АЛЕКСИС. У него тоже нет доступа на бал у генерал-губернатора.
КАТРИН. К сожалению.
АЛЕКСИС. Как вы окончили вчерашний вечер?
КАТРИН. Скучно!
АЛЕКСИС. Кто был у вас?
КАТРИН. Никого, кроме Мишеля.
АЛЕКСИС. Мишель был?! Невозможно!
КАТРИН. Что же тут невозможного? Он и третьего дня был!
АЛЕКСИС (вскакивая на ноги). Как! В день моего приезда?
КАТРИН. Да.
АЛЕКСИС (решительно). Нет, тысячу раз нет.
КАТРИН (в досаде, тоже вскакивая на ноги). Да, и тысячу раз да!
АЛЕКСИС (всплескивая руками). Невероятно!
КАТРИН (с недоумением). Почему вы мне не верите?
Спускается Марья Васильевна, слуги подают шубы, и дамы уезжают на бал.
Сцена 2
Бал у генерал-губернатора. Звуки кадрили. Среди танцующих пар Мишель и Катрин.
Мишель приводит Катрин к креслам, где сидела Марья Васильевна.
МИШЕЛЬ О, пышный бал! Но все же как-то скучно! Я здесь умру от скуки до мазурки. (Отходит в сторону выхода.) КАТРИН Куда вы? МИШЕЛЬ Я вернусь к мазурке! (Вылетает из зала.) МАРЬЯ ВАСИЛЬЕВНА Мальчик Неугомонный, весь в каких-то играх! Грохочет саблей, шпорами, хохочет, Веселье через край, а полон злости На высший свет, куда едва допущен, На светских дам, а пуще на девиц, Которым нравится своей бравадой. КАТРИН Он молод для мужчины, вот играет Гусарскою бравадой понарошке; Нам весело так на него глядеть, А он и рад, умом пред нами блещет. МАРЬЯ ВАСИЛЬЕВНА Смотри же, не влюбись, смеясь над ним; Жених он никакой, родня богата… Мне только не по нутру Лопухин, Не знаю почему, да ты не рада, Я вижу, так хоть дядюшек послушай! КАТРИН Да, да… (Поднимается навстречу кавалеру.) Уж вальса я не пропущу! (Уносится в танце.)Мишель появился на балу, когда усаживались к мазурке.
МИШЕЛЬ Как видите, я весел, очень счастлив! А вы? КАТРИН Я так себе, по-прежнему. МИШЕЛЬ Что Лопухин? КАТРИН Он ждет. Ах, что мне делать? Я из-за вас не откровенна с ним. И он не верит мне – моим словам О вас так странно. Я запуталась. Иль вы играете со мною в шутку? Разыгрываете меня нарочно? Про ревность и дуэль… Мишель, признайтесь! МИШЕЛЬ Я, кажется, признаньями лишь занят! КАТРИН Но бедный Лопухин миролюбив, Меня он любит и во мне уверен, А я его обманываю будто, Поскольку слушаюсь я вас во всем. МИШЕЛЬ Ну что же выходите за него! Богат и глуп, легко водить за нос. Что до меня? Что вам моя любовь? Я беден! Выходите за него! Но шаг ваш – через труп его иль мой. Какая слава вашему кокетству! КАТРИН Мишель! Иль вы не знаете меня, Иль презираете. Чем заслужила Такое отношение ко мне? Я не звала вас, вы ворвались сами В наш дом почти что силой и с тех пор Преследуете увереньями, Угрозами и дерзостью в глаза. Вот и сейчас на этом пышном бале, Во блеске золота, веселья, света Меня преследует ваш лик ужасный, Кровавый, умирающий…Мазурка отгремела; танцующие пары совершают большой тур по всем комнатам.
МИШЕЛЬ (в восторге) Чудесно! (Немного отстав от других, целует руку Катрин.) Я вас люблю! КАТРИН Что вы сказали? Боже! Меня вы любите? Впервые слышу Без шутки и сарказма голос нежный… О, прочь приличья, холод внешний мой! Я вас люблю и больше, чем любила Я мать свою, люблю давно и свято. О, счастье! Лишь мечтой о нем была Вся жизнь моя доныне… Ты не веришь? МИШЕЛЬ Я верю! Только не привык я к счастью. И счастье грустью проникает в сердце… (Про себя.) Себя я вижу с раною в груди!Танцующие пары достигают длинного накрытого стола и усаживаются за него.
Сцена 3
Дом Беклешовых. Маленькая гостиная и комнаты барышень. Лиза и Катрин, веселая и рассеянная.
ЛИЗА Тебя не узнаю… Ах, что случилось? КАТРИН Ужели так заметно? ЛИЗА Да, заметно У девушки, невинности лишенной, Свобода женственности проступает, Как ощущенье счастья или раны. КАТРИН (испуганно) Откуда все ты знаешь? ЛИЗА В институте Бывали всякие истории. КАТРИН Уверена, со мною все в порядке. Но я люблю, впервые я любима, И это счастье наполняет душу Сознанием себя, как личности, И женской гордостью, я не одна! ЛИЗА С Мишелем объяснились вы? И что же? В отставку выйти он сейчас не может. Здесь все неверно, знаешь ты сама, Кого играет из себя Лерма. А верен Лопухин с его богатством, Чему нужна красивая оправа. КАТРИН Когда бы я кокеткою была, Я б вышла замуж за Лопухина, А он, Мишель Лерма, пусть пишет стансы Во честь мою, и любит, и ревнует? (Пугаясь, про себя.) Так он погибнет на дуэли… Боже!