ИНЕССА                               Уже уехали. Вадиму я велела ехать в город С Григорием. Тебя не хочет видеть. Не хочет знать. Торопится уехать Подальше от тебя. ДМИТРИЙ                                  Бежит от жизни. Душа моя болела за него Всю жизнь. Зачем?

Возвращается Нина.

НИНА                                   Его никто не любит. ИНЕССА Мне кажется, сказал он правду: он Убьет себя. НИНА        (вскрикивает)                     Нет, это невозможно! ИНЕССА Тебе-то, Нина, это все равно. Чего ты так кричишь? ДМИТРИЙ                                        Мне все равно! Инесса сердится на Нину? ИНЕССА                                               Нет, Так нервы расшалились, словно в классе Все сорок невозможных дурачков. Не обращать внимания. Дмитрий, Нина! Садится солнце. Миг уходит в вечность. ДМИТРИЙ Кто хочет искупаться? ИНЕССА                                         Я хочу. Ты тоже хочешь, Нина? НИНА                                            Да!

Они уходят. За сценой шум воды, восклицанья женщин. Красное солнце касается поверхности Финского залива. Небо и вода расцвечены нежно-голубыми, синими, фиолетовыми полосами. На фоне древнего лика солнца появляются силуэты двух прекрасных женщин.

Сцена темнеет.

ЭПИЛОГ

Наступила осень.

Сцена десятая

Улица вечером. Среди прохожих Нина и Дмитрий.

НИНА Нам грустно, милый. ДМИТРИЙ                                       Это ничего. Мне хорошо вот так с тобой идти. Меня твой голос наполняет жизнью. Я знаю, завтра буду я писать. НИНА О чем? ДМИТРИЙ              Не знаю. Это и неважно. У женщин есть счастливое уменье Рассказывать о детстве. Продолжай.

Нина тянет его в сторону. В конце бульвара скамейка.

НИНА Иди сюда! Здесь меньше и прохожих. Сидеть вот так, не то, что продираться Среди людей, глазеющих на нас.

Мимо медленно-тяжело проходит старик. Огромная голова со спутанными длинными волосами. Смесь страшного уродства и жуткого величия.

ДМИТРИЙ                (живо) Смотри, старик! Огромные глаза Так неподвижны, точно ничего Не видят. Все он видит, я уверен. А на лице с рокфеллеровской пастью Презренье, изумленье — все застыло, С начала века, может статься, это — Один из богачей времен царя. Уродство старческое и величье. Какая бездна в нем сокрыта! С ним Все, все уйдет и превратится в землю, Бездонный миг сознанья с ним уходит В пустую вечность. НИНА А про него что скажешь?

Проходит высокий сгорбленный старик с бутылкой кефира в сетке.

ДМИТРИЙ                                         Это мой Сосед. Интеллигент эпохи Блока. Его отец-помещик эмигрировал В семнадцатом году. А он остался И принял Революцию, как Блок.

Проходят отлично одетые, глуповатые, очень шумные девушка и молодой человек.

НИНА А эти кто? ДМИТРИЙ                     А, эти — дети. Мы

Проходят трое парней и молодая женщина, сдержанно-веселые, полные благородства и обаяния.

НИНА Вот мы! ДМИТРИЙ                 Ну да. Приятно. Тоже мы.

Проходят красавец-мужчина и полная женщина. Люди солидные, в высшей степени приятные.

НИНА А эти кто? ДМИТРИЙ                    Грибы. НИНА                                  Грибы? ДМИТРИЙ                                                 Поганки. Где лучше, там они и расцветают Неправдами и правдами… Они Живут всех лучше, — больше всех они При случае клевещут на Россию. Посредственность, которой не хватает Рабов и титулов, чтоб оправдать Их глупую бессмысленную жизнь. Им нужно лучшее во всем. И должно Отдать им справедливость, знают толк Во всем, что важно им, имеют вкус.