ИНЕССА         (уходя на кухню) Не думала смеяться. Успокойся. И гостя нашего займи. НИНА                                         Ну, ладно. Григорий, что же будем делать? ГРИГОРИЙ                                                         Хочешь, Сыграем в карты в дурачка? НИНА                                                   Ну нет!

Нина все-таки заглядывает в кабинет и возвращается.

Я знаю, дураком останусь я! Игра игрой, а все-таки серьезно. Поэтому я в карты не люблю. ГРИГОРИЙ Сыграем в шахматы? НИНА                                        Я не умею. ГРИГОРИЙ Я научу. Все это очень просто. НИНА Конечно, просто. Просто все на свете. Игра игрой, а жизнь берет свое. Подружку Свету взялся обучить Хороший парень на коньках кататься. И так успешно дело продвигалось, Что скоро Света бросила каток, А конькобежка к лету родилась.       (Решила быть серьезней.) Фу, к черту это. Расскажите мне, Григорий, о тайге. Когда мне грустно, Мне кажется, одна бреду в тайге, И до людей — как до другой планеты. Я вижу снег и лунный лес в снегу, И звезды шепчут мне: — И ты одна! — В тайге я не была, а чувство есть. ГРИГОРИЙ Бывало, шел тайгою я один, Совсем один. Я чувствовал, что люди, Пусть далеко, мне близки тем, что — люди. Когда я выходил навстречу к людям, Я начинал невольно различать Хороших и плохих, и ладить с ними Я не умел. В тайге умел я жить! НИНА Ну, что же замолчали? Говорите! ГРИГОРИЙ Когда идешь горами, а внизу — Долина длинная, деревни, люди, За лесом лес, за реками река, Все лучшее, что в людях есть, в тебе Проснется, заструится, как ручей Меж чистых скал над чистыми песками. Руками и ногами ты могуч, Как богатырь. Душой ты чист и светел, Ребенок и мудрец одновременно. НИНА Послушайте, да вы поэт, Григорий! ГРИГОРИЙ Когда же ночью у костра над речкой Под вечным пологом знакомых звезд Глядит, глядит, глядит лишь на тебя Единственная женщина Земли, Тебя лишь слушает, а в ночь идет К тебе, и в нежности изнемогает, Ты веришь ей, ты веришь ей, и сердце Ей отдаешь навеки, навсегда. НИНА      (смеясь) Ах, неужели так и было, да? ГРИГОРИЙ И ночь, и звезды на сосне, и я — Все мы послушно ей служили, ей, Не женщине, прекрасной, как мечта, Но женщине, коварной, как змея! Она лгала сначала до конца. Лгала глазами звездными, как ночь, Лгала рассказами о детстве чистом, Лгала руками, бедрами лгала! Она лгала рудой, что мы открыли, Лгала любовью к красоте Земли. НИНА       (встревожена) Ах, боже мой! Что сделала она? ГРИГОРИЙ У ней был муж и маленький ребенок В Хабаровске. Она вернулась к ним, Как будто ничего и не было! ИНЕССА          (входит) Послушайте, что с вами? НИНА           (поспешно)                                            Ничего. Инесса, что такое? ИНЕССА        (уходит)                                   Ну и ну…

Григорий внутренне доволен эффектом от своего рассказа и задумывает еще эксперимент.

ГРИГОРИЙ Мы все читали Первую любовь, Балладу Дмитрия. Так, если хочешь, Я расскажу, как это в жизни было. НИНА Какой он хитрый! Знает, чем занять. Я слушаю. Мне это интересно. ГРИГОРИЙ В пятнадцать лет я вдруг влюбился в Веру Пясюхину. В балладе речь о ней.     Росла и проста и беспечна,     Собой, как цветок, хороша. НИНА         (с изумлением) Постой! А Дмитрий? ГРИГОРИЙ                                       Слушай, Нина, слушай!     Однажды я рассказал ей     О светлой любви моей,     Она мне сказала с досадой,     Чтоб я не думал о ней. Так было! Но не с Дмитрием, со мной! Она призналась мне, что любит брата, И Дмитрий знает, и они друзья.