Шумеры считают, что обратных темпоральных «течений» в «реке времени» не бывает, как не бывает реки, текущей в двух направлениях. Я бы с ними мог поспорить, ведь с помощью технологий можно сделать реку, которая будет течь хоть в трёх направлениях, к тому же в устье реки бывает, что образуется мощное обратное течение. Но не суть. Если привести аналогии с рекой, то в темпоральном потоке бывают отдельные водовороты и завихрения на небольших участках. Сильный маг времени способен на очень многое. При достаточном напряжении он даже может поднять из развалин целый город или, наоборот, превратить его в пыль, ускорив течение времени в миллионы раз. А заморозив время на большом участке, можно получить нечто вроде мертвого царства, которое так часто встречается в сказках, к примеру, «Спящая красавица».

      Вообще у магов под каждое действие используется ментопрограмма (заклинание). Лишь самые опытные и сильные маги могут использовать волевое управление своей магической энергией. Мне с этим проще, поскольку не нужно каждый раз себя заставлять сотворить заклинание (заниматься самопрограммированием с использованием гипнотехник). Для этого существует нейросеть. Мне достаточно один раз использовать заклинание, чтобы нейросеть запомнила его, после чего смогу почти мгновенно использовать это же заклинание.

      В моём случае заклинание — это ментопрограмма, которая хранится в памяти нейросети и запускается, как любая другая программа с помощью мысленных команд. Магия у меня работает не так, как у халдеев, то есть не за счёт личных способностей, а за счёт импланта. «Магическую энергию» я не накапливаю, а получаю из адаманта и импланта, и её у меня по сравнению с магами очень много. Вот и получается, что из-за совокупности всех этих факторов я могу применять заклинания гораздо быстрее, чем любой самый тренированный халдей. Но это в теории, а на практике…

      Взять для примера стрелка-спортсмена, который отлично стреляет из пистолетов. Он быстрый, как истребитель, пистолеты выхватывает мгновенно, всегда попадает в десятку, но всё это в тире. И есть военный, который стреляет не так хорошо и быстро, но прошёл через войну. Если эти двое вступят в противостояние с пистолетами в руках, то я поставлю на военного, поскольку у него опыт и не дрогнет рука, а спортсмен хоть и быстрый, но он гражданский. Это я к тому, что в противостоянии меня и мага Времени, который будет слабее меня, но гораздо опытней, я бы поставил на победу противника. Хотя базы знаний устроены замечательно, передают и опыт, и знания, но всё же их желательно закреплять реальным опытом работы.

      На улице стояла жара. На Сейшелах всегда тепло, но именно сегодня солнце нещадно пекло. Рабочие уже установили на острове копию корабельного генератора щита, Олег отлично натаскал охрану, что создавало чувство защищённости. Тем не менее, именно сейчас было ощущение некоторой неправильности, которое не давало до конца расслабиться. Это нервировало.

      Глазами пробежался вокруг, стараясь понять, что же такое вызывает чувство, будто на душе скребут кошки. Море спокойное, волны с шуршанием накатывают на песчаный берег. Вдали прошлась пара охранников, ничего необычного в них не было, лица ребят знакомые, поведение в норме. Бассейн с голубой водой, обрамлённый синем кафелем, притягивает взор. В водной глади бассейна отражаются солнечные блики. При виде бассейна хочется охладиться и поваляться в шезлонге, но солдатская чуйка против подобного. Я словно сжатая пружина. То ли это паранойя, то ли реально что-то не так.

      На всякий случай я вызвал по нейросети Олега. Он тут же ответил:

      — Александр Иванович, вы что-то хотели?

      — Олежа, кончай свои политесы. Если ещё и ты начнёшь мне выкать и по уставу говорить, то с кем мне нормально общаться?

      — Как скажешь, босс, — перешёл на дружеский тон Олег. — Так по какому поводу звонок?

      — Чуйка… Хм… Олежа, не знаю что, но на всякий случай усиль охрану и прочешите территорию дронами и сканерами.

