Вяч. Вс. Иванов указывает, что «Кузмин движется в сторону создания очень свободного стиля, позволяющего нарушать все литературные и социальные табу. В этом и других отношениях поздний Кузмин сопоставим с мировым литературным движением, лишь в очень слабой степени отозвавшимся в сочинениях других современников Кузмина. Сплетение реалистических и даже натуралистических подробностей и романтического колорита некоторых стихотворений сборника «Форель разбивает лед» не препятствует наличию в них и элемента, который в свете типологических аналогий с западноевропейской литературой этого времени можно было бы охарактеризовать как сюрреалистический» [147].

Поздняя лирика Кузмина – сплав различных стилей, она отмечена предметным, физическим ощущением мира, нетрадиционными для русской литературы пристрастиями и ориентациями. Поэт достигает классической ясности, о которой как идеале он заявлял в начале своего пути.

Декабрь морозит в небе розовом,Нетопленный темнеет дом,И мы, как Меньшиков в Березове,Читаем Библию и ждем.<…>Но если в небе ангел склонитсяИ скажет – это навсегда,Пускай померкнет беззаконница —Меня водившая звезда [148].

Умер Кузмин в глубокой нищете. Его творчество ценилось лишь знатоками, однако в настоящее время интерес к обширному наследию поэта возрос. Б. Эйхенбаум в 1920-х гг. указывал: «Грациозное, наивное созерцание жизни как причудливого узора, наивное в своей тенденциозности – вот пафос Кузмина» [149]. Современные исследователи более углубленно трактуют его обширное художественное наследие. Творческая и духовная эволюция этого поэта еще нуждается в исследовании и комментариях. При обилии поэтов-звезд «первой величины» поэзия Кузмина долгое время находилась в тени, но объективное воссоздание истории русской литературы XX в. требует полноты знаний о поэте, исповедующем кларизм и сыгравшем свою роль в становлении и развитии акмеизма. Опубликованные дневники Кузмина проливают неожиданный свет на многие явления Серебряного века.

Сочинения

Кузмин М. Собрание стихов: В 3 т. Munchen, 1977.

Кузмин М. Избранные произведения. Л., 1990.

Кузмин М. Крылья // Эрос. Россия. Серебряный век. М., 1992.

Кузмин М. Подземные ручьи. Избранная проза. СПб., 1994.

Литература

Богомолов НЛ. Тетушка искусств. Оккультные коды в поэзии М. Кузмина // Богомолов Н.А. Русская литература начала XX века и оккультизм. М., 2000.

Иванов Вяч. Вс. Избранные труды по семиотике и истории культуры: В 2 т. Т. 2. М., 2000.

КушнерА. Музыка во льду // Новый мир, 1989, № 10.

М. Кузмин и русская культура XX века. Л., 1990.

Внегрупповые поэты

Максимилиан Волошин

Максимилиан Александрович Волошин (настоящая фамилия Кириенко – Волошин; 1877, Киев – 1932, Коктебель в Крыму), поэт, критик, художник, получил известность с 1900 г. Много путешествовал по Западной Европе, долго жил в Париже, серьезно занимаясь живописью. Писал литературно-критические статьи о европейском и русском искусстве, сотрудничая с журналами «Весы» и «Золотое руно». Влияние французских символистов чувствуется в его первом сборнике «Стихотворения. 1900–1910».

В раннем творчестве поэт ищет синтез между национальным и всемирным, мистическое сочетает с неоклассическими тенденциями. М. Цветаева о нем сказала: «Француз культурой, русский душой и словом, германец – духом и кровью» (поэт действительно происходил из немцев, поселившихся в России в XVII в.). Стихотворения раннего периода воскрешают легенды и мифы («Годы странствий», «Алтари в пустыне», «Звезда полынь»). На первую русскую революцию поэт откликнулся стихотворением «Ангел мщенья» (1906):

Народу русскому: Я скорбный ангел мщенья!Я в раны черные – в распаханную новьКидаю семена. Прошли века терпенья.И голос мой – набат. Хоругвь моя – как кровь.<…>О, камни мостовых, которых лишь однаждыКоснулась кровь! Я ведаю ваш счет.Я камни закляну заклятьем вечной жажды,И кровь за кровь без меры потечет.

Второй сборник Волошина «Anno mundi ardentis» (1916) явился откликом на на Первую мировую войну. Эстетика акмеизма привлекала Волошина и оказала определенное воздействие на его поэтику и образный строй. Поэт публикует статьи о проблемах искусства в акмеистическом журнале «Аполлон», но не примыкает ни к одной из известных групп, ни к одному из направлений. С начала 1917 г. постоянно жил в Коктебеле, его дом был местом встреч поэтов и художников. Там бывали М. Цветаева, А. Белый, О. Мандельштам и многие другие поэты и художники Серебряного века.

Главной темой поэзии Волошина стала история России, ее духовных взлетов и падений (стихотворения «Китеж», «Святая Русь», поэма «Протопоп Аввакум»). Поэт проникал своим взглядом в глубь времен и стремился найти ответ на вопрос о миссии России, о своем и ее предназначении, о вселенском смысле бытия:

Суздаль да Москва не для тебя лиПо уделам землю собирали,Да тугую золотом суму?В рундуках приданое копили,И тебя невестою растилиВ расписном да тесном терему?Не тебе ли на речных истокахПлотник-Царь построил дом широкоОкнами на пять земных морей?Из невест красой да силой браннойНе была ль ты самою желаннойДля заморских княжих сыновей? <…>Поддалась лихому подговору,Отдалась разбойнику и вору,Подожгла посады и хлеба,Разорила древнее жилище,И пошла поруганной и нищей,И рабой последнего раба.Я ль в тебя посмею бросить камень?Осужу ль страстной и буйный пламень?В грязь лицом тебе ль не поклонюсь,След босой ноги благословляя, —Ты – бездомная, гулящая, хмельная,Во Христе юродивая Русь!

Волошину не были чужды духовные поиски русской интеллигенции начала XX в., в том числе и увлечение оккультизмом и учением Р. Штейнера. С. Маковский отмечал: «…русское гетеанство и духовный германизм усложнились в двадцатом веке возродившимся языческим всебожием и даже пандемонизмом. Отсюда Рудольф Штейнер и, штейнеровцы: Андрей Белый и Макс Волошин. Отсюда их мифотворческий христианствующий гностицизм, соскальзывающий в игру с Люцифером» [150]. Поэт любил искусные мистификации. Он создал очаровательный образ несуществующей в реальности поэтессы Черубины де Габриак, напечатал в журнале ее стихи («Аполлон», 1909, № 2) и даже гороскоп [151]. Мистификация закончилась дуэлью из-за Черубины де Габриак (прототипом которой была Е. Димитриева, гостившая у Волошина летом 1909 г.) с Н. Гумилевым [152].

вернуться

147

Иванов Вяч. Вс. Постсимволизм и Кузмин // Иванов Вяч. Вс. Избранные труды. С. 203.

вернуться

148

Цит по: Творчество Н. Тэффи и русский литературный процесс. С. 342.

вернуться

149

Эйхенбаум Б. О прозе М. Кузмина // Кузмин М. Подземные ручьи. С. 8.

вернуться

150

Маковский С. Портреты современников. С. 201.

вернуться

151

См.: Гороскоп Черубины де Габриак // Волошин М. Лики творчества. М„1988. С. 515–519.

вернуться

152

См.: Волошин М. Лики творчества. С. 758.