I

АККЕРМАНСКИЕ СТЕПИВыходим на простор степного океана.Воз тонет в зелени, как челн в равнине вод,Меж заводей цветов, в волнах травы плывет,Минуя острова багряного бурьяна.Темнеет. Впереди – ни шляха, ни кургана.Жду путеводных звезд, гляжу на небосвод…Вон блещет облако, а в нем звезда встает:То за стальным Днестром маяк у Аккермана.Как тихо! Постоим. Далеко в сторонеЯ слышу журавлей в незримой вышине,Внемлю, как мотылек в траве цветы колышет,Как где-то скользкий уж, шурша, в бурьян ползет.Так ухо звука ждет, что можно бы расслышатьИ зов с Литвы… Но в путь! Никто не позовет.

II

ШТИЛЬ НА ВЫСОТЕ ТАРКАНКУТЕдва трепещет флаг. В полуденной истоме,Как перси юные, колышется волна.Так дева томная, счастливых грез полна,Проснется, и вздохнет, и вновь отдастся дреме.Подобно стягам в час, когда окончен бой,Уснули паруса, шумевшие недавно.Корабль, как на цепях, стоит, качаясь плавно.Смеются путники. Зевает рулевой.О море! Меж твоих веселых чуд подводныхЖивет полип. Он спит при шуме бурь холодных,Но щупальца спешит расправить в тишине.О мысль! В тебе живет змея воспоминаний.Недвижно спит она под бурями страданий,Но в безмятежный день терзает сердце мне.

III

ПЛАВАНИЕГремит! Как чудища, снуют валы кругом.Команда, по местам! Вот вахтенный промчался,По лесенке взлетел, на реях закачалсяИ, как в сетях, повис гигантским пауком.Шторм! Шторм! Корабль трещит. Он бешеным рывкомМетнулся, прянул вверх, сквозь пенный шквал прорвался,Расшиб валы, нырнул, на крутизну взобрался,За крылья ловит вихрь, таранит тучи лбом.Я криком радостным приветствую движенье.Косматым парусом взвилось воображенье.О счастье! Дух летит вослед мечте моей.И кораблю на грудь я падаю, и мнится:Мою почуяв грудь, он полетел быстрей.Я весел! Я могуч! Я волен! Я – как птица!

IV

БУРЯВ лохмотьях паруса, рев бури, свист и мгла…Руль сломан, мачты треск, зловещий хрип насосов.Вот вырвало канат последний у матросов.Закат в крови померк, надежда умерла.Трубит победу шторм! По водяным горам,В кипящем хаосе, в дожде и вихре пены,Как воин, рвущийся на вражеские стены,Идет на судно смерть, и нет защиты нам.Те падают без чувств, а те ломают руки, Друзья прощаются в предчувствии разлуки.Обняв свое дитя, молитвы шепчет мать.Один на корабле к спасенью не стремится.Он мыслит: счастлив тот, кому дано молиться,Иль быть бесчувственным, иль друга обнимать!

V

ВИД ГОР ИЗ СТЕПЕЙ КОЗЛОВА ПИЛИГРИМ И МИРЗАПилигримАллах ли там воздвиг гранитную громаду,Престол для ангелов из мерзлых туч сковал?Иль дивы из камней нагромоздили валИ караванам туч поставили преграду?Какой там свет! Пожар? Конец ли Цареграду?Иль в час, когда на дол вечерний сумрак пал,Чтоб рой ночных светил в потемках не блуждал,Средь моря вечности аллах зажег лампаду?МирзаТам побывал я… Там – гнездо зимы седой,Истоки родников и быстрых рек начало;Из уст моих не пар, но снег валил густой;Где нет пути орлам, моя нога ступала;Шли тучи подо мной, а в них гроза дремала,И лишь одна звезда горела над чалмой.Там Чатырдаг!П ил и гр и мО-о!

VI

БАХЧИСАРАЙБезлюден пышный дом, где грозный жил Гирей.Трон славы, храм любви – дворы, ступени, входы,Что подметали лбом паши в былые годы,Теперь гнездилище лишь саранчи да змей.В чертоги вторгшийся сквозь окна галерей,Захватывает плющ, карабкаясь на своды,Творенья рук людских во имя прав природы,Как Валтасаров перст, он чертит надпись: «Тлей!»Не молкнет лишь фонтан в печальном запустеньеФонтан гаремных жен, свидетель лучших лет,Он тихо слезы льет, оплакивая тленье:О слава! Власть! Любовь! О торжество побед!Вам суждены века, а мне одно мгновенье.Но длятся дни мои, а вас – пропал и след.

VII

БАХЧИСАРАЙ НОЧЬЮМолитва кончена, и опустел джамид,Вдали растаяла мелодия призыва;Зари вечерней лик порозовел стыдливо;Златой король ночей к возлюбленной спешит.Светильниками звезд гарем небес расшит;Меж ними облачко плывет неторопливо,Как лебедь, дремлющий на синеве залива,Крутая грудь бела, крыло как жар горит.Здесь минарета тень, там – тень от кипариса,Поодаль глыбы скал уселись под горой,Как будто дьяволы сошлись на суд ЭвлисаПод покрывалом тьмы. А с их вершин поройСлетает молния и с быстротой фарисаЛетит в безмолвие пустыни голубой.

VIII

ГРОБНИЦА ПОТОЦКОЙТы в сказочном саду, в краю весны увяла.О роза юная! Часов счастливых ройБесследно пролетел, мелькнул перед тобой,Но в сердце погрузил воспоминаний жала.Откуда столько звезд во мраке засверкало,Вот там, на севере, над польской стороной?Иль твой горящий взор, летя к земле родной,Рассыпал угольки, когда ты угасала?Дочь Польши! Так и я умру в чужой стране.О, если б и меня с тобой похоронили!Пройдут здесь странники, как прежде проходили,И я родную речь услышу в полусне,И, может быть, поэт, придя к твоей могиле,Заметит рядом холм и вспомнит обо мне.