ДМИТРИЙ          (рассмеявшись)                                          Ну да! Здесь коммуналка. Комната у нас Большая, видишь, с окнами к Неве: Гостиная, мой кабинет и спальня, И детская — за книжными шкафами… ГРИГОРИЙ Ах, черт, возьми! Тут столько книг! ДМИТРИЙ          (выглядывая в окна)                                                                Нева. ГРИГОРИЙ            (уверенно) «Аврора», Петропавловская крепость… Отлично, черт возьми! Ну и квартира! ДМИТРИЙ            (с тревогой) Вот десять лет, как вместе не живем… В последний раз с тобою мы видались Под Братском. Ты тогда был бригадиром Бригады взрывников… А дальше что? Теперь кто ты, Григорий, не пойму.

Григорий затрудняется, что сказать.

Потом, Григорий! Обо всем потом. Сегодня будем праздновать, идет? ГРИГОРИЙ            (очень рад) Идет! ДМИТРИЙ            Так, приведи себя в порядок. Помойся хорошенько, время есть.

Григорий хватается за рюкзак.

Скажи, сейчас здоров ли ты, Григорий? На первый взгляд сомнений нет, конечно. Но я-то чувствую в тебе надлом, Ты далеко не тот, что прежде… ГРИГОРИЙ              (бодро)                                                           Нет! Устал с дороги, Дмитрий. Все отлично! ДМИТРИЙ Ах, так! Из писем я не мог понять, Откуда рана? Как случилось? Странно, Ты никогда моих вопросов в письмах Не замечал. Мне отвечал то мрачно, То весело, но фактов избегая. И я никак не представляю, как Ты жил, хотя ты обладаешь слогом И временами ты писал к нам часто, И у меня твоих штук триста писем. ГРИГОРИЙ Куда идти, мне надо душ принять. ДМИТРИЙ Конечно. Вот сюда. Идем.

Уходят. Дмитрий возвращается, беспокойный, заламывая руки.

Молчи, молчи, молчи! Григорий болен. Пускай живет у нас и в тишине Подумает о том, что было в жизни, О том, как дальше жить. Но ты отныне Не вмешивайся. Бесполезно. Вредно.        (Вспомнил мотив.) Постой. Пока к перрону подходил Московский поезд, кажется, случилось, Нет, вспомнилось счастливое… Ну, вспомнил! Она стояла над водой, босая, А велосипед ее лежал на гальке. Мы встретились наедине глазами, И поезд мой «Владивосток-Москва» Промчался мимо. Помню, помню, помню.

Сцена третья

В окнах белые крыши и мост через Неву.

В гостиной накрыт стол. За столом Нина, Сережка, Мария Павловна, Вадим Тихорецкий, Григорий, Дмитрий и Инесса.

МАРИЯ ПАВЛОВНА Инесса, нам пора. ИНЕССА        (поднимаясь из-за стола)                                 Сергей! Ты кончил? СЕРЕЖКА Да, мама! Нам пора! Спасибо, мама! Ты видела, поел я крепко! ИНЕССА                                        Да. Иди сюда. Идем помоешь руки.

Они уходят. Мария Павловна встает.

МАРИЯ ПАВЛОВНА Вадим-то потолстел! Но в меру, в меру. И то! Что хорошо, то хорошо. Все пьянствуешь, наверно, пиво пьешь! ВАДИМ    (смеясь над Марией Павловной и над собой) Тружусь, Мария Павловна, тружусь. МАРИЯ ПАВЛОВНА           (Нине) А ты, красавица, пора бы замуж. Когда кончаешь институт? НИНА                                                 Еще Остался годик. Надо выйти замуж, Чтоб к черту на кулички не услали, Да, нету женихов, что делать! МАРИЯ ПАВЛОВНА       (приглядываясь к Григорию)                                                         Худо. Хороших женихов и правда нет. Пошла такая мелюзга. Иному Уже за тридцать, ходит, точно мальчик, И вид мальчишеский, противно даже. ДМИТРИЙ У Нины нету женихов? Неправда. НИНА         (запальчиво) Нет, правда!