(Переводчик – Плещеев Алексей Николаевич, 1825–1893)

Шекспир Уильям (1564–1616)

Сонет 10

Не говори, что любишь ты других,Когда ты сам себя так злобно губишь:Пусть ты любимец множества твоихДрузей, но сам ты никого не любишь.Ты так жесток к себе, так страшно лют,Что на себя же руку поднимаешьИ хочешь в прах стереть приютСокровища, которым обладаешь.О, изменись, чтоб изменил я мненье!Не гневу жить роскошнее любви!Будь, как твой вид, мил, полон снисхожденьяИ сам к себе участье прояви:‎Стань сам собой. И из любви ко мне‎В потомстве дай вновь цвесть своей весне.

(Переводчик – Чайковский Модест Ильич, 1850–1916)

Сонет 18

Сравню ли я тебя с весенним днем?Нет, ты милее длительной красою:Злой вихрь играет нежным лепестком,Весна проходит краткой полосою.Светило дня то шлет чрезмерный зной,То вдруг скрывается за тучей мрачной…Нет красоты, что, строгой чередойИль случаем, не стала бы невзрачной.Твоя ж весна не ведает теней,И вечный блеск ее не увядает.Нет, даже смерть бессильна перед ней!На все века твой образ просияет.‎Пока есть в людях чувства и мечты,‎Живет мой стих, а вместе с ним и ты!

(Переводчик – Чайковский Модест Ильич, 1850–1916)

Сонет 24

Мой взор, как живописец, закрепилТвои черты в сокровищнице чувства:Внутри меня, как в раму заключилИ оттенил по правилам искусства.И только там сумеешь ты найти Правдивое твое изображенье:Оно висит в стенах моей груди,Твои глаза там вместо освещенья.И вот, глаза глазам здесь услужили:Мои – твой лик писали, а твоиЛучами света окна заменили,И солнце шлет им радостно свои.‎Но одного глаза не могут дать:‎Рисуя лик, им сердца не видать.

(Переводчик – Чайковский Модест Ильич, 1850–1916)

Сонет 31

В твоей груди вместились все сердца,Которых я, лишась, считал тенями:И там царит вся нежность без конца,Что схоронил я с прежними друзьями.Как много слез и стонов к небесамБлагоговейной дружбою пролитоНад гробом их! Но вижу – нет их там:Они в тебе покоются, сокрыты.Ты – усыпальница любви живойС трофеями любви похороненнойБылых друзей. Они слились с тобойВ хранилище любви объединенной!‎Их образы в твоем лице нося,‎Ты с ними мне отныне все и вся.

(Переводчик – Чайковский Модест Ильич, 1850–1916)

Сонет 46

Мои глаза и сердце в вечном споре,Как разделить права на облик твой.Одни твердят – твой лик в любовном взоре,А сердце отвечает – нет, он мой!Он в сердце, в сердце пламенном сокрыт, —В ларце закрытом, недоступном оку. —Глаза же говорят – твой светлый видВ них, в них одних запечатлен глубоко.Чтоб разрешить по правде это дело,Призвал я ум, как двух истцов звено.Все обсудив и все обдумав зрело,По совести так было решено:‎Моим глазам твой лик был присужден,‎А сердцу то, чем ум обворожен.

(Переводчик – Чайковский Модест Ильич, 1850–1916)

Сонет 47

Мой взор и сердце прекратили спор,Решив войти друг с другом в соглашенье:Когда мои глаза твой жаждут взор,Иль сердце ищет страсти утоленье,Мои глаза рисуют облик твойИ просят сердце разделить их радость, —В другой же раз у сердца пир горой,И взор с ним грез любовных делит сладость.Так, то любя, а то воображая,Хотя вдали, но все же ты со мной.И помыслы, тебя сопровождая,А с ними я, всегда везде с тобой.‎Когда же спят они, то в мраке ночи‎Твой образ будит сердце вновь и очи.

(Переводчик – Чайковский Модест Ильич, 1850–1916)

Сонет 102

Моя любовь растет, хоть не на взгляд.Люблю не меньше, меньше выражая.Любовь – товар, когда о ней кричатНа площади, ей цену поднимая.В весеннюю пору любви моейТебя встречал моею песней звонкой,Как у порога лета соловей.Но чуть окрепнет в ниве стебель тонкий,Смолкает он, – не потому, что слащеПора весны, когда он пел о розе,Но потому, что там гудит в зеленой чащеИ глушит песнь любви в вседневной прозе.‎Поэтому, как он, и я молчу,‎Тебя тревожить песней не хочу.

(Переводчик – Чайковский Модест Ильич, 1850–1916)

Сонет 115

В моих стихах к тебе я прежде лгал,Где говорил: «Нельзя любить сильнее!»Тогда рассудок мой не понимал,Как может быть мой пыл любви ярчее.Ход времени в миллионах измеренийКрадется в клятвы, рушит власть царей,Темнит красу, тупит порыв решенийИ силу духа силою своей.Как мог, страшась его всесильной власти,Я не сказать: «Нельзя любить сильней»?Уверенный в непрочности вещей,Я верил только в мимолетность счастья.‎Любовь – дитя. Я ж, как на зрелый плод,‎Смотрел на то, что зреет и растет.