Сестры невольно смеются.
Сцена 3
Дом Беклешовых. Вестибюль (лакейская) и комнаты господ.
Мишель прохаживается внизу, звеня саблей и шпорами. Слуга спускается, размахивая руками.
СЛУГА. Не принимают-с.
МИШЕЛЬ. Я это слышал. Иди обратно и передай: на этот раз я не уйду, пока не увижусь с Екатериной Александровной. Или пусть покажется Марья Васильевна и объяснит мне, почему меня не принимают.
Слуга уходит, докладывает Марье Васильевне, та велит невестке спуститься, та всплескивает руками и что-то говорит; призывают Катрин, на нее набрасывают шубу, будто она собралась ехать в театр.
Мишель, Катрин в шубе и невестка, которая деликатно отходит в сторону.
МИШЕЛЬ Случилось что? Меня не принимают! (Выражая удивление.) Не знаю, что подумать - я в тоске! КАТРИН (радостно, смеясь и плача) Ужасное… письмо… от анонима… МИШЕЛЬ Я говорил, есть у меня враги. КАТРИН Меня подозревают во грехах… Нас разлучают… В том-то все и дело! Не едем мы в театр, искали повод Не принимать мне вас… А я? А я Все та ж и никогда не изменюсь! МИШЕЛЬ Но как нам видеться? КАТРИН О, как ужасно! Дня три была буквально под арестом В своей я комнате, пока здесь Марья Васильевна дознание вела, Ища улики тайных отношений, Призвав к ответу слуг и домочадцев. А их и не было, к ее досаде. Но видеть вас боится все равно. МИШЕЛЬ Но как нам видеться? КАТРИН Лишь на балах, Когда я обрету свободу вновь, Мы встретимся под рифмою… МИШЕЛЬ (расхохотавшись) Любовь?! (Раскланивается и уходит.)Сцена 4
Москва. Дом Лопухиных. Половина родителей, где теперь поселился Алексис, единственный сын-наследник. Из половины сестер к брату входит Варенька (Варвара Александровна Лопухина). Лопухин, дремавший на диване, приподнимается.
ВАРЕНЬКА Что там с тобой случилось, я не знаю. Мишель писал Марии об интриге, Затеянной с Катрин Сушковой, чтобы, Ну, якобы тебя спасти от брака И ради мести за свои страданья. АЛЕКСИС Меня не посвящал в свою игру, А разыграл со всеми наравне. Так я прослыл глупцом полнейшим, Как и Катрин кокеткой недалекой. Мишель же сам искусным Дон-Жуаном, Срывающим у светских женщин маски По странной злости именно на них. ВАРЕНЬКА (после длительного молчания) Есть тайна в наших отношеньях с ним. И я боюсь теперь с ним новой встречи. АЛЕКСИС Тебя испанскою монахиней Он рисовал, себя же почитая За Демона? ВАРЕНЬКА Ну, это по поэме. Перед разлукой поклялась ему: «Не буду я принадлежать другому». АЛЕКСИС Едва ли помнит он. По крайней мере, Лишь посмеется. Хохот, только хохот Я слышал от него. И с ним смеялся Всему на свете, над святынями, Утратив тут же счастье и любовь. ВАРЕНЬКА Все детство вы всегда навзрыд смеялись. Ну, значит, мало повзрослели оба. (Решаясь.) Ты рано или поздно женишься. Мне надо выйти замуж вовремя, Чтоб, как Мария, не остаться здесь В чужой семье. Прости! АЛЕКСИС А как Мишель? ВАРЕНЬКА Нет, разыграть меня уж не удастся Мишелю. Лучше я сыграю с ним В игру, какую он не вынесет, - А это смерть или замужество Мое, хотя бы за Бахметева! АЛЕКСИС Ха-ха! Вот первое, что ты услышишь. Он рад прослыть злодеем, падший ангел. ВАРЕНЬКА Он, злобой уязвленный, не забудет Меня уж никогда – ни на земле, Ни в небесах, отверстых в час вечерний, Когда ему призналась я в любви. АЛЕКСИС Да, он такой! Вот и возмездие Грядет от ангела небесного. Я посмеюсь еще ему в глаза, Как он смеялся в полном упоенье Своею удалью и озорством, Играя чувствами людей вокруг, Как если бы писал он в жизни пьесу. Развязку уж нашел – и хохотал, Со мной прощаясь, весел, как гусар, Каким предстал он предо мной. ВАРЕНЬКА (рассмеявшись) Чудак! (Пошатнувшись, поспешно уходит.)