Сеятель увиделКамней персти[461]: пустыЗмеи — смело в битвуОн шел — и Журавль.Тогда лишь, не дрогнув,В страшной драке лезвийБросил Торкель волкаСвай[462] и вплавь пустился.

CXII

Как было написано раньше, Сигвальд ярл присоединился в Стране Вендов к Олаву конунгу. У самого ярла было десять кораблей, а на одиннадцатом были люди Астрид, конунговой дочери, жены Сигвальди ярла. Когда Олав конунг прыгнул за борт, то раздался победный клич всего войска, и только тогда ярл и его люди опустили весла в воду и начали грести, направляясь туда, где шел бой. Об этом говорит Халльдор Некрещеный:

Нагрянули вендыОтовсюду. ТочатЗубы великаншиКрышки Христ[463] на рати.Волки рвали трупы,Громко сталь бряцала,Полководец бился,А полки бежали.

Но тот вендский корабль, на котором были люди Астрид, поплыл прочь и вернулся в Страну Вендов. И вот сразу же многие стали рассказывать, то Олав конунг якобы сбросил с себя под водой кольчугу, вынырнул вдали от боевых кораблей и поплыл к вендскому кораблю, а люди Астрид доставили его на берег. Есть много рассказов разных людей о дальнейшей судьбе Олава конунга. Но Халльфред говорит так:

Живого ли славлюЯ вождя, иль умерСей потатчик крачкиПляски палиц аса[464]?Разно бают вязыСеч, двояки речи.Твердо лишь, что в буреСтрел всесильный ранен.

Как бы там ни было, конунг Олав сын Трюггви так и не вернулся к власти в Норвегии. Но Халльфред Трудный Скальд говорит так:

Дуб побоищ[465] добрыйТвердил, будто родичТрюггви смог от смертиУйти, всевластитель.Только я не внемлюТой молве, что ОлавЖив еще и тщетнойНе тешусь надеждой.

И еще так:

Верно, ратоборцуСудьба не судила —В пойле скальной твари[466]Скальд найдет усладу —Из такого лязгаСекир выйти живу,Но владельцы углейПерсти[467] в это верят.Снова уверяютЛюди, будто конунгТо ли ранен в пеньеСтали, то ли спасся.Но теперь о смертиКняжьей — мало вижуСкладу в толках этих —Достоверны вести.

CXIII

В силу этой победы ярлу Эйрику сыну Хакона достались Великий Змей и большая добыча. После этой битвы он сам правил Великим Змеем. Халльдор говорит так:

Мчал в преславной сечеМечей Змей ВеликийВождя, и дружинаЛадьи снарядила. НоГадюка в крикеХлёкк[468] досталась ярлу,Когда благородныйКлинок окровавил.

Свейн, сын Хакона ярла, обручился тогда с Хольмфрид, дочерью Олава конунга шведов. Когда они делили между собой норвежскую державу — Свейн конунг датчан, Олав конунг шведов и Эйрик ярл, — то Олаву конунгу достались четыре фюлька в Трандхейме, оба Мёра, Раумсдаль и на востоке — Ранрики от Гаут-Эльва до Свинасунда. Эти земли Олав конунг дал Свейну ярлу на тех же условиях, на которых раньше конунги данники или ярлы получали их от верховных конунгов. А Эйрику ярлу достались другие четыре фюлька в Трандхейме, Халогаланд и Наумудаль, Фьорды и Фьялир, Согн и Хёрдаланд, а также Рогаланд и Северный Агдир до мыса Лидандиснес. Торд сын Кольбейна говорит так:

Скоро ярлы многихХерсиров поддержкой —Славлю Ньёрда жараРучья[469]! — заручились,И теперь покоренС севера, от Вейги,И на юг, до Агдира,Край. Пою о брани,Народу на радостьРатоводец правил,Норвежцев надежноДлань его хранила.Но твердят, что конунгУмер. Как умеритьСкорбь людскую? СирыДнесь владенья Свейна.

Свейн конунг датчан удержал Вик, которым он и раньше владел, но отдал в лен Эйрику ярлу Раумарики и Хейдмерк.

Свейн сын Хакона получил сан ярла от Олава Шведского. Свейн ярл был красив на редкость. И Эйрик ярл и Свейн ярл крестились и приняли правую веру. Но когда они правили Норвегией, они никому не навязывали христианства. Они хорошо соблюдали старые законы и все обычаи страны. Их любили, и они были хорошими правителями.

Пряди об исландцах

Перевод Е. Гуревич

Прядь о Токи

I

В то время, когда Олав конунг[470] сидел в Сарпсборге, пришел к нему как-то некий рослый человек и приветствовал его. Конунг принял его хорошо и спросил его имя. Тот назвался Токи и сказал, что он сын Токи, сына Токи Старого. Он попросил у конунга позволения пробыть у него некоторое время. Конунг ответил согласием и отвел ему подобающее место. Нрав Токи имел спокойный, а пил умеренно. Это был человек покладистый и обходительный, и оттого он всем пришелся по душе. Конунг находил, что Токи и умен, и повидал немало, к тому же он умел легко и мудро уладить любой спор. Конунг почитал беседу с ним наилучшим развлечением. И хотя Токи выглядел стариком, нетрудно было заметить, что прежде был он мужем статным и видным.

Однажды, когда конунг беседовал с Токи, он спросил, сколько ему лет. Тот сказал, что он и сам точно не знает — «одно мне известно: было мне назначено прожить два человеческих века, а теперь, похоже, они на исходе, потому что, вижу я, что старею, как и большинство людей».

Конунг сказал:

— В таком случае, ты должен помнить Хальва конунга и его воинов или Хрольва Жердинку, а с ним и его героев.

Токи отвечает:

— Как же, помню и того, и другого, ведь я побывал у них обоих.

вернуться

461

Сеятель камней персти — воин; камни персти — золото.

вернуться

462

Волк Свай — корабль.

вернуться

463

Великанши крышки Христ — секиры; крышка Христ (валькирии) — щит.

вернуться

464

Потатчик крачки пляски палиц аса — воин; палицы аса — мечи; пляска мечей — битва; крачка битвы — ворон.

вернуться

465

Дуб побоищ — воин.

вернуться

466

Пойло скальной твари — мед поэзии; скальная тварь — великаны.

вернуться

467

Владельцы углей персти — воины; угли персти — золото.

вернуться

468

Крик Хлёкк — битва (Хлёкк — валькирия).

вернуться

469

Ньёрд жара ручья — воин, т. е. Эйрик; жар ручья — золото.

вернуться

470

Олав конунг — Олав сын Харальда (см. словарь, II). Другие правители, о которых здесь рассказывается — легендарные герои древности; датский конунг Хрольв Жердинка (его реальный прототип жил в VI в.) и норвежский конунг Хальв, встретиться с которыми герой пряди не смог бы, даже прожив «два человеческих века».