить ему приятную новость.

– Я тебе должна, Роберт, теперь по-настоящему, – улыбнулась я, – и это будет справедливо.