      — Принято, — кивнул Олег. — Разрешите исполнять?

      — Дерзай.

      Стоило разорвать соединение, как события понеслись вскачь. Интуиция взвыла бешенным ишаком. Из ниоткуда передо мной появилось ЭТО… Огромное белое насекомое, длиной около трёх метров и высотой с меня. Тело особи разделено на три отдела: голову, грудь и брюшко, и всё густо покрыто волосками. Большую часть боковой поверхности головы занимали фасеточные глаза, за которыми расположены три простых глазка. Спереди прикреплены антенны (или усики), над основанием которых находится лобный пузырь. От нижней поверхности головы отходит хоботок — ротовой аппарат.

      Инсектоидная тварь выглядела жутко и внушала иррациональный страх, хотелось бежать без оглядки. Но шесть лап и пара крыльев намекали на то, что бежать бессмысленно, а способ появления прямо говорил о наличии у гигантского насекомого сверхъестественных способностей. Тварь больше всего была похожа на муху, она стояла в трёх метрах от меня и внимательно разглядывала жутким взором фасеточных глаз.

      Вдруг напряжённую тишину разорвали звуки речи инсектоида, причём на чистом русском языке:

      — Жалкий смертный! Ты никакой не полубог, а всего лишь, как называют аборигены, маг. Но ты завладел металлом богов, как когда-то им владели такие же жалкие смертные.

      — Кто ты и что тебе надо?

      Раз со мной решили вступить в диалог, то решено было тянуть время и выведать максимум информации. Я готов был в любой момент пустить в ход новые навыки, потому что иных средств самозащиты с собой не прихватил. Единственное оружие, которое всегда было со мной — световой меч, он висел справа на поясе и внушал надежду, что у меня есть хоть какие-то шансы справиться с неожиданным противником.

      — Люди на севере меня называют Ваал-Зебуб, — произнесла гигантская муха.

      — Вельзевул?

      Мои глаза… Они попытались от удивления выползти из орбит. Как же — целый архидемон из Ада «почтил» меня визитом. Вот уж «счастья» привалило…

      — В других мирах меня называют и так, — согласилась муха.

      Мне совершенно не понравилось упоминание других миров, как и имя визитёра. Что уж говорить о внешности, которая пугала до откладывания кладки кирпичей.

      — Какая нужда привела такую важную персону к моему жилищу?

      — Когда-то давно я был первым ангелом в первых небесах, которые назывались Безльзебул. А теперь я управляю всеми, кто связан в Тартаре. Ты его знаешь под названием Ад.

      — Ангел — это должность?

      — О, да, смертный! — показалось, что муха улыбнулась. Не знаю, как это возможно сделать хоботом, но она это сделала. Ещё более непонятно, как я догадался о том, что это улыбка. — Ангел — это должность главы роя.

      — А «небеса»?

      — Небеса — это что-то вроде той железяки, на которой ты прилетел, только раз в сто больше, — насмешливо пояснила муха.

      — Хм… Большой линкор. Или целый астероид, переделанный под космический корабль.

      — Примитивному смертному не понять достижений роя, но если тебе так понятней, то да, это было что-то вроде космического корабля, — сказал Вельзевул.

      — И что же случилось?

      — Мы покоряли планеты и миры один за другим, наша раса достигла величия, — стал рассказывать Вельзевул. — Лучшие представители нашей расы, ангелы, были бессмертными. Мы переделывали планеты по собственному желанию. Захватывали планеты. Нашей расе принадлежали тысячи миров и миллиарды планет. Но… Однажды мы встретили сильного противника, началась война. На этот раз враг оказался нам не по зубам. Война продолжалась долгие годы, она отбросила нашу цивилизацию до уровня почти диких насекомых. Первое небо «Бельзебул» — единственное, что осталось от великой цивилизации. И то, враги нас заперли в одном из миров — Тартаре. Гордись, смертный, ведь ты говоришь с правителем древней цивилизации, чей возраст больше, чем существует ваш жалкий вид